После Нуля

Седьмой Ноль

– Знать-бы ещё, что я должен сделать.

– Скоро узнаешь. А теперь мне пора. Прощай Кузнец.

– Так быстро?

Что-то начало меняться. Стало тяжело дышать, словно воздух загустел. Глаза заслезились, в носу защипало и сквозь пелену слез, я увидел, как из ниоткуда появляется человек. Смед удостоил меня честью лицезреть себя. Тяжелые кожаные сапоги с защитными металлическими вставками, штаны из непонятного, но очень прочного на вид материала, черного цвета, на поясе широкий ремень, с золотой пряжкой. На пряжке выдавлен непонятный мне символ: круг с вписанным

в него крестом. По бокам, на ремне, кинжалы. Прямые, длинные, без всяких украшений, в простых кожаных ножнах. Грудь и руки, до локтей скрыты туникой серого цвета. Предплечья в кожаных наручах, переходящих в черные перчатки, обшитые стальными пластинками. Обеими руками он держал длинную рукоять секиры, МОЕЙ СЕКИРЫ!!! Той самой, которая осталась дома!

Я устремил взгляд вверх, желая поскорее увидеть его лицо. Сказать, что я удивился от увиденного - ни сказать ничего! Я АХУЕЛ! Я смотрел на своё собственное лицо! Постаревшее лицо, седая борода, множество морщин, ужасный шрам, проходит через лоб, левую бровь и щёку. Но это моё лицо, моё!!!

– Ты удивлён? Да, ты удивлён.
– С улыбкой произнёс Смед, обнажив неестественно белые зубы, с немного увеличенными верхними клыками.
– Я бы тоже удивился, хотя я и удивился этому в своё время.

Ничего не понимая, я стоял, уставившись на него.

– Хорошая секира, часто она меня выручала, ну или тебя.
– Тут он рассмеялся. От этого смеха мне пришлось зажмуриться и заткнуть уши. Ужасный, неприятный звук, больше похожий на скрежет металла о металл.

Открыв глаза, я заметил странный медальон, выглядывающий из-под бороды: на массивной серебряной цепи висел плоский светящийся изнутри овал, по виду выполненный из стекла или хрусталя, внутри которого, хаотично, временами переплетаясь или отпихивая друг друга, плавали две чёрные пиявки.

– Я смог их подчинить. Смог вырвать из себя и подчинить. Теперь это предстоит сделать тебе.
– Он на мгновение замолчал. Позже, уже моим или нашим голосом, добавил.
– В этом Мире мы больше не увидимся. Прощай Кузнец.

– Парни вернулись.

Слова Кривого вернули меня из видения к реальности. Или это было не видение? Может это всё реально, так же как и этот вонючий подъезд? Почему я раньше не замечал этой вони?

– Через соседний подъезд на чердак люк есть. Дошли до последнего подъезда. Там никого, можно выйти через окно первого этажа, никто не увидит. Или полковника ждём?

– Нет. Не ждём. Стемнеет - уходим.
– ответил ему я.

– Только проблема появилась. Маленькая, но гадкая. Баламут ногу вывихнул.
– обрадовал меня Юра.
– Перетянули. Идти сможет, но медленно.

– Значит потащим.

***

– Эй, наверху, разговор есть!
– крикнул кто-то снизу.
– Я поднимаюсь.

– Полковник?!
– крикнул я в ответ.

– Лучше, атаман!
– ответили снизу.

– Иди нахуй, атаман!
– подключился Кривой - Сказали -же, только полковник нужен!

– Не грубите! Он меня уполномочил переговоры вести!

– Ну раз так - поднимайся, поговорим!

Атаман стоял на пролёт ниже, вместе

с ним четверо бойцов, крепкие на вид мужики.

– Майор живой?
– спросил нас атаман. Хотя то, что он имеет казачий чин, в его облике ничего не говорило. Среднего роста мужик, по-простому одет, небольшое пивное пузо. Единственное, что его могло выделить - это дорогая шашка, висящая на поясе.

– Живой. Почти здоровый. Говори, что полковник передал?

– Отпускаете заложника, после этого я сопровождаю вас к нему. В штабе поговорите. Если не согласны - тогда штурм. В замкнутом пространстве вы обречены. Ваше решение?

– Какие гарантии нашей безопасности?
– делая вид, что мне интересны его слова, спросил я.

– Вас не разоружают, я и майор идём рядом с вами. Устраивает?

– Хорошее предложение. Нам нужно посоветоваться. Дайте нам час.
– озвучил ему я свой ответ.

– Тридцать минут и мы начинаем штурм.
– категорично заявил переговорщик.

– Хорошо. Приходи, как истечёт время, мы озвучим решение.

– Договорились.
– Атаман развернулся, кивнул своим, приказывая идти следом.

– Полчаса мало. Светло ещё будет. Заметят нас, и убежать не сможем.
– Озвучил Острый очевидные вещи.

– Время тянуть будем. Вы все уйдёте раньше, я останусь. Как только начнёт темнеть или пойму, что штурм начался - тоже свалю.

– Успеешь убежать? Ты же тормозишь хорошо при беге.
– подъебал меня Кривой.

– Сам не лучше, спринтер херов.
– ответил я на подкол.

– Последний подъезд. Первый этаж. Квартира прямо. Ждём тебя там.
– Лёха объяснил мне, где они будут, и направился к дыре в стене.

– Слава, иди с ними, я скоро приду.
– Я обнял сына и повернулся к Кривому.
– Юра, тащи майора.

– Не задерживайся, без тебя не уйдём.
– Кривой хлопнул меня по плечу и двинулся вслед за остальными.

– Дед, а дед. Пошли. Подарок тебя заждался.
– Позвал я нашего помощника в приоткрытую дверь.

То не заставил себя ждать. Тапки на босую ногу, растянутые в коленях хэбэшные трико, майка "алкоголичка". Под майкой старое, иссохшее от старости тело, почти полностью покрытое наколками, такими же старыми и практически неразличимыми. На лице маниакальная улыбка, обнажающая редкие желтые зубы. Лысая или гладковыбритая голова. Завершали этот облик огромные очки в роговой оправе с очень толстыми линзами. В руке, этот Чикатило, да, именно так бы и выглядел, если-бы дожил до таких годов "убийца из лесополосы", держал хороший охотничий нож.

– Спасибо братан, - обратился он ко мне и последовал за мной в квартиру напротив.
– Чёткий подгон старику сделал.

– Если соседи тебя спалят, что ты нам помогал, что делать будешь?
– спросил я этого "маньяка".

– Отбрешусь. Не переживай.

– Вот он. Связанный. Рот не открывай ему. Делай дела. А в подъезде буду.

Я вышел, оставив старика с его жертвой.

До конца, отведенного нам времени оставалось минут пять. Вышел дед, весь перепачканный кровью.

– Отвёл душу. Ох и отвёл.