Полюса притяжения
Шрифт:
Но созревает все-таки разумная мысль. То, к чему давно готовился весь организм. На перетрахе ведь должно думаться легче. А не выходит.
— Давай поговорим, Ян. Никак у нас с тобой не получается серьезно это сделать. Все через секс решаем.
Она замирает и вмиг напрягается.
— Хорошо. Давай поговорим.
— Почему ты сразу же насторожилась? — прикасается к ее плечу губами.
— Сейчас?
— Да, сейчас. Чего ты боишься?
— Не знаю… Может, того, что снова все испорчу…
Как
— Расслабься, котенок, — перекрещивая на ее груди руки, прижимает крепче к себе. Оглаживает ладонями хрупкие плечи. — Я же сказал, все уже. Дальше без страховок. Как есть. Мне хватает того, что ты искренняя. Такую тебя хочу. Чтобы говорила все, как думаешь. А не подбирала слова и смотрела настороженно.
Извернувшись, она цепляет губами его подбородок. Застывает в ожидании, пока Рагнарин не склоняет голову, чтобы накрыть ее рот своим. Поцелуй получается коротким, но крепким и откровенным.
— Я так сильно тебя люблю, Раг… Ты старше. Крупнее. Не физически. Ты — сильный. Я — слабая.
— Ты тоже сильная, Янка. Иначе бы всего этого не выдержала.
Она умолкает. Копается в своей памяти, выуживая не самые приятные моменты их супружеской жизни.
— Что ж… Был лишь один момент, когда мне реально хотелось тебе стукнуть.
— Кажется, я знаю, какой… Когда ты крушила мою спальню?
Она краснеет. Прячет лицо.
— Ты простил меня?
— Мне не за что тебя прощать.
Не сдержавшись, Яна цокает языком.
— Вот ты так упорен! А я хочу, чтобы простил.
— Я не злюсь и не обижаюсь.
— Так не бывает. Что-то же тебя держало в стороне!
— Что-то… Но недолго. Уже через пару дней я хотел мять с тобой простыни. То есть хотел и до этого. Просто… Нельзя было трогать на плохих эмоциях.
— Значит, все-таки злился? — ухватившись за последнюю фразу, прорывается ему в душу.
Тяжело вздыхая, Денис удерживает ее руками, не давая обернуться и заглянуть в лицо.
— Что ты хочешь из меня вытащить, Янка?
— Мы же собираемся говорить откровенно?
Денис делает еще один глубокий вдох и медленный выдох.
— Я не знаю… Возможно, ярость присутствовала. Но не в традиционном смысле. Я не вынашивал мысли, как бы тебе навредить. Это другое. Я хотел тебя силой подчинить. А так тоже нельзя.
Яна ерзает. Скованно выдыхает и громко сглатывает. И все же говорит:
— Я не была против.
На что она его толкает?
Прихватывая острый подбородок пальцами, поворачивает лицо девушки к себе. Вынуждает смотреть в глаза. Врывается внутрь нее. Изучает то, что плещется на самом дне расширенных на эмоциях зрачков.
— Скажи, что прощаешь меня… Что сейчас никаких теней между нами нет, — просит она шепотом.
Если ей именно это нужно, то он, как ни странно,
— Никаких. Прощаю. И ты, в таком случае, прости меня.
Яна полностью разворачивается. Крепко обнимая его руками, льнет к груди, за которой срывается на безумный ритм северное сердце.
— Прощаю.
Вечером они ужинают в уютном ресторанчике на берегу океана. Обсуждая все, что приходит в голову, много смеются. И норовят постоянно друг к другу прикасаться, поэтому и сидят максимально близко. Янкина воля, она бы и тут Рагу на руки забралась.
— Потанцуем, котенок?
Что угодно, лишь бы, наконец, к ней прикоснуться.
— Давай. Песня прикольная.
После танцев и откровенного флирта гуляют на берегу океана.
— Так не хочется отсюда уезжать, — вздыхает Яна. — Хорошо так… Ты все время рядом. Мой Рагнар, — перекрывая ему путь, тянется на носочках, чтобы прижаться всем телом и поцеловать.
— В Москве я тоже буду рядом.
— Не всегда. Ты много работаешь. А если еще командировки…
Останавливает ее тоскливые размышления новым поцелуем.
— В ближайшее время не будет никаких командировок, котенок.
В свете лунной лампы видит, какой радостью вспыхивают ее глаза.
— Обещаешь?
— Обещаю.
— М-м-м… Люблю я тебя, Денис Рагнарин.
— А я люблю тебя, Яна Рагнарина.
Она смеется. Покрывается мурашками, когда он, царапая и щекоча щетиной чувствительную кожу, переключается с поцелуями на ее шею.
— Это так странно звучит, правда, Раг?
— Почему странно? Красиво.
— Красиво. Но я еще не привыкла. Яна Рагнарина… — тянет звуки, будто пробуя на вкус.
— Привыкай.
Ставит ее на четвереньки. Обхватывая бедра ладонями, прижимается членом к ягодицам. Янка всхлипывает, выгибая спину. Будь они в какой-то другой позиции, явно бы просила поторопиться, но сейчас его девочка затихает, испытывая новую порцию стыда из-за положения своего тела. Наклоняя голову, практически касается лбом подушки.
— Такая тихая, котенок… Такая смущенная… — протягивает Денис, скользя ладонью по ее узкой спине.
В ответ раздается лишь неразборчивое бормотание.
Рагнарин тихо смеется. Прикусывая губы, тянет воздух носом. На мгновение задерживает дыхание.
— Ты очень красивая…
Находит членом вход в ее изящное тело. Толкает бедра, растягивая и заполняя постепенно. Янка протяжно стонет и вскрикивает, когда, доходя до упора, он прижимается к ее ягодицам пахом.
— Идеально… Это идеально.
— Да… Пожалуйста… Раг… Двигайся.
Двигается. С первым же толчком пространство спальни размывает яркими вспышками. Грудь простреливает десятком высоковольтных разрядов. Низ живота стягивает в жгучие пульсирующие узлы.