После полуночи
Шрифт:
– Но и нам того же хочется в отношении тебя. – Филис повернулась к Сету. – Ты должен охранять ее намного лучше, чем сенаторского сынка, иначе я лично спущу с тебя шкуру.
– Буду стараться, мэм. Я только съезжу за Римильоном и привезу свежие запасы еды. После чего вы закроете дверь и не будете ее больше открывать.
– Минуточку, минуточку, – перебила его Кейт. – Кто такой Римильон?
– Он служил под моим началом в Южной Америке и Танзании. Я позвонил ему вчера, когда вы легли спать, и попросил встретиться со мной на развилке дороги в четыре часа. – Он посмотрел на свои часы. –
– Мне не нравится, что кто-то еще будет знать, где они находятся.
– А мне не нравится мысль оставлять их под защитой только стальной двери. Римильон отличный малый.
Кейт едко улыбнулась:
– Вроде тебя?
– Отнюдь нет. Он отлично знает свое дело. Но про него не скажешь, что он маг или волшебник, как про меня. Такие, как я, водятся в единственном числе. – Улыбка сошла с его лица. – Кейт, не волнуйся, ему можно доверять.
– В самом деле? Лично я никому бы не могла довериться сейчас.
– Про меня тоже не скажешь, что я исхожу доброжелательностью и доверием ко всякому встречному и поперечному. Просто у нас с Римильоном есть условие, на основании которого я знаю, что могу полагаться на него.
– И что это за условие?
– Ему известно, что я убью его, если он предаст меня, – просто ответил Сет.
Кейт молча смотрела ему вслед, глядя, как он направляется к Джошуа. Решительный, полный чувства юмора, готовый в любую минуту отразить нападение. Он напоминал ей туго сжатую пружину, которая, разжавшись, сметет все на своем пути. И в то же время Кейт воспринимала его теперь иначе, чем в первый день встречи. Ее не пугала готовность Сета идти до конца. Потому что она видела и другие стороны его характера, уравновешивающие эту готовность и желание уничтожить все препятствия на своем пути. Теперь она в состоянии была оценить его по-настоящему.
– Позаботься о себе, – напомнила ей Филис. Кейт повернулась к свекрови.
– Я оставлю вам на всякий случай аптечку, – сказала она, а потом другим тоном продолжила:
– Ты не представляешь, какое чувство вины беспрестанно грызет меня. Но я не вижу другого выхода. Иначе буду дергаться из-за вас каждую секунду.
– Ну как же тебе не терзаться и не укорять себя? Ведь только на твоих плечах держится мир, не так ли? – с легкой усмешкой заметила Филис.
– Но я отвечаю за Джошуа. Я мать.
– Спасибо, что напомнила, – тем же тоном продолжила Филис. – Но ведь и я к нему тоже имею какое-то отношение. Мы все в ответе за тех, кого любим. Так что постарайся не забывать о том, что ты не единственный человек, который обязан думать о его безопасности.
– Прости, – Кейт крепко обняла свекровь и прижала ее к себе. – Надеюсь, что этот кошмар скоро кончится.
– А я такой надежды не питаю, – пожала плечами Филис. – Сначала я тоже все ждала, когда пройдет это наваждение и мы снова сможем зажить в мире и спокойствии, как прежде. Но потом поняла, что незачем обманывать себя. Быть может, мы никогда не сможем жить так, как жили прежде. Лучше попытаться освоиться с новой жизнью.
Слова свекрови прозвучали как гром среди ясного неба. Кейт и не подозревала, что переживала Филис в это время, и чувство вины снова охватило ее:
– Я даже не знала,
– А откуда ты могла узнать? – перебила ее Филис, не дав закончить фразу, – Тебе было не до того. Вы с Ноем работали в лаборатории с утра до ночи. А у меня в это время никаких особых занятий не было и хватало времени подумать обо всем. И теперь я нисколько не сомневаюсь: когда первоначальная угроза исчезнет, это еще не значит, что нам нечего будет бояться. – Филис грустно улыбнулась. – Мы разворошили осиное гнездо. И они не скоро успокоятся, Кейт. Помнишь свою детскую книжку о волшебнике Изумрудного города? Боюсь, что, в отличие от Элли, нам уже никогда не вернуться в родной Канзас и застать его таким, каким он был.
– Не правда. Я найду способ, как…
– Послушай, – Филис обняла ее за плечи. – Мне непременно надо обсудить кое-какие вопросы с Сетом до вашего отъезда. Так что перестань спорить, дай мне заняться насущными делами. – И свекровь спокойным, но решительным шагом направилась к Сету.
И Кейт подумала о том, что она даже не заметила, как сильно изменилась Филис за последнее время. Обычно она вполне терпимо относилась к тому, что Кейт брала на себя право решать, как поступать в том или ином случае. Но сейчас она, кажется, сама взяла в руки руль управления. Ничего удивительного, ответила самой себе Кейт. Все ведь изменилось за это время.
– Расскажи мне, как действует вся эта система, – попросила Филис, обращаясь к Сету.
– В этом нет никакой необходимости. Вся система работает в автоматическом режиме. Тебе просто надо нажимать на нужные кнопки, вот и все, – ответил он.
– За годы моей жизни не один электрический прибор выходил из строя у меня на глазах: что-то перегорало, что-то портилось и взрывалось. Аппарат для подачи воздуха намного более значим для нас, чем кофеварка в обыденной жизни. И мне надо знать, как управлять всем этим, если вдруг возникнет в этом необходимость. – Филис положила руку на плечо Джошуа. – И ему не помешает ознакомиться с аппаратурой тоже.
Улыбка Сета выражала и гордость, и удовлетворение.
– Хорошая мысль. – Он повернулся к Кейт. – Нам понадобится несколько часов, чтобы пройтись по всей системе и вникнуть во все тонкости.
Она кивнула:
– Я пока пойду к машине и начну переносить их вещи сюда.
Сет проводил ее до двери:
– Ты удовлетворена? – спросил он, понизив голос. – Лучшего места найти невозможно.
– Вряд ли я сейчас могу быть чем-то удовлетворена. Но бомбоубежище, которое должно было выдержать даже атомную войну, может быть, и в самом деле относительно безопасное место, – едва заметная улыбка пробежала по ее губам. – Но не беспокоиться о них я все равно не смогу.
Сет повернулся к Филис и Джошуа и окликнул их:
– Ну что, приступаем к осмотру подвластных нам владений?
* * *Кейт крепко обняла Джошуа.
– Я скоро вернусь, – прошептала она ему на ухо. Джошуа кивнул:
– Знаю, – и тоже крепко обнял ее. – Положись на Сета, – проговорил он, – Ты слышишь? Он будет охранять тебя. Верь ему.
Слезы навернулись на глаза Кейт.
– Не волнуйся из-за меня, – и, прижавшись губами к его лбу, отступила назад. – И приглядывай за Филис.