Шрифт:
Часть первая
В плену иллюзий
1.
Его так настойчиво тормошили и хлестали по щекам, что впору было мёртвому открыть глаза и пробудиться от вечного сна. Собственно, мёртвый проснулся бы с радостью, но тот, кого будили, был жив, а потому просыпаться ему совершенно не хотелось. Открывать глаза - тем более.
Но не отстанут же!..
Он кое-как разлепил тяжёлые, словно накаченные ботоксом веки. Рядом никого не было - тот, кто будил, куда-то делся. Словно испарился.
"Шустрый, сука, - подумал проснувшийся, закрывая
– А чёрт с ним, подольше бы не приходил".
Сон не вернулся, но лежать - просто лежать и ни о чём не думать - было приятно. Почему-то жёстко, особенно голове, но всё равно приятно.
"Сейчас, - думал он, - сейчас полежу немного и усну. И гори оно всё..."
Приятная истома вновь заняла своё законное место в полуспящем организме; мысли, которых и так-то в тяжелющей отлеженной голове было раз, два и обчёлся, заплелись в рыхлую косичку и стали таять.
И вдруг новая хлёсткая пощечина.
"Ну, блин!.."
– Просыпайся, кому говорю! Сукин сын, ты меня слышишь?!
– Голос злой, грубый, но почему-то кажется знакомым.
– Да пошёл ты!
– раздраженно огрызнулся человек, которого снова нагло выдернули из подступающего сна. Сказал или только подумал? Открыл глаза, руки машинально дёрнулись потереть их, но было лень.
Как и в первый раз - никого.
"Вот сволочь! Теперь хрен уснёшь..."
Человек приподнялся на локтях и сел, покрутил головой с хрустом в шейных позвонках, помассировал ладонью затылок, по которому вдруг забегали и запрыгали тысячи чесоточных мурашек. Впрочем, они быстро устали и угомонились. Захотелось опять лечь, но он пересилил себя.
"А что так хреново-то? Нажрался вчера, что ли?"
– Эй, ты где?
– спросил он у пустоты.
Получилось хрипло и едва слышно.
Он огляделся. Что за странное место?..
Ангар, не ангар... Совершенно пустое помещение, довольно грязное: пыльный бетонный пол усеян битым кирпичом и кусками застывшего раствора, посредине - куча мусора: тот же битый кирпич и серые бесформенные комки раствора, ржавые иглы арматурной проволоки угрожающе торчат в разные стороны, перевёрнутый вверх дном окорёнок, совковая лопата со сломанным черенком. Стройка?.. Не подвал, точно. Потолок высокий, во всех четырёх стенах - узкие окна без рам, похожие на бойницы, через них в помещение проникает слабый туманный свет... Вечер? Раннее утро?..
"А где этот?.. Куда он мог деться?
– удивился проснувшийся.
– Тут и прятаться-то негде... Шалун, мать его!"
Откашлялся и громко крикнул:
– Эй, ты где? Что тебе надо?!
"Ада, ада, ада" - откликнулось эхо.
Кряхтя, человек поднялся с пола, окинул помещение более пристальным взглядом. У дальней стены в полу виднелось тёмное прямоугольное отверстие без ограждения.
"Туда, наверное, утёк. Или за мусором прячется, одно из двух...
– он шагнул по направлению к куче.
– Нет, никого. Значит, вниз. Но не мог он так быстро туда юркнуть, я бы заметил... А может меня и не будил никто, может просто приснилось?.."
Он оглянулся на то место, где только что спал - большой кусок гофрокартона с синими надписями на английском и обломок бетонной плиты вместо подушки. Теперь понятно, почему так было жёстко голове... Снова помассировал затылок и посмотрел на потолок - дыры нет, значит, это
"Почему я здесь? Как сюда попал?
– Человек стиснул виски руками.
– Что с моей башкой? Пустая как банка из-под пива... Так, надо сосредоточиться, напрячь извилины и вспомнить... во-первых, кто я. Я - это я, и зовут меня... Илья! Точно, Илья!!"
За именем в тумане памяти всплыла фамилия.
"Моя или не моя?..
– Илья стукнул себя по лбу, пытаясь заставить работать непослушные извилины - Ах, да, все всегда подшучивали. Конечно, это моя фамилия!"
Илья стал вспоминать дальше, и вскоре был вознаграждён: профессия, место работы, город и дом, в котором живёт один (пока не женат и не планирует в ближайшие лет пять, а то и десять) - всё вернулось. Ему стало немного легче: слава богу, не амнезия. Во всяком случае, не полная...
"А может, меня отоварили чем-то тяжёлым, обобрали и кинули здесь, на стройке? Тогда зачем тащили на верхний этаж, проще бросить внизу... Да, бросить проще, но тело найти на верхнем этаже сложнее... Стоп, какое тело, а постель из картона? Зачем трупу постель? Ерунда какая-то..."
Он стал торопливо обшаривать карманы и выкладывать все, что в них находил. Носовой платок, расчёска, бумажник, сигареты, зажигалка, телефон. Значит, не ограбили... Последними звякнули ключи.
Вот эти - от дома, а эти - от машины. Илья с теплотой взглянул на эмблему немецкого автомобильного концерна "Ауди", изображенную на ключе зажигания - четыре сплетённые в цепь колечка, - явно радуясь тому, что является счастливым обладателем новенького (из автосалона) шикарного авто.
И вдруг улыбка сползла с лица молодого человека, на душе моментально стало холодно и неуютно, а ощущение удовлетворения сменилось практически абсолютной опустошённостью. Илья вспомнил события минувшего вечера.
"Черт! Ну и влип же я в историю!
– ужаснулся он.
– Мадлен меня убьёт, как пить дать! И, кстати, не только она желает со мной разобраться..."
– Смотри, Илья, не подведи, - голос Мадлен звучал строго, а эффектно накрашенные глаза также строго предупреждали: "Дело очень серьёзное и очень ответственное! Если что, получишь по полной программе. И наши личные отношения в данной конкретной ситуации роли не играют".
Директор фирмы "Виват" Мадалена Геннадиевна (все её обычно называли на французский манер - Мадлен) была старше Ильи на целых десять лет. Но когда они бывали вместе (не в офисе, там все знали об их связи, уже давно перемыли им косточки и приняли сей факт как должное), а где-то в других местах - совершали ли совместные походы по бутикам или сидели в ресторане за столиком, - в их сторону никто и никогда не бросал недоумённых или тем паче насмешливых взглядов, - разница в возрасте не была заметной. Илья, благодаря росту, широким плечам и довольно мужественным чертам лица, выглядел старше своих двадцати пяти, а хрупкая изящная Мадалена наоборот - младше своих паспортных тридцати пяти. Но не одна лишь природная миниатюрность фигуры являлась причиной её кажущейся молодости - регулярные занятия фитнесом, посещения спа-салона, солярия и косметического кабинета благотворно сказывались на конечном результате. Таким образом, Илья и Мадалена сошлись где-то на тридцати и смотрелись прекрасной парой.