Порочнее ада
Шрифт:
– Подумай зато, какие ты бабки сшибешь, куколка! В большом городе жмотничать никто не станет. Пожалуй, я сам обзаведусь приличным баром.
Внезапно послышался резкий, свистящий звук, а за ним крик боли. Шейн рванулся к двери, вид у него был угрожающий. Остановил его звон наручного будильника, раздавшийся в комнате.
– Зачем ты это сделал?
– всхлипывая, приговаривала девушка.
– Ужасно больно.
– Прости, душечка. Иначе нельзя было - вдруг бы ты передумала? Мы не могли такого позволить.
– Спереди -
– Ничего страшного. Только не трогай, пусть крови побольше натечет. Уже половина восьмого. Мне пора. Не плачь, пупсик. Я куплю тебе что-нибудь. Не думаешь же ты, что мне приятно лупить тебя хлыстом?
– Теперь уже я в этом вовсе уверена.
– Ну что ты? Я тебя обожаю, крошка. Ну, уже не так больно, правда?
Он встал с кровати и пересек комнату.
– Я оставлю хлыст в стенном шкафу. Он окровавлен. Полиция найдет его, когда будут разыскивать твою одежду. А теперь я хочу, чтобы ты ещё разок все повторила.
– Джейк, мы уже столько раз это репетировали, что у меня язык больше не ворочается.
– Ничего, один только разочек, а потом можешь отдыхать целых полчаса. Никто другой во всем нашем городе не сумел бы такое провернуть, Диди. Я серьезно. Одно только я хочу изменить. Если он войдет и сразу тебя увидит в таком виде, он мигом смекнет, что дело нечисто, и тут же уберется отсюда. После того, как он позвонит, ты отомкнешь ему дверь по домофону, потом вставь в проем двери гигиеническую салфетку, а сама иди в ванную. Когда он позвонит сюда, крикни, чтобы он заходил, а сама выйдешь через минуту.
– Заходите, я сейчас!
– позвала Диди.
– Вот-вот, именно так. Камильи с напарником из полиции нравов будут поджидать на лестничной клетке, в отсеке мусоросборника. Секс с использованием хлыста - серьезное преступление в Майами.
– А ты сказал им, что они охотятся на Шейна?
– Ты что, свихнулась, крошка? Как я мог? Камильи я выбрал лишь потому, что они с Шейном на ножах. Шейну не удастся ни откупиться от него, ни зубы заговорить. Я сказал только то, что до моих ушей донеслись кое-какие слухи о делах, творящихся в этой квартирке, и что я проверю, а потом дам им знать. Сейчас Камильи внизу. Я скажу, чтобы он поднимался и ждал у мусоросборника, пока не появится мужчина. Никто и не подумает, что это подставка.
– Шейн-то сразу сообразит, что его подставили.
– Нам наплевать, что он сообразит. По большому счету, ему тоже ничего не сделают. Особенно после того, как ты удерешь из-под залога. Нам главное - связать ему руки на несколько дней.
– Для чего?
– А я откуда знаю? Кому-то это важно.
– Джейк, я знаю, что ты откажешь, но, может, все-таки оставишь мне платье в шкафу? Только платье, без нижнего белья. Терпеть не могу этих вурдалаков из полиции нравов! Бр-рр! Лучше умереть.
– Я бы мог хоть целый гардероб оставить, да что толку? Шейн, услышав, что в дверь ломится полиция нравов, в секунду тебя
– Не знаю, как это лучше сделать.
– Сама решишь. Возможно, когда будете спускаться на лифте. Шейн захочет узнать, кто его подставил, вот тогда ты и ввернешь это имечко. Поцелуй меня, куколка. Черт побери, до чего ты лакомый кусочек!
– Джейк!
– Помечтай о Нью-Йорке, крошка. Ох, и разгуляемся мы там!
– Ох, и взбесится же Шейн!
– Не волнуйся. У него рука сломана. Займи круговую оборону. Камильи не упустит своего шанса, и больше двух-трех минут ждать не станет. Продержишься.
– А вдруг Шейн начнет меня бить? Ты только обрадуешься: чем больше крови и сломанных костей, тем для вас лучше. Хорошо, что я такая молодая. Буду прыгать и уклоняться.
– Мы с тобой пропрыгаем до самого Нью-Йорка, крошка. Господи, какая у тебя гладкая кожа. До скорого.
Открылась и хлопнула дверь. Шейн услышал, как девушка громко вздохнула. Пружины кровати заскрипели под тяжестью её тела. Он вошел в комнату. Девушка разворачивала пакетик жевательной резинки. Длинные черные волосы падали ей на плечи, скрывая лицо. У неё была хорошо сформированная грудь и пышные бедра. Она сидела, скорчившись на краешке кровати, так что лопатки выпирали, словно недоразвитые крылышки. Поперек бедер вздулась багровая полоса от удара хлыстом.
Засунув резинку в рот, она скомкала фантик и бросила его на пол. Потом подняла голову и увидела Шейна. От испуга она откинулась к стене.
– Не думаешь же ты, что тебя и в самом деле повезут в Нью-Йорк? насмешливо спросил Шейн.
Глава 9
Диди от неожиданности проглотила резинку. Полными ужаса глазами она уставилась на сыщика, недоумевая, каким образом он материализовался в пустой квартире.
– Майк Шейн!
– пролепетала она.
В следующий миг она соскочила с кровати и метнулась к двери. Шейн достиг двери одновременно с девушкой. Она рванула ручку, но дверь уперлась в подставленную ногу Шейна. В следующую секунду Шейн вырвал дверную ручку из рук Диди и резко ткнул изогнутым концом крюка в обнаженную грудь девушки. Диди вздрогнула, попятилась и вернулась в комнату.
Шейн закатил ей увесистую оплеуху, от которой Диди, как перышко, отлетела на кровать и ударилась о стену. На мгновенье её глаза закатились. Она потрогала разбитую щеку, потом слезла с кровати и на четвереньках поползла к Шейну.
– Пожалуйста, мистер Шейн, пощадите меня. Умоляю вас, я вовсе не хотела...
Шейн подцепил её концом туфли под подбородок, и девушка опрокинулась на спину.
– Если вы давно здесь, то слышали, что я говорила, - залопотала она. Я умоляла. И согласилась, лишь, когда мне пообещали, что мне не придется давать свидетельские показания на суде.