После Исхода

Веда Гарри

Терон был заметно весел. Он бодро прошагал к вычурному посетительскому стулу с длинной спинкой и, как школьник, уселся напротив святого отца, положив ручки на колени. Очки сидели косо на курносом носу, смешной профессор все время поправлял их и дул зачем-то себе под нос.

— Терон, на вас снизошла благодать или вы свихнулись во имя науки? — Кардинал нахмурился.

Терон посерьезнел.

— Сегодня для меня, как для ученого — потрясающий день… Мы совершили открытие. По-настоящему значимое открытие, которое перевернет… да, перевернет многие представления… — Терон

запнулся и испуганно уставился снизу вверх на старика, который вскочил с кресла и схватил его за ворот.

— Говори!! Говори, небож, чтоб тебе не гореть в Вечном Пламени!

Терон сглотнул и выгнул шею назад — космы жидкой бороды собеседника щекотали лицо. Совсем крыша поехала у старикашки.

— Ну… э-э-э… как вам сказать… окончательные выводы делать еще рано…

Кардинал обмяк, нащупал рукой столешню и устало оперся об ее покатую грань. Всякий раз, год кряду, он слышал эту фразу и готов был вцепиться в горло бездельнику. А сейчас силы, отчего-то, покинули совсем…

— Как вы мне надоели…

— Ваше Святейшество… господин Кардинал… — залепетал Терон, нервно сглатывая через слово. — Пусть!.. Пусть рано делать выводы!.. Но это окончательные выводы… Все-таки, я вам скажу, мы значительно продвинулись, и за столь короткий срок…

Кардинал горестно кивал словам, которые давно выучил наизусть.

Он повернулся, крякнул от щелчка в шее, и уперся в оппонента тяжелым взглядом. Замолчи, мелкая душа…

Терон, впрочем, не стушевался, как обычно, а вызывающе выдержал стотонный взгляд, чем немало удивил кардинала. Иезуит подогнал пуф мнемоникой, которая, на сей раз, прошла успешно, уселся и с интересом глянул на профессора.

— Выкладывай, сын мой… только подробно.

Терон достал из кармана микропроектор и, через секунду, в воздухе перед Старцем засветился яркий экран с детальной презентацией, описывающей суть сегодняшнего прорыва.

В течение следующего получаса Терон сыпал терминами, которые были мало знакомы святому отцу, а некоторые были и вовсе не понятны, как и ряды бесконечных уравнений, сливающихся в сплошное полотно, разбиваемое графическими функциями и цифровыми градиентами.

Кардинал не перебивал, дожидался, пока Терон сделает словесный вывод после очередного блока расчетов, кивал и отхлебывал терпкого чаю из доисторического серебряного подстаканника.

Суть доклада сводилась к следующему. В течение последних суток подтвердилась двухнедельная гипотеза, а эксперимент на субэкваториальном ускорителе частиц полностью подтвердил расчеты.

Пространство можно искривлять вручную. И смещать временную постоянную материального поля, в частном виде — электромагнитного, до отрицательных величин.

Это пока еще не отрицательное время. Но уверенный шаг навстречу главной задаче.

— Мы можем заставить электромагнитное поле существовать без эффекта расширения со скоростью света при инициации. Просто в момент создания оно уже, как бы, существует. А это означает, что расширение прошло до инициации. В прошлом! — Академик раскраснелся и последнюю фразу практически выкрикнул, порываясь вскочить на ноги.

Куратор Ложи

кивнул.

— Эксперимент позволил также добиться изменения квазиполя при соединении кварков парами в бинодную вакуоль. Квази-составляющая прошла диапазон до нулевой величины и инициировала антигравитацию при реакции вакуоли и двух молекул криотского морского хрусталя… Вот, диаграмма демонстрирует это очевиднейшим образом… — Терон засопел, путаясь пальцами в сенсорном управлении проектора, силясь быстро отыскать нужный слайд.

Кардинал разглядывал полусумасшедшего коротышку. Младенец… живет в мире иллюзий, цифр и законов, которые сам же и открывает. И никакой ответственности. Ничего… придет его час… пришел, точней.

— Таким образом мы, теоретически, можем воссоздать тягу звездолетного квази-движителя, используя не кристаллическую структуру криотского хрусталя, а просто порции его молекул на каждую распавшуюся бинодную вакуоль, причем все одновременно, поскольку квази-составляющая может достичь отрицательных величин сразу, без изменения квазиполя, как будто квазиполе существовало еще до момента создания. В прошлом! — Терон вскочил-таки на короткие ножки и засеменил взад-вперед перед носом святого отца, совсем позабывшись и бубня гораздо менее разборчиво. — Да, пока рано делать выводы! Да, мы не получили отрицательного времени! Мы косвенно подтвердили, что оно существует… но оно существует!

Кардинал прокашлялся. Глава Академии Наук тут же умолк и заполз задом на свое место.

— Вы и до того знали, что оно существует…

Терон наклонил голову набок, насколько позволяла его короткая шейка и, набравшись храбрости, возразил:

— Если быть до конца точным — это Вы знали, что оно существует. Мы, ученые, всего лишь согласились с вашим утверждением и до сих пор находим лишь крохи в подтверждение теории Высшего Совета…

— Вам того мало? — Кардинал ехидно прищурился, чем вызвал немалое волнение у собеседника.

— Я, как ученый, не имею права верить словам, сколь авторитетными они бы ни были… Я верю только фактам и конкретным доказательствам. Мы с вами уже спорили на подобные теософские темы и увольте меня от их повторения. — Терон испугался собственной смелости больше, чем ожидал.

Кардинал неожиданно улыбнулся.

— И каких же вы хотите доказательств?

— Собственно, на эту тему мы тоже беседовали… и не раз… Я считаю, что вы должны были передать нам перевод Манускрипта! — Академик подался вперед, придав лицу выражение максимально возмущенное, насколько позволял пиетет по отношению к влиятельнейшему старцу мира.

— Вам передали интерпретацию перевода, чего вполне достаточно… — Кардинал хотел было рассвирепеть, но решил сдержаться.

— Вот, Вы так считаете! И требуете! Только требуете! И никакой помощи! А вы уверены, что достаточно проработали текст? Может быть в расшифровке допущены неточности! Да вообще, разве можно быть уверенным в верности расшифровки Манускрипта, над которым ломали голову лучшие криптологи, как минимум пятьсот лет! И это при том, что Академия Наук не участвовала в работе над текстом ВООБЩЕ!