Посетитель
Шрифт:
Когда он протянул ей руку, капелька пота скатилась с его лица и упала ей прямо в глаз, жгучая, как кислота. Он этого не заметил.
Она все плакала и никак не могла остановиться.
— Пожалуйста, успокойся. Тише. Ну пожалуйста, — повторял он.
— Не могу! — выкрикнула она. — Не могу!
Он замолчал, лишь то и дело поглядывал на нее, чтобы убедиться, что она не высвободилась из веревок. Она лежала на боку свернувшись калачиком, ноги были связаны в щиколотках, руки туго стянуты в запястьях.
— Я теперь совсем одна во всем мире! — рыдала она. — Никого у меня больше нет! Никого!
— Постарайся успокоиться, чтобы тебя не вырвало. Тебе придется так полежать. Я ничего не могу изменить.
Ее мозг был уже не в состоянии справляться с ситуацией, но тело еще пыталось бороться. Она дернулась, и ее снова затошнило. В какой-то момент ей показалось, что она вот-вот сможет освободиться. Но нет, она продолжала лежать в полной темноте, а по крыше и по стеклам окон громко стучал дождь. Этот шум ввинчивался ей в мозг, заставляя сильнее напрягаться, бороться, кричать, чтобы ее услышали. Но все это не давало никакого результата.
Тогда она стала быстро произносить в уме молитвы: святому Иосифу, святому Пио, святому Антонию, святому Иуде. «Исповедуюсь я перед Богом Всемогущим и перед вами, братья и сестры, в том, что я грешила по собственной своей вине в своих мыслях и своих словах, в том, что творила, и в том, что не могла сделать…»
И Мэри думала о том, что она сделала и что не сумела сделать.
Было пять утра, когда Джо и Дэнни пришли к себе в офис.
Ренчер, Блазков, Мартинес и Пейс сидели за своими столами.
— У кого-нибудь что-нибудь есть? — спросил Джо.
— Только похмелье, — уныло произнес Мартинес.
— Наверное, еще и телефонный номер одной бабуси, — ехидно заметил Ренчер.
— Стенли Фрейта никто не прихватил?
— Нет, — дружно ответили детективы.
— Всем разослали ориентировку, кого ловить, — сказал Дэнни.
— Итак, Стенли Фрейта у нас нет. Мэри Бёриг нет. Престона Блейка нет. Здорово работаем, ребята! Блазков, можешь пробить Стенли Фрейта на криминальное прошлое?
— Конечно. Только можно мне сейчас хоть немножко поспать?
— Нам всем надо поспать.
Зазвонил мобильник Джо.
— Это Тай Харрис, брандмейстер. Я слышал о ваших проблемах, потому и звоню так поздно. Или так рано. Так вот, ваш парень живым из того дома не вышел. Мы его обнаружили.
— Не может быть!
— Во всяком случае, мы нашли тело.
— Но в доме же было все чисто.
— Да-да, первичный и последующий осмотры ничего не дали. Мы спешили очень из-за недостатка времени. Тело находилось в закутке эркера, того, что на фасаде. За большим диваном. Когда мои ребята начали проветривать весь дом, им пришлось сорвать тяжелые занавеси, которые закрывали окно, чтоб обеспечить приток воздуха. Тела сперва никто и не заметил. Оно там несколько часов провалялось, в этом закутке.
— Так тело было…
— Точно. В «камере смертников».
Глава 29
Джо с Дэнни отправились в офис главного судмедэксперта.
Доктор Хайленд повел их в морг, где под белой простыней лежало тело погибшего.
— Хочу предупредить, что он в весьма скверном состоянии, — сказал
Первое, что увидели Дэнни и Джо, была сильно обгоревшая рука и ладонь. На пальце блеснуло что-то золотистое. Оба наклонились поближе. Это было школьное кольцо [20] с такой же гравировкой, как у них самих.
20
В ряде стран принято носить школьные кольца, где выгравированы год окончания и номер школы.
— Господи помилуй! — выдохнул Дэнни. — Это Бобби.
Пейс осматривал рабочий стол Бобби в полицейском участке — все его бумаги были разложены на столешнице. Стало ясно, что Бобби пришел к тому же самому выводу, что и Кален, — насчет адреса Блейка.
— Он, видимо, решил заскочить к Блейку по пути с работы, — предположил Джо. — Блейк испугался, что мы висим у него на хвосте… Бог ты мой, у Бобби же двое ребятишек осталось… Надо бы Старине Нику сообщить.
Все знали, что Бобби Никотеро не был в близких отношениях с отцом. Но все также понимали, что сегодня это не имело никакого значения.
Руки у Виктора Никотеро дрожали, когда он вел Джо в дом.
— Все теперь не так. Все неправильно — сын умирает раньше отца… Что же произошло?
Джо попытался избежать ненужных подробностей, но Старина Ник был не из тех, кого можно провести. Впрочем, он сделал вид, что принимает легенду Джо за чистую монету.
— Патти спит себе наверху, и мне страшно не хочется ее будить, Джо. Это последний день ее прежней жизни, скоро весь ее мир перевернется вверх ногами. — Голос Ника сорвался. — Когда Бобби был маленьким, он всегда ужасно волновался за меня. Он просто висел на мне, когда я уходил на службу, не отпускал… — Его глаза наполнились слезами. — Я понимаю, что он тогда чувствовал. — Он пошарил в кармане в поисках платка. — Мы только-только начали налаживать отношения. Почему мы с ним так разошлись, как ты думаешь, Джо? Где и когда я что-то сделал не так? Я ж ему только добра желал, он был хороший парень, вот только…
— В семье часто так бывает. — Джо протянул ему салфетку. — Но он любил тебя, как я знаю, очень хотел наладить отношения с тобой. По-своему… в своей собственной манере.
Ник скупо улыбнулся сквозь слезы:
— Довольно агрессивная у него была манера.
— Я не об этом. Но ты прав, он не слишком любил демонстрировать свою любовь к тебе. Но однажды все же прокололся. Неделю назад чуть в драку со мной не полез, так ревновал меня к тебе.
— Да ну?
— Даже вытащил меня в коридор, хотел морду набить.
Ник вытер платком глаза и снова расплылся в улыбке, теперь уже широкой и довольной.
— Да, это на него похоже.
В офисе стояла тишина, настроение у всех было неважное, и разговаривать не хотелось.
Заступил на дежурство Кален.
— Непонятно, как это пожарные сразу не обнаружили Бобби.
— Там было все в завалах, — пояснил Джо. — А мы к тому же предупредили пожарных, чтоб они не слишком вольно обращались с вещдоками.