После дождя
Шрифт:
– Какого это демона ты тут творишь, Мрачноглаз?- вновь не выдержал нидринг.
– Ищу что- либо интересное,- тихо ответил Баэльт, переключая внимание на свитки.
Этому длиннобородому придурку необязательно знать, что за информацию из некоторых документов Баэльту могут неплохо заплатить.
Порывшись в пергаментах, некоторые из которых были запачканы кровью, он обнаружил что- то заслуживающее его внимания.
– «Соглашение на перевозку товара пассажирским судном «Арка», по пути Веспрем- Ксилматия, с еженедельной оплатой в триста семьдесят
– Почем мне знать? Рибур доверял мне всё, кроме внешней торговли. Это ты у Богура спрашивай, он счетоводит и пишет отчёты о внешних операциях.
Отложив пергамент в сторону, Баэльт принялся осматривать тело.
Лежит на животе, голова повёрнута чуть в бок. Типичный состоятельный нидринг. Пышные борода и усы, навощённые и уложенные по последней моде – но лысина выбрита. Баэльт никогда не понимал этой моды – почему- то у нидрингов считалось чем- то особенным бороться с повышенной… Хм. Волосатостью.
Типичный крючковатый нос распух – сломали перед убийством. Костяшки на правой руке содраны. Значит, сопротивление всё же было.
Широкое лицо нидринга искажено в злобной гримасе и покрыто кровоподтёками.
«Очевидно, мышцы лица опять стянулись при смерти, как всегда у нидрингов. Ну, у этого хотя бы забавная гримаса».
Юстициар аккуратно приподнял подбородок и взглянул на шею. Она была тёмно- синей, как перезрелая слива, и Баэльт не мог отделаться от впечатления, что сейчас она лопнет.
Какая, должно быть, мерзость, равнодушно подумал он.
– Не похоже, что его сначала хотели убить. А если и хотели, то предварительно хотели хорошенько отделать. А может быть, его и вовсе не хотели убить…- тихо проговорил Баэльт.- Сколько ошибок происходит от того, что всё заходит слишком далеко?
– Вот спасибо за истину жизни, этого- то мы не знали,- фыркнул Гири откуда- то издалека – наверняка отошёл подальше от зловонного трупа. Сварливый ублюдок.
С усилием перевернув тело на спину, Баэльт едва не отшатнулся. Тошнота подкатила к самому горлу. Камзол был заляпан бурой кровью и глупо вздут, а из- под него вились блестящими змеями кишки нидринга. Баэльт услышал позади себя тихие проклятья.
– Ну и мерзость,- простонал Гири, явно борясь с приступом тошноты.
– Внутренний мир нидрингов никогда не был особо приятен на вид.
– Это всё, что ты можешь сказать?
– Нет, могу сказать ещё кое- что. Цена удваивается,- холодно заявил Баэльт, поднимаясь и отходя от трупа.
– Что не так?
Баэльт уставился на него пустым взглядом. Почему все вокруг такие идиоты? Каждый пытается разыграть непонимание, старается недоплатить, недоговорить…
– Фигуру не последней значимости в торговле Веспрема находят убитым в его же кабинете. Прям не знаю, что тут может быть не так, Гири. По- моему, всё отлично. Всё прекрасно, я бы сказал.
Гири потупился.
– Заплачу столько, сколько надо,- наконец выговорил он.
Баэльт слегка кивнул.
– Тогда приступим,-
– Ну, мне так говорили. Вроде бы люди. Высоченные, мощные, в плащах и… Ну ты понял.
– Прекрасно. Заткнись. Один стоял тут – у стеллажа,- Баэльт кивнул в сторону груды деревянных обломков и книг.- Другой остался стоять у двери, подстраховывая. Третий подошёл к столу,- юстициар ткнул пальцем в царапины на паркете.- Сапоги подкованные. Готов поспорить – бывшие вояки. У них в привычке зачем- то носить подкованные сапоги.
– Почему?
– Я похож на того, кто когда- то служил?- отмахнулся Баэльт.- Помолчи и не мешай. Значит…- он обвёл взглядом длинные царапины.- Тот, что стоял у стола, схватил Рибура. Судя по вмятине на столе, ударил его головой… Отойди.
– Прости,- Гири отступил на пару шагов.
– Хм. Следы возни... Они угрожали ему оружием, наверное. Кажется, он вышел из- за стола. Тот, что был у стола, ударил его – видишь следы крови? Так… Он поднялся – его бросили на стеллаж. Он попытался броситься на них – вот опять следы крови и… Ого,- Баэльт быстро наклонился.- Зуб. У кого- то хороший удар. И, судя по всему, не у Рибура,- Мрачноглаз с долей отвращения поднял находку.- Зуб нидринга. Кажется, твой начальник был мягче теста, раз не смог отделать хотя бы одного из них.
– Неудивительно, - Гири слегка кашлянул.- Ты же сказал, что они угрожали ему оружием. А он боялся стали.
– Ну да,- неловко почесал бровь Баэльт.- Все боятся.
– Да нет. Он именно стали боялся, понимаешь? Ножей. Кинжалов. Мечей. Боялся всего, что режет. Аж колотиться начинал при одном только виде обнажённого лезвия. Такая вот у него придурь была. Он когда сдавал экзамен на мастера в цеху, отказался ковать меч, представляешь? Он…
– Бояться стали,- бесцеремонно оборвал его Баэльт,- вполне адекватно в нашем городе.
– Обычно боятся того, что сталь воткнётся в тебя. А он боялся именно стали. Самого вида. Вот и…
– Ладно, хватит,- вздохнул юстициар. Ему не особо хотелось открывать рот в помещении, заполненном вонью.- Дальше его начали душить. Кажется, тут он начал сопротивляться - разводы от его ботинок на полу. Потом… Судя по побоям, потом его избили.
Недовольно дёрнув щекой, Баэльт подошёл к трупу нидринга. Осторожно пнул его ногой. А затем, покачав головой, присел рядом, изучая изорванный кафтан.
– И как тебя не воротит от такого- то…- пробурчал сзади Гири.
– Насмотрелся и не на такое.
– Это уж точно…
Веко Баэльта дёрнулось, и он резко обернулся через плечо.
– Чего ты сказал?- прошипел он, чувствуя, как уже не смрад гнили, а злость сжимает горло.
– Говорю – ты точно на такое насмотрелся. Ты ж юстициаром был. Вы и не такое видели, верно?- лицо Гири не выражало ничего, кроме отвращения.
Отвращение видом выпотрошенного трупа? Или…
Нет, он не посмеет. Даже если знает… Много кто знает, много кто смотрит вслед – но никто не говорит.