Полюбить Монстра

— Это просто какой-то бред, — я отбросила телефон в сторону и спрятала лицо в ладонях.

Вдруг совершенно неожиданным образом захотелось рассмеяться. Громко-громко, чтобы даже мышцы живота напряженно заболели, и чтобы воздух кончился в лёгких. Мои плечи мелко задрожали. Я отняла руки от лица, запрокинула голову и расхохоталась. Нездоровый, надтреснутый смех смешался со слезами и рыданиями.

Горячая пульсирующая боль в грудной клетке с поразительной быстротой начала разрастаться. Я прижала ладони к груди, чувствуя,

как всё внутри меня ломается и крошится. Неадекватный смех исчез, остались только слёзы. Впервые я не могла справиться с ними. Впервые у меня не получилось взять себя в руки.

Человек, которого я любила всем сердцем, вогнал в это самое сердце нож. Вогнал глубоко и еще с особенным упоением прокрутил рукоять. Я умирала. Внутри. Стремительно и без возможности реанимироваться. Я уничтожена.

Юра меня уничтожил. Причем сделал он это уже давно, а я, улыбаясь, латала раны, сшивала разодранные края, уверенная, что так и должно быть. Что всё в порядке. Всё наладится. Это временные трудности. У кого их нет? И пока я латала свое сердце, Юра снова и снова вгонял в него нож. С хирургической точностью, чтобы продлить мои мучения. А я с благодарностью их принимала. Оставалась глухой к рассказам друзей и слепой к очевидным фактам.

Пальцы сами потянулись еще раз разблокировать экран смартфона. Видео было поставлено на паузу. Глотая слёзы и всхлипывая, я нажала на воспроизведение и снова услышала протяжные вздохи, стоны. Картинка перед глазами окончательно расплылась. Я заблокировала телефон и снова отбросила его в сторону, словно он обжег мне только что руку.

Всё это было за гранью. Я никогда не имела привычки проверять своего мужа. Я ему верила. Безусловно. Никаких сомнений или шпионских игр. Но в последнее время Юра очень изменился. Он стал раздражителен и начал часто срываться или на мне, или на нашей дочери. Порой я ловила себя на мысли, что ему сложно находиться рядом со мной. Сложно ложиться ко мне в постель и засыпать рядом.

Я всё отгоняла от себя плохие мысли. Списывала скверное настроение Юры на усталость из-за работы. Он готовился к открытию ресторана, уже наперед строя планы для запуска сети в нескольких крупных городах. Но где-то на задворках сознания мелькала крошечная колючая мысль о том, что у Юры появилась другая женщина. Я противилась этой догадке. Но она назойливо продолжала напоминать о себе.

Юра изменился после отъезда моей старшей сестры. Оля была в отпуске и решила заехать к нам в гости. Она недавно рассталась со своим мужем и всячески пыталась отвлечься. Отвлеклась.

Я уткнулась лбом в колени, пытаясь вытравить из памяти гадкие кадры видео, на которых мой муж занимается сексом с моей родной сестрой. Боль, что поселилась по центру груди, продолжала расти и давить на рёбра. Хотелось кричать. В голове всё смешалось и пошло кувырком: ненависть, непринятие, обида, сожаление.

Пока еще я не могла поверить в то, что наша семейная жизнь с Юрой разрушилась. Мы шесть лет были вместе. Меня вдруг охватил такой жуткий и ледяной страх. Что я скажу дочери? А родителям? Что я буду делать

дальше?

Обычно, Юра никогда не забывал свой телефон. Он даже в туалет с ним ходил. Прежде я не обращала на это никакого внимания, ведь смартфоны уже давно стали неотъемлемой частью нашей жизни. Но Юра буквально из рук его не выпускал. А сегодня в спешке собирался и случайно забыл на тумбочке в прихожей.

Я уже и не помню, почему решила заглянуть в его телефон. День рождения. Да, точно. Позавчера мы праздновали день рождения Наны. Я хотела посмотреть фотографии с праздника. Похоже, кому-то свыше надоело наблюдать за моей слепой любовью, поэтому ткнул носом прямо в правду.

Вытерев рукавом кофты слёзы, я почувствовала, что меня вот-вот стошнит. Вся эта ситуация была настолько омерзительной, что к горлу подкатил колючий тошнотворный комок.

Я не хотела устраивать никаких скандалов или истерик. Вдруг возникло такое сумасшедшее бессилие. Просто хотелось заглянуть в любимые глаза и спросить: за что? За что Юра так со мной поступил? За что так со мной поступила родная сестра?

Легче было лишь оттого, что Нана сегодня ночевала у моих родителей. Я бы очень не хотела, чтобы дочь видела меня вот такой, рыдающей и поломанной.

Я кое-как, подпирая плечом стену, добралась до ванной комнаты. Ноги едва держали. Я всё еще плакала и чувствовала, что от боли внутри грудной клетки могу просто сойти с ума.

Склонившись над раковиной, я выкрутила кран на максимум и зачерпнув воду руками, окунулась в нее лицом. Она была очень-очень холодной, почти ледяной. Вода своим холодом обожгла мои щёки. Я всхлипнула и посмотрела на себя в зеркало. Что я видела перед собой? Ничего. Абсолютно ничего. Еще час назад я бы увидела Марианну. Молодую женщину, у которой растет замечательная дочка. У этой Марианны есть муж. Самый-самый. Красивый, умный, предприимчивый и коммуникабельный. Он такой… Такой совершенный. И всё у Марианны хорошо.

Я опустила голову и крепко зажмурила глаза, чтобы снова не расплакаться. Находясь на эмоциональном пике, я всерьез не понимала, как мне теперь жить дальше. Мне двадцать четыре. У меня растёт четырёхлетняя дочь. Юра был и остается моим единственным мужчиной. И как я теперь без него? Боль и страх давили своей тяжестью мне на грудь.

Внезапно раздался звонок в дверь, затем в нее несколько раз крепко постучали. Я вздрогнула и схватив полотенце с крючка, вытерла лицо. На секунду подумалось, что вернулся Юра. Заметил, что телефона нет и решил вернуться. Но он бы открыл дверь своим ключом. Никого другого я сегодня в гости не ждала.

Заглянув в дверной глазок, я увидела двух мужчин. Один из них несколько раз нажал на звонок.

— Кто? — мой голос сильно охрип после рыданий.

— Юра дома? — послышался вопрос.

Я аккуратно приоткрыла дверь.

— Он уехал.

Тот, который спрашивал, сплюнул на пол лестничной площадки, а затем сильно толкнул дверь, чтобы войти.

— Вы кто такие? — нахмурившись, спросила я.

— Ты походу жена? — мужчина окинул меня с головы до ног быстрым оценивающим взглядом.