После дождя
Шрифт:
Баэльт огляделся, заложив руки за спину. Кронциркули, щипцы, ухваты, котлы, формы и слитки металла – всё это явно оставляли быстро. Но аккуратно, зная цену. Сразу видно – цех нидрингов.
– Отличная у вас фактория…- недовольно прохрипел бывший юстициар, переводя взгляд на приоткрытые окна. Из- за мутного, грязного и прокопчённого стекла проступали жёлтые пятна света и мелкие точки мороси.- Да. Отличная.
На его взгляд, не лучше куска дерьма.
– Благодарю, эм…- нидринг замялся у входа в длинный коридор.- Нам сюда.
–
Гири буравил его неодобрительным взглядом, пока двое огромных аргрингов распахивали окна.
– В наше время плакт – довольно редкое и дорогое увлечение,- сварливо заметил нидринг.
Баэльт согласно кивнул.
Кажется, нидринг ожидал другой реакции.
– Эта дурь не скажется на качестве работы?
– Можешь поискать другого «работника»,- Гири зло оглянулся на него. Баэльт картинно оглянулся.- Что? Никого больше нет? Вот так неожиданность. Так что…- он молча запалил веточку о горн и затянулся пряным дымом.- Веди молча,- дым вместе со словами вырвался изо рта.
Нидринг хмыкнул и, махнув рукой, зашагал по коридору. Баэльт последовал за ним, отмечая громкие шаги аргрингов за спиной.
Не нравились ему такие дуболомы. Он прожил в этом городе шестнадцать лет и успел привыкнуть ко всем. К таким разным и таким одинаковым людям. К крикливым, жадным и недоверчивым нидрингам. Даже к высокомерным и чванливым фэйне.
Но не к аргрингам. Он никогда не мог понять, что у них на уме – дружески хлопнуть по плечу или снести голову. Аргринги – они такие. Огромные, вечно раздражённые и готовые драться.
Он оглянулся, и один из серокожих здоровяков улыбнулся, обнажая крупные острые зубы.
Бывший юстициар отвернулся. Да. Не самая приятная улыбка.
Когда они поднялись по крутой и узкой лестнице на этаж выше, перед взглядом Баэльта предстал распахнутый вход в кабинет. Оттуда шел ужасный запах, который чувствовался ещё на первом этаже.
Однако если раньше ему казалось, что это гниль, то теперь он был уверен, что кто- то просто устроил выгребную яму в кабинете цехмейстера.
Баэльт за всё время работы привык ко всякому, но вонь заставила его поперхнуться убрать плак. Сама мысль о том, что вместе с пряным дымом этот воздух может попасть внутрь его лёгких, казалась ему отвратительной.
– Вот, собственно, и оно- ,Гири неловко указал рукой на распахнутую дверь.
Баэльт извлёк из рукава платок и поднёс его к носу. Это абсолютно не помогало, однако непринуждённость и изящность этого жеста всегда поднимали его статус в глазах нанимателя. И цену.
– Стража и лекари уведомлены?- глухо поинтересовался он, даже не глядя на нидринга.
Конечно же нет. Иначе бы его не звали.
Гири посмотрел на него исподлобья, холодным и спокойным взглядом, будто бы старался не ответить на оскорбление. Баэльт терпеть не мог
– Я не слышу ответа,- хмуро произнёс бывший юстициар, глядя прямо в глаза нидрингу.
За ним было преимущество – ему не моргнуть было в два раза легче. С одним глазом против двух всегда легче.
– Ты и сам знаешь,- нехотя признался нидринг, медленно отводя взгляд.
– Да- да,- раздражённо отмахнулся Баэльт, уловив знакомые нотки.- Всем плевать на бедных нидрингов, стража никогда за это не возьмется. Сто раз это слышал уже. Как звали цехмейстера?
– Рибур. Знаешь,- сощурился нидринг,- ведёшь ты себя по- сволочному. Как они. Точно человек.
– Могу себе позволить- ,бесстрастно ответил Баэльт, глядя в комнату, из которой с каждым мигом пахло будто бы хуже.- Лучше скажи мне… Этот ваш Рибур – большой… Человек,- нидринг впился в него гневным взглядом. Ну и пусть.- Его смерть стража вряд ли оставит без надзора. Как же так случилось, что…
Гири гневно всхрапнул и всплеснул руками.
– Ты прекрасно знаешь, как так случилось!
– Хотелось бы удостовериться, что именно я знаю,- Баэльт хотел, чтобы нидринг сам сказал это.
– Я проконтролировал, чтобы никто не трепался! Доволен?!
– Вполне.
– Вот потому- то ты и здесь. Если завтра по городу прокатиться весть, что главу цеха нидрингов- кузнецов вот так вот взяли и убили прямо у него на фактории – как это скажется на делах?
– И как?- безразлично спросил Баэльт.
– А так, дорогой получеловек, что все подозрения падут на меня. Разбежка в плате у цехмейстера и его помощника огромная, а все знают, что старый Рибур не собирался уходить с должности. Кому выгодно видеть его дохлым? Мне! Мне нужно вести дела цеха, а стражники запрячут меня по малейшему подозрению в Котёл на недельку- другую. И тогда дела достанутся этому придурку, Уилсону. По- твоему, люди могут вести дела цеха нидрингов? Нет. Потому мне нельзя покидать цех. Каждый день простоя – это убыток. Все знают, что ты обещаешь молчание о деле. Вот это мне сейчас и нужно. Рабочие трепаться не будут, они у нас под ногтём. Поэтому…
– Я всё понял,- холодно прервал Баэльт, туша тонкий прутик плакта об стену.- И что мне делать, когда я найду убийцу?
– Сообщить мне,- фыркнул Гири.- Что ещё?
– И ты, несомненно, сообщишь о нём страже, предоставив все доказательства?- глядя в потолок, предположил Баэльт. Приятная расслабленность после плакта начала отступать.
– Именно,- протяжно ответил нидринг.- Именно так я и поступлю.
– Не будешь пытаться избавиться от трупа, выставляя убийство бегством ограбившего свой же цех цехмейстера? Не будешь красть деньги, приписывая эту кражу уже мёртвому цехмейстеру? Не будешь пытаться оказать влияние на убийцу шантажом?