Пощечина с..ки

Кеннет Дж.

Я сжимаю деревянные подлокотники так крепко, что наверняка оставлю вмятины. И клянусь, если этот мудак Симпсон находился бы сейчас на съёмочной площадке, он был бы покойником.

– В любом случае, - говорит она, вставая и отряхивая пыль со своих джинс. – Я просто подумала, что ты должен знать. На случай, если она кажется, ну, холодной.

– Я просто работаю на неё, Дел. Ничего не происходит.

– Конечно, нет, - отвечает она, но прямо сейчас я сомневаюсь в её актёрских способностях, потому что она не выглядит убедительной.

Как

только она направляется к трейлеру, чтобы нанести макияж для следующей сцены, я достаю телефон, открываю веб-браузер, нахожу электронную версию книги и устраиваюсь, чтобы почитать.

Сразу же, моя кровь начинает закипать. Он рассказывает о том, как умерли их родители, и как Джез стала главой семьи и менеджером Дел, которая уже была на вершине, поскольку начала свою карьеру в возрасте шести лет. Он подробно рассказывает о свиданиях Дел, о том, как она познакомилась с Левилом, и о её взаимоотношениях с фанатами. Он описывает споры между Дел и Джез. Раскрывает их разговоры, их привычки, подробности их личной жизни.

Это не страшно, но агрессивно, как дерьмо. Он рассказывает всему миру о тех вещах, которые могут знать только самые близкие люди.

Другими словами, он предал их доверие.

Ублюдок.

Я закончил прочтение книги примерно за час до того, как Дел завершает съёмки, и это хорошо, потому что это даёт мне шанс остыть перед тем, как мы сядем в Рендж Ровер и отправимся в гостиницу.

– Я заказала немного еды, - говорит Джез, когда мы заходим в номер. Она указывает на обилие еды, находящейся на столе в обеденном зале, и Дел визжит и хлопает в ладоши.

– Это для меня, - говорит Дел, забирая всю корзинку с картошкой. – Я собираюсь пойти объедаться в свою комнату и смотреть ужасное реалити-шоу, - она мне улыбается, и я не могу отделаться от мысли, что она оставляет нас наедине специально. А не для того, чтобы мы могли поговорить о работе.

– Эй, - говорю я, после того, как Дел уходит. – Как прошёл твой день?

Джез прижимает свои пальцы к вискам. – Безумно.

– Ужасно безумно?

– Нет, - отвечает она. – Просто слегка безумно, - она смотрит краем глаза на стол. – Мы собираемся обсуждать дела, так это значит, что ты всё ещё при исполнении служебных обязанностей?

– Если ты спрашиваешь о том, смогу ли я выпить этого вина, то думаю, что смогу позволить это.

– Хорошо. Потому что я не собираюсь пить одна, а я нуждаюсь в одном бокале, - Джез передаёт мне бутылку и штопор. – Я не подумала попросить официанта открыть её. Справишься с этим?

Я беру бутылку и открываю вино, затем каждому наливаю по бокалу. – Кейден написал мне сообщение, когда мы подъезжали. Он проверил охрану с персоналом, а остальные двое гостей с этого этажа съехали утром. «Блэквелл-Лион» теперь занимает эти номера до четверга. Это означает, что никто из наших сотрудников и персонала отеля не смогут получить доступ к этому этажу. А что касается безопасности, то это очень хорошо.

– Серьёзно? Это всё выходит за рамки.

–

Ничего не выходит за рамки, если это защищает вас. А Кейден – чёртов переговорщик. Вы не обнаружите никакого сюрприза в своём номере – ни от нас, ни от отеля.

– Если бы оплата за эти номера удержала бы Дел от того, чтобы она оказалась в центре той потасовки, которую ты видел той ночью, я бы с радостью заплатила за них.

– Я знаю, - я сажусь на диван, а затем указываю на место рядом с собой. – Ты уже многократно доказала, что готова принести в жертву ради своей сестры.

– Я могу, - говорит Джез, без колебаний садясь возле меня. На ней надета белая футболка с V-образным вырезом и серая юбка, сшитая из какого-то эластичного материала. Её ноги обнажены, и мне кажется, что это обычная одежда Джезибель для работы-на-дому. Всё ещё профессиональный, но не такой строгий, как костюм, в который она была одета сегодня утром на съёмочной площадке.

– Не то, чтобы я думала об этом, как о жертве, - продолжает она. – Это просто…

Она резко останавливается и поворачивается, чтобы посмотреть на меня, нахмурившись. – Я многократно доказывала. Это то, что ты сказал.

– Да.

На мгновение она замолкает, и хмурит свои брови, как будто она пыталась решить сложную математическую задачу. Затем всё исчезает, и она произносит. – Блядь, - так тихо, что я почти не слышу её. Она ставит свой бокал на стол, поднимается, затем поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

– Ты прочёл книгу, - слова звучат, как обвинение, и Джез не уточняет, какую книгу. Очевидно, она знает, что ей этого не нужно делать. – Дел не должна была тебе об этом говорить, - продолжает она, не дожидаясь ответа.

– Я прочитал её сегодня, - признаю я. – И я думаю, что Дел пыталась помочь.

– Помочь? – её брови поднимаются. – Как помочь?

– Помочь мне, - уточняю я. – Она поняла, что я хочу узнать тебя получше.

– Великолепно. Просто отлично. Потому что эта книга, безусловно, отличный способ сделать это. Блядь, - повторяет она, и на этот раз я её прекрасно слышу.

– Он был мудаком, - говорю я. Джез отвернулась от меня, но я осторожно беру её за локоть и побуждаю её повернуться ко мне. – Симпсон был мудаком, который предал твоё доверие.

– Разве это не правда? – она просовывает пальцы в свои волосы, подняв их, прежде чем позволяет им упасть обратно, волнами вокруг её лица. Я знаю, жест образовался из-за разочарования, но взгляд чертовски сексуальный, и это всё, что я могу сделать, чтобы не притянуть её ближе к себе.

– Хочешь поговорить об этом?

Она пожимает плечами, затем направляется к столу и вытаскивает из керамической чаши тортилью. Она опускает её в сальсу, а затем кусает. Я предполагаю, что это её способ сказать «нет», поэтому я удивлён, что Джез несёт чипсы и сальсу на диван, и кладёт их на журнальный столик. Она снова садится, на этот раз подгибая одну ногу под себя, чтобы не соприкоснуться со мной.