Попаданцы

Крестьянова Елена Геннадиевна

– Ну что, как вам виски?
– поинтересовался шеф, со странной улыбкой глядя на Иннокентия из-под слегка затемненных очков в изящной золотистой оправе.

– Восхитительно, Станислав Александрович, - соврал Иннокентий Иванович, - просто божественный напиток.

Он поставил практически нетронутый стакан на столик рядом с пепельницей и взял сигарету.

– Вот как? Честно признаться, не ожидал, - совершенно неожиданно и абсолютно непонятно произнес Млечин и, плеснув виски в свой стакан, уселся в кресло, стоящее по другую сторону стеклянного столика.
– Это наша первая встреча по серьёзному вопросу, господин Куратор, - сказал он, сделав глоток и посмаковав

его во рту, - а началась она так неудачно. Плохо... Очень плохо.

– Простите, не понял...

– Я хоть здесь без году неделя, и не успел как следует узнать сотрудников отделения, но с личными делами ознакомился весьма внимательно. Ведь вы же, Иннокентий Иванович, крайне негативно относитесь к алкоголю.

– Увы, Станислав Александрович.

– Тогда зачем вы солгали?

Рябов, переживший уже второго Магистра, никогда не лебезил ни перед кем из них, считая, что начальника надо уважать не за должность, а за его деловые и человеческие качества. И, тем не менее, его сейчас уличили во лжи и угодничестве. Иннокентий Иванович ощутил некоторую неловкость и раздражение на самого себя, за то, что повел себя неправильно. А ещё и потому, что понял: дегустация виски и последующий за ней вопрос шефа были задуманы, как тест на честность. И он, Куратор Рябов, один из лучших кураторов отделения, этот тест провалил. Однако Иннокентий Иванович взял себя в руки, решив не выказывать новому Магистру своего раздражения. Он пожал плечами и честно признался:

– Я сказал то, что вы хотели услышать.

– Уже лучше, - кивнул Млечин.
– По крайней мере - честно. Но зачем вы вообще стали пробовать виски, если не пьёте?

– По глупости, - улыбнулся Иннокентий Иванович.
– А может потому, что хотел показать, что доверяю вам.

Станислав Александрович, услышав это, удивленно округлил глаза и вдруг расхохотался - громко и беззлобно, трясясь всем своим большим телом. При этом он едва не расплескал виски. Отсмеявшись, вытер носовым платком выступившие слёзы и миролюбиво предложил:

– Будем считать это своеобразным ритуалом знакомства.

– Хорошо, - сказал Рябов.
– Однако хочу заметить, господин Магистр, что с моим досье вы ознакомились не особенно внимательно. Сам я его естественно, не читал, но уверен: там не может не значиться, что моё отношение к спиртным напиткам нельзя назвать абсолютно негативным. Иногда я употребляю сухое красное вино, чаще всего, разбавленное минеральной водой, а на Новый Год выпиваю традиционный бокал шампанского... Но, это так - к слову.

– Да, теперь я вспомнил, - кивнул Млечин, допивая остатки виски.
– Ну что, господин Куратор, перейдём к нашим делам?..

Он поставил пустой стакан, с трудом выпростал упакованные в дорогой костюм телеса из мягкого кресла и, по-медвежьи косолапя, подошёл к своему рабочему столу, на котором одиноко лежала тоненькая жёлтая папка с отчётом Рябова. Взял папку в руки, но открывать не стал.

– Воду в ступе толочь не будем, - сказал Млечин.
– Отчёт я прочел - работа выполнена безукоризненно. Информация по объектам вашими людьми собрана достаточно полная. Операция по доставке выполнена без сучка и задоринки. И с объектами вы явно не промахнулись, о чем свидетельствуют высокие результаты спецтестирования. Психофункции, IQ, физические показатели - все в норме, и нас вполне устраивает. Я полностью согласен с вашими выводами, что эти двое - Иванов и Репин - весьма перспективные рекруты... Теперь о главном - о ваших личных впечатлениях. Ведь вы, Иннокентий Иванович, не только за монитором сидели во время тестирования, вы же погружались.

И были рядом с испытуемыми в виртуальном мире.

– Совершенно верно, господин Магистр. Я - один из немногих Кураторов, придерживающихся прежних, традиционных методов работы с рекрутами. Считаю, что для более полного понимания личности будущего агента необходимо побыть с ним, как говорится, в одной упряжке, а не довольствоваться тупым наблюдением со стороны за действиями и мыслями виртуальных копий. Уверен, при более тесном контакте с испытуемыми у Куратора появляются дополнительные критерии оценки, что влияет на успех вербовки. Конечно, современная техника позволяет улавливать малейшие изменения настроения испытуемого, фиксировать и распознавать даже не вполне сформировавшиеся мысли, но никакой прибор не заменит человеческого фактора, в большей степени я имею в виду интуицию. Я не думаю, что погружение - это всего лишь устаревшая в связи с модернизацией компьютерных программ, а потому ставшая необязательной, часть работы Куратора. Напротив, для пользы дела будет не лишним сравнить свои личные ощущения с данными, зафиксированными приборами.

– Да, да, вы правы, - Магистр покивал, смешно сжимая и раздувая подбородки.
– Между прочим, я ещё до разговора с вами решил издать приказ о возвращении традиционных технологий тестирования... Но не буду вас отвлекать своими репликами. Итак...

Рябов стал неспешно и обстоятельно делиться с шефом своими впечатлениями о рекрутах; тот слушал внимательно, не перебивая. Когда в рассказе Куратора была поставлена финальная точка, Млечин выждал с десяток секунд, которые использовал для того, чтобы положить папку с отчетом на стол, вернуться к креслу и плеснуть в свой стакан ещё виски, и сказал:

– Если я вас правильно понял, Иннокентий Иванович, вы считаете, что после вербовки этих двух рекрутов, в успехе которой вы нисколько не сомневаетесь, следует немедленно приступить к обучению их по специальной программе?

– Да, господин Магистр. Мне кажется, что Иванов и Репин вполне подойдут в группу радикального замещения. После соответствующей подготовки и обработки, естественно.

– Я это понял из вашего отчёта, - кивнул Млечин.
– Но стоит ли пороть горячку? Группа РЗ укомплектована, хорошо обучена и готова к переводу на второй уровень к Скульптору, мы ждём лишь отмашки сверху.

– Потому я и предлагаю не медлить - мы можем получить приказ переводить их в любой момент... Да, группа РЗ собрана и подготовлена, но в таком деле, как наше, всегда имеет смысл иметь качественный дублирующий состав. Простите, господин Магистр, что даю вам совет...

Млечин криво усмехнулся и жестом приказал Рябову продолжать.

– На мой взгляд, у нас действительно имеет место явный дефицит потенциальных дублеров, - высказал своё мнение Иннокентий Иванович.
– Если кто-нибудь из наших асов слетит с катушек, как это сегодня произошло с агентом Симагиным, кого мы можем поставить взамен? Взять кого-то из "диверсантов"? или из группы доставки? или рядового агента?..

– Это недоработка прежнего руководителя, - ворчливо заметил Млечин и осёкся. Рябову показалось, что на пухлых щеках шефа вспыхнул румянец. Видимо он понял, что произнёс слова, не приличествующие воспитанному человеку и вдобавок руководителю такого ранга, да ещё при подчиненном. Впрочем, и во всякое другое время назвать щеки господина Магистра бледными можно было весьма условно.

– Да, конечно, - сказал Иннокентий Иванович, - недоработка его, но прежний Магистр мёртв, а если вдруг станут происходить провалы, отвечать придется вам, господин Магистр.