Порочнее ада

Холлидей Бретт

– Дьявольски хитроумно!

– Да, - сказал Шейн, - простой человек, если бы и додумался до такого, не сумел бы воплотить свой замысел в жизнь. Но для главы химической фирмы это было пару пустяков. Итак, Рут приняла пилюлю одновременно со снотворным - и умерла.

А вскрытие покажет лишь то, что она приняла слишком большую дозу барбитуратов.

– Потрясающе!
– воскликнул Джос.
– Надо же было до такого додуматься.

Шейн ждал, не спуская глаз с лица Холлэма. Все напряженно ждали. Подбородок Холлэма мелко задрожал, на лбу проступили вены.

Джос вдруг опять глупо хихикнул.

– Жена ему изменила, и он пристрелил обидчика! Это естественно. Но двадцать пять лет спустя! И ещё противозачаточная пилюля! Черт побери, Холлэм, я всегда считал, что ты чокнутый.

Слова его возымели странное действие. Холлэм слушал с закрытыми глазами, но теперь открыл глаза, и во взгляде его, устремленным на Шейна, появилось смирение.

Джос вновь заговорил:

– Я всегда обожал суды над убийцами. А этот я просто уже предвкушаю, поскольку сам буду в нем участвовать. Шейн, вы просто кудесник... без вас я бы ни за что не вспомнил. Дело в том, что однажды я допоздна засиделся в конторе, разбирая почту... Нет, вру, просто я назначил свидание... Словом, я видел его.

– Холлэма?
– тихо спросил Шейн.

– Кого же еще? В лаборатории. Он возился с прибором для изготовления пилюль.

Холлэм резко отвернулся. Потом поднял голову и посмотрел на сына. На

губах появилась кривая улыбка.

– Да, жаль, что он тогда засиделся. Прости меня за Рут. Она ни в чем не виновата. Если хочешь писать, Форбс, то я не против. Коль скоро ты ненавидишь бизнесменов, то не имеешь права жить на дивиденды. Понимаешь? А завещание я не менял. Времени не было. Предложи Перкинсу восемь миллионов за его фирму. Ни цента больше. Он согласится - выхода нет. И не разрешай Деспардам...

Он неожиданно развернулся и кинулся на террасу. Шейн, стоявший ближе остальных, замешкался, столкнувшись с Перкинсом, и подбежал к краю террасы, когда Холлэм уже перелез через перила.

Шейн неловко выбросил вперед руку с крюком, но промахнулся. Холлэм камнем ухнул вниз, растопырив руки и ноги. Из комнаты послышался женский крик.

Шейн отвернулся, не дожидаясь, пока тело Холлэма упадет на асфальт, пролетев двенадцать этажей.

– Вы и в самом деле видели его в лаборатории?
– спросил он Деспарда, который стоял, почесывая подбородок.

Деспард горько усмехнулся.

– Не судите меня строго, Шейн, - сказал он.
– Сами прекрасно знаете, что ни один суд не вынес бы обвинительный приговор без убедительных улик. Кстати, мне показалось, что вы нарочно не спешили. Я видел вас в деле. Когда нужно, вы жалите, как гремучая змея.

– Да, тяжелая выдалась ночка, - чуть подумав, ответил Шейн.
– Пора вызывать полицию. Пусть теперь они поработают.