Полутьма

Браун Эрик

Он поговорил еще немного, ответил на несколько вопросов, которые можно было предвидеть заранее, и поблагодарил всех присутствующих за искренний интерес и внимание.

Потом Клиен ненадолго задержался выпить по бокалу вина с сотрудниками службы охраны и избранными гостями. Он договорился, что навестит команду отеля еще раз и расскажет о самых современных системах безопасности. Он не откажет себе в удовольствии дать этим олухам совет, что делать в будущем для того, чтобы постояльцев не убивали л их номерах. Камеры наблюдения будут неплохим началом, подумал Иезекииль.

Через полчаса Клиен извинился, покинул отель и поехал в центр Калькутты. Он припарковался у здания оперы за пять минут до начала представления,

заказал в баре выпивку и уселся в удобное кресло своей ложи высоко над сценой.

Два следующие часа он наслаждался музыкой, выбросил из головы все мысли о состоянии планеты. Клиен часто думал, связана ли как-то его любовь к опере и способность убивать. Ему казалось, что да. В конце концов, он выполняет на Земле миссию, возложенную на него Господом, а умение наслаждаться красотой классической музыки тоже дар Божий — награда за оказанные услуги.

Клиен улыбнулся, отдаваясь звукам музыки.

Ночью, дома, ему снова приснился кошмар, который давно преследовал его. Он опять был в пещере глубоко под землей, а высокие, жуткого вида пришельцы отправляли свой жуткий ритуал — на сей раз под музыку «Богемы» Пуччини.

Клиен вскрикнул и сел, нащупывая кнопку света. Образы исчезли вместе с ужасным ощущением зла, всегда сопровождавшего этот сон, и дыхание Клиена постепенно вошло в норму.

Не в силах уснуть, он оделся и пошел в кабинет. На столе лежала кучка снимков, которые он оставил там позавчера вечером. Клиен взял их и вышел на балкон. Огни, горевшие в саду, освещали белую стену его дома. Пять лет назад он переехал в один из самых престижных районов города и купил роскошный полиуглеродный дом на улице Аллахабад Марг — уменьшенную копию Сиднейской оперы. Кич, конечно, но тем не менее красиво.

Иезекииль сел в шезлонг и принялся рассматривать снимки. На трех из них была изображена девочка-индианка лет восьми-девяти в голубом платье. На других трех картинках, созданных компьютером, Сита Маккендрик была такой, какой она могла стать в свои двадцать два иди двадцать три года.

Клиен со вздохом отложил снимки. Он прилетел с Обетованной на Землю почти четырнадцать лет назад ради миссии, куда более важной для него, чем собственное существование, но выполнить эту миссию так пока и не сумел.

Его единственная надежда — женщина по имени Сита Маккендрик, если он сумеет ее найти.

7

Беннетт стоял у застекленного окна наблюдательной галереи и смотрел на суету, царившую на бетонированной площадке далеко внизу. Несмотря на долгие годы работы в космосе и опыт вождения орбитальных кораблей, вид космолетов, взмывавших из Лос-Анджелесского космопорта, по-прежнему вызывал у него чувство восторга.

Очевидно, это осталось у него с детства. Ребенком он частенько, вопреки запретам отца, уезжал на поезде из Мохаве и целыми днями смотрел, как корабли стартуют к звездам. Как-то раз он даже Эллу туда привез, и явный восторг сестры наполнил его душу еще большей радостью. Он улыбнулся про себя. Как же это было давно! Тогда он мечтал стать пилотом. Знал бы он в то время, что в один прекрасный день его мечта исполнится… Печально, но когда мечты сбываются, они непременно обманывают ожидания мечтателя: Это научило его никогда больше не мечтать, даже не пытаться заглядывать в будущее.

Космопорт представлял собой широкую бетонную равнину, простиравшуюся во все стороны до горизонта. Через каждые полкилометра поверхность была изрыта кратерами — утопленными в земле ожерельями из стальных фланцев, в которых сидели, готовясь к старту, космические корабли. Многие из судов, находившихся в непосредственной близости к наблюдательной галерее, были класса «земля — орбита» — округлые, как колокола, корабли, присевшие на корточки на мощных гибких опорах. На Земле осталось всего четыре крупные компании, конкурирующие в покорении звезд.

Во времена его детства их были десятки, и Беннетт во всех подробностях помнил мундиры звездолетчиков всех космолиний.

Он увидел, как из близлежащего кратера поднялся грузовой корабль, и снова, как в детстве, у него захватило дух. Здание станции затряслось, как при землетрясении. Беннетт прикрыл глаза, чтобы не ослепнуть от вспышки, когда сверкающая глянцевая сигара взмыла в нижние слоя атмосферы, чтобы отправиться в путь к орбитальным станциям.

Беннетт ушел с галереи, протолкался через толпу, наводнившую станцию, показал охраннику пропуск и шагнул на бетонную площадку. Он обошел вокруг здания, удаляясь от душераздирающего рева взлетающих кораблей, и вышел на территорию, занятую службами автосервиса, ремонтными мастерскими и ангарами. Различные космолинии и колонистские компании арендовали в порту участки размером в футбольное поле, огороженные заборами из углеродного волокна. Сверившись с картой, которую он взял у стойки с информацией, Беннетт начал пробираться по лабиринту этих участков к месту, отмеченному на карте буквой «М», пронзенной стрелой.

Накануне, чтобы немного подготовиться, Беннетт вызвал глобальный банк данных и прочел побольше о «Фонде Маккендрика» и самом Маккендрике. Фонд был основан Маккендриком-старшим, Алистером, на рубеже веков и представлял собой центр обучения самым разнообразным научным дисциплинам, посвященным открытию и изучению других миров. Вначале предполагалось, что в этом центре будут готовить разносторонних ученых, способных работать на тожестве обитаемых планет системы Экспансии. Но с годами цели Фонда расширились: под руководством Чарльза Маккендрика Фонд в пятьдесят шестом году купил небольшую космолинию — и таким образом был основан исследовательский филиал компании.

Биография Чарльза Маккендрика походила на какую-то невероятную голографическую приключенческую историю для детей. Окончив Космическую академию на Марсе, Маккендрик в девятнадцать лет стал инженером по световым двигателям, специализировавшимся на только что изобретенных в то время системах Щульманна-Диеринга. Пять лет он работал на разных линиях, обслуживавших колонии, получив заодно диплом пилота. В возрасте двадцати пяти лет Маккендрик стал самым молодым капитаном разведывательного корабля, принадлежавшего Транспланетной компании. Он работал с экипажами, которые открыли десятки планет для колонизации, а в пятидесятом году входил в состав группы, впервые установившей контакт с внеземной разумной формой жизни — пришельцами, которых называли фалаанами. Спустя шесть лет он стал директором «Фонда Маккендрика» и начал межзвездные исследования; которые и сделали компанию знаменитой.

Самого Маккендрика описывали как не знающего усталости работоголика, посвятившего свою жизнь изучению неосвоенного космоса. Миллиардер, он отошел от активного исследования планет всего пять лет назад в возрасте семидесяти лет.

Прочитав эту биографию — или, скорее, агиографию, [2] — Беннетт подумал, что именно такие личности всегда отталкивали его: напористые, динамичные и агрессивные. Беннетт ни разу еще не встречал удачливого бизнесмена, который вызвал бы у него личную симпатию, хотя не исключено, что на его неприязнь сильно повлияло общение с отцом. С другой стороны, возможно, его предубеждение основывалось на том, что он прочел между строк… И уж конечно, Беннетт не мог отделаться от воспоминания о записи, присланной ему Маккендриком вчера вечером. Магнат выглядел на ней неприятно громогласным, властным и уверенным в том, что может купить все и вся.

2

Агиография — неправдоподобное, напыщенное жизнеописание. — Примеч. ред.