Порядочный хаосит

Форми Киная

Ладанка? Ладная эссенция? Ну и словечко. Вот оно что… Теперь я, кажется, понял чуть больше. В лесной глуши на Яратире собирали эссенцию, неизвестно, какого качества, но, тем не менее, собирали. Любопытно, как к этому относятся местные власти. Конечно, я не мог догадаться, что такое «стоят ветра». А Золто не догадывался, видимо, что потомственных Алых, вроде меня, обучают искусству начертания плетений для сбора эссенции. Не то чтобы я мог делать огромные печати, как наши прославленные мастера, но азы знал.

И точно так же мне было

очевидно, что если Золто, или кто-то вроде него узнает, что я это умею, то не видать мне родного дома никогда. В этом я не сомневался. Стоит мне прилюдно собрать хоть каплю эссенции, как меня тут же посадят на цепь, и буду я рисовать плетения до конца своих дней, а Золто или кто-то еще — богатеть на этом и радоваться. Не надо было быть мудрецом, чтобы увидеть эту перспективу. Поэтому я помалкивал.

Сейчас Золто думал, что я всего лишь богатый алый в беде, у которого есть свои запасы драгоценной хаотички. Этого достаточно.

— Я тебе дам ту, что в Ван-Елдэре собирают великие мастера! Чистый сорт! — предложил я снова. — Вот тебе слово Алого!

— Тебя ж прогнали, ты теперь не Алый, поди, — недоверчиво проворчал Золто.

— Титул не отнимешь, — я отмахнулся от него, — а через пять лет я и вовсе перестану быть изгнанником.

— Пять лет? Это же мне что, будет… двадцать три?

До такой глубокой старости Золто ждать не хотел.

— У меня есть друзья в Ван-Елдэре. Если мы с ними свяжемся, они найдут способ отправить эссенцию даже на Яратир, — предложил я новый план. — Что скажешь?

— Увидим, — Золто был не так прост. — Может, ты врешь все и никакой не Алый.

— А похоже, что вру?

— Не похоже, — честно сказал он, — но что легко добудешь хаотичку — не верю.

Похоже, для серых идея ценности и недоступности эссенции была слишком неколебима.

— Собирайся! — Золто поднялся на ноги. — Идти пора. До Вохотмы ещё дня три ходу.

Золто усмехнулся, заметив мою растерянность. Три дня по лесу?

***

Из «перегиба земли» выйти оказалось легче лёгкого. Сошёл с холма — и вот, ты снова у входа в овраг. Я ничего не почувствовал — даже голова не закружилась.

Шли мы по узкой, периодически пропадающей лесной тропе. По дороге Золто почти всё время молчал. Из-за того, что я долго спал, а утром вёл «праздные» разговоры, времени до темноты у нас оставалось не так много.

На удивление Золто, я выдерживал тот темп, который он задавал. Может быть, он и лесной житель, но вряд ли ему доводилось каждый день бегать по ступеням Алой Башни вверх-вниз. В какой-то момент мы даже начали состязаться в скорости; и, по прикидкам Золто, в результате мы прошли немало. Ногач поначалу бегал туда-сюда, то обгоняя нас, то удаляясь от тропы, но под конец пути словно бы даже устал, и плёлся позади — я даже опасался, что он отстанет.

Ночевать вышли к берегу тихой лесной реки. Это была моя вторая ночевка в лесу, но на этот раз мне было в разы спокойнее. Золто быстро развел костер, я натаскал дров (сухие

ветви, толщиной не меньше, чем в палец). Ели мы собранные по дороге грибы вместе с сушеным мясом, кинутым в кипящую в котле воду. После целого дня, проведённого на свежем воздухе, мне показалась эта похлёбка очень вкусной.

— Расскажи про Ван-Елдэр? — неожиданно попросил Золто, когда я отставил пустую миску.

— Что рассказать? — удивился я.

— А все, что хочешь, я ж не бывал там, да и вряд ли буду.

— Ну, — я задумался. — В Ван-Елдэре немало красивых девушек, — решил я поддеть Золто.

Тот буркнул что-то неприличное. Я откинулся на спину и уставился на звёзды. В чистом небе они сияли ярко, и созвездия выглядели незнакомо. Впрочем, не сказать, что я так уж хорошо разбирался в этом хитросплетении небесных светил. Помнил только детские сказки про огромную печать из звезд, и, якобы, если увидеть все ее линии и повторить их самостоятельно на земле, то можно призвать падение нового Храма — на этот раз, действительно огромного. Боюсь, правда, что такое падение неминуемо уничтожит наш мир, так что хорошо, что никто еще не сумел увидеть все плетение.

— Ван-Елдэр красив, — объявил я. — Высокие двойные Клановые башни Алых достигают пределов облаков и устремляются за них. Когда идет дождь, мы просто поднимаемся выше туч и можем наблюдать солнце или как сейчас — звезды.

— И много таких башен? — негромко спросил Золто.

— Одиннадцать, — хмыкнул я. — По числу Великих кланов. Но вообще-то башен больше, многие богатые Алые строят себе свои, кто-то даже вровень с некоторыми Клановыми.

— А твоя?

— Самая высокая, — улыбнулся я, с теплотой вспоминая сейчас родной дом, — ее построили много веков назад, и с тех пор почти каждый новый глава семьи достраивал новые ярусы.

— Ясно, — Золто закатил глаза, видимо, не слишком веря моим рассказам.

— В городе почти всегда идет дождь, или собирается пойти, или только что закончился. Мостовые из полированного камня блестят от влаги, и я постоянно оскальзываюсь, спускаясь к каналу. За каналом лежат Белые кварталы: стройные ряды светлых домов, изящные древние дворцы и разумно выстроенные мануфактуры и фабрики. А с другой стороны холма живут серые — они лепят свои дома как попало, так что в лабиринтах улиц можно легко потеряться.

— А чем люди заняты? — Золто снова заинтересовался.

— Кто — чем, — я пожал плечами, — работой, учебой, ничегонеделанием. Как по мне, самые трудолюбивые люди в Белых кварталах, они всегда заняты чем-то интересным — изобретают, экспериментируют, улучшают! Их вклад в благоустройство столицы огромен!

— А Алые?

— Алые обеспечивают порядок, приток финансов, законы, — я не слишком уверенно пожал плечами, — без нас город падет — так мне, во всяком случае, всегда говорили.

— А сам ты как считаешь? — Золто пошевелил дрова в костре. — Вот, ты исчез, падет там что-то?