Пора хризантем

Иноземцев Владимир Иванович

Игнатий. Обижается на тебя.

Виктория. Надо же? Что говорит?

Игнатий. Ничего.

Виктория. Как?

Игнатий. Что не скажу, молчит. А вместо неё отвечал этот её "бой-френд".

Виктория. А она?

Игнатий. Что он, то и она.

Виктория. Что это с ней?

Игнатий. Я даже из себя вышел. Спросил, что у неё своего ума нет?

Виктория. А она?

Игнатий. Ничего. Но потом они стали уходить в комнату. Пошепчутся там, потом она выходит и объявляет мне, что он сказал ей.

Виктория.

Горе. Действительно своего ума нет.

Игнатий. Что же нам с нашим домом делать? Теперь мы с тобой, Виктория, тут квартиранты.

Виктория. Я об этом тоже думаю.

Игнатий. Но это же было твоё решение.

Виктория. Ну, ошиблась я, а ты согласие дал. Где твой ум был?

Игнатий. Приятное хотел тебе сделать.

Виктория. А надо было головой думать. Не могу я на тебя ни в чём положиться. Ты виноват во всём.

Игнатий. Что с того, кто виноват. Скажи лучше, как нам быть?

Виктория. Кто бы мне сказал. Да. Отблагодарила доченька. Сочинение ей писала, на танцы водила, подарки дарила и от себя и от Деда Мороза. И дождалась. Надо было сразу в приют отдать. Из-за тебя всё это. Я к порядку приучала, а ты внушал ей, что мать уважать не надо.

Игнатий. Зачем ты так? Виноват я, конечно, только сам не знаю в чём. Однако своих мозгов мы ей не вставим. У неё самой в голове что-то щёлкнуть должно.

Виктория. Щелкнуло уже. С ума она меня сведёт. Игнатий, я решила, что нам надо обязательно эту нашу дарственную назад переиграть.

Игнатий. Другого выхода у нас с тобой нет.

Виктория. Если она, эта его раба любви, под его дудку пляшет, то вытурит "зятёк" нас на улицу. Мы же для него никто. Как ты насчёт того, чтобы в старости под забором доживать?

Игнатий. Я к юристу схожу.

Виктория. Спроси у него, как нашу сделку аннулировать, чтобы квартира опять наша стала?

Игнатий. Завтра пойду.

# 26 #

Игнатий возле дома, Марина возвращается из Краснодара.

Игнатий. Здравствуйте, Марина. Какие новости из Краснодара?

Марина. Разные.

Игнатий. Мама домой не собирается?

Марина. Что вы? У них там такая любовь.

Игнатий. А с работой как?

Марина. Никак. Они не в самом Краснодаре, а на дачах живут.

Игнатий. У Макара Савельевича специальность есть?

Марина. Только одна. Он же боцман. Всю жизнь на вахте простоял. И кроме этого ничего делать не умеет.

Игнатий. А на что они живут?

Марина. У него ещё мать жива. Она в детсадике поваром работает. Оттуда приносит продукты. Этим и кормятся.

Игнатий. Он же усадьбу продал.

Марина. Так ему же каждый день выпить нужно. В пивбар, как на работу ходит. Там деньги и пропивает. Только он не может просто так пить, всё к алкашам пристаёт, рассказывает, какой он храбрый мореман.

Игнатий. Могу поверить.

# 27 #

Виктория.

Игнатий собирается в поход. Рядом с ним рюкзак.

Виктория. Игнат, можешь ты, хоть в этом году не ходить в свой поход?

Игнатий. Ты же знаешь, каждый год в июле мне надо в поход. Я тебе много раз говорил, горы - для меня это святое.

Виктория. Хоть разок можешь обойтись без них? У нас и так каждый день этот кошмар, а тебе хоть бы что. Души у тебя нет.

Игнатий. Хорошо, давай останемся дома и будем тихо сходить с ума. Хоть куда-то вырваться надо. Или знаешь, Вика, давай вместе в горы пойдём? Ты не против?

Виктория. Зачем они мне нужны, горы твои? Там не помыться, не отдохнуть. И почему я должна через эти твои трещины лезть. Будешь лезть, пока куда-нибудь не загудишь. Да ещё смотри, камни там эти на голову сверху летят. И тебе там нечего делать? Сидел бы дома. Скажи, чего тебе дома не хватает?

Игнатий. Уларов.

Виктория. Каких уларов?

Игнатий. Индюки такие. Они на Кавказе у самых ледников живут.

Виктория. Здравствуйте! Индюков ты не видел? Поезжай в зоопарк.

Игнатий. Там таких нет.

Виктория. А какие же там?

Игнатий. Представь, иду по ущелью, поднимаюсь выше и выше. Сначала первое озеро, потом второе, наконец, подбираюсь к пятому. А вокруг него высоченные скалы, и озеро такое - замёрзшее, ледяное.

Виктория. Ну, и что?

Игнатий. Как, что? Лето, август, в Кисловодске жара, тридцать пять, а это озеро подо льдом, хоть на коньках катайся. И в него вморожены такие снежные острова.

Виктория. И что?

Игнатий. А рядом со снегом на берегу цветы такие - примулы.

Виктория. Примулы мы твои на выставке видели?

Игнатий. Там не такие, не желтые, а розовые. Они только в горах цветут.

Виктория. А твои индюки тут причем?

Игнатий. Так вот, ложишься спать на ночь возле этого озера, а утром просыпаешься - душераздирающий крик. Выглядываешь из палатки, а это улары пикируют с хребта и орут так.

Виктория. Ради этого туда идти? А то поехали бы в Кисловодск на недельку. Отдохнули бы, как люди. Укрепили бы здоровье. Там, пожалуйста, ванны, грязи, массаж, процедуры. Что ты за человек? Даже неделю для себя пожить не хочешь.

Игнатий. Вика, мне это не нужно.

Виктория. Давай в зоопарк поедем, если хочешь, в ботанический сад.

Игнатий. Знаешь, Вика, я думаю, эти цивильные заведения придумали в маленьких странах, где посмотреть не на что. А мы с тобой в России живём. Столько в ней нехоженого и неоткрытого. Да и сама ты знаешь, без этого я не могу.

Виктория. Всё бежишь - бежишь. А куда бежишь, сам не знаешь.

Игнатий. Как же знаю? На перевалы, где ещё не бывал.

# 28 #

На столе у Игнатия стопка книг. Он берёт одну и просматривает.