Полуночные признания

Проктор Кэндис

– Не по поводу убийства.

– Возможно, вы задали свой вопрос, потому что не знаете женщины, о которой идет речь.

– Я слышал, что прошлой весной у вас была серьезная ссора.

– Кто вам это сказал?

Зак холодно улыбнулся:

– О чем вы спорили?

– Ваш информатор вам этого не сообщил?

– Я задаю вопрос еще раз, – произнес Зак спокойным, ровным голосом. – Вы имели какие-то отношения с Клер Ла Туш?

Внезапно англичанин с силой сжал челюсти.

– Боюсь, майор, что ваши сведения

далеки от реальности.

– Но вы знали, с кем мисс Ла Туш встречалась?

– Не уверен, что «встречалась» – правильное слово.

– И как бы сказали вы?

– У вас же есть подробные результаты вскрытия. Из них нетрудно догадаться, кто это был. – Ярдли начал поворачиваться, собираясь уйти.

Но Зак схватил его за плечо, повернул и толкнул обратно к стене.

– Кто, – произнес Зак, подняв рукой подбородок англичанина, – кто был этот человек?

Ярдли продолжал холодно улыбаться, но в его глазах мелькнул гнев.

– Вы и в самом деле не понимаете этого, майор? Вы хотите имя? Хорошо, это Филипп. Филипп де Бове.

Зак отпустил англичанина и, повернувшись, быстро пошел прочь. Конечно, доктор мог лгать. Но глубоко в сердце Зак был уверен, что услышал правду. Внезапно он остановился.

– А знает ли об этом мадам де Бове?

Ярдли одернул костюм и поправил упавшие налицо волосы.

– Что ее дорогую подругу трахал ее муж? – Он еще раз одернул пиджак за полы. – Не знала до того, как я и Клер не поругались.

– Так она знала?

– О, да. И бросилась на Филиппа со скальпелем. – Его серые глаза округлились, изображая наивное удивление. – Разве ваш информатор вам этого не говорил?

Глава 16

– Почему они устроили эти поминки? – спросил Хэмиш, когда они с Заком шли по узкой, залитой светом ламп улице старого квартала, направляясь к Эспланад-авеню, чтобы на запряженной мулом тележке добраться до городского дома семейства Л а Туш. – Они же всегда ненавидели их. И даже Клер, насколько я знаю.

– Это обычай. – Зак смотрел на темное небо. Над городом угрожающе нависли тяжелые облака.

– Думаю, они собираются не только для этого. Можно поесть и попить за счет покойника.

Зак наклонил голову, чтобы скрыть улыбку.

– Удалось что-нибудь узнать про тех двух чернокожих с кладбища?

Хэмиш громко фыркнул:

– Ты, наверное, не представляешь, сколько там склепов. Мы даже не смогли точно определить, что делали на кладбище эти двое. Похоже, они просто подмели ступеньки и поменяли цветы.

Зак покачал головой:

– Это не заняло бы много времени. Как рассказал Кесслер, они появились за два часа до Сантера и в суматохе, которая поднялась после убийства, незаметно исчезли с кладбища. Сторож не помнит, чтобы они вышли из ворот.

– Да? Даже если они и в самом деле что-то видели, они

не скажут. Рабы боятся своих господ.

Они, наконец, достигли Эспланад-авеню. Прищурив глаза, Зак увидел, что мул с повозкой только что тронулся с места.

– Похоже на то, что главным подозреваемым является вдова. Она избавилась от своего неверного мужа, выдав его янки, то есть нам. А потом отравила его любовницу.

Зак с трудом сдержался от того, чтобы не нагрубить в ответ.

– Нам нужно точно знать, кто предал Филиппа, – спокойно произнес он, следя за тем, как мул, слабо освещаемый фонарями, движется им навстречу.

Хэмиш фыркнул:

– Я работаю над этим.

– Кроме того, – глядя на покачивающийся на повозке фонарь, сказал Зак, – у Эммануэль де Бове не было причин убивать Сантера.

– Вот как? А ты не думал о том, что больницу основали три человека, но после смерти двоих эта маленькая леди станет единоличной хозяйкой?

Зак покачал головой:

– Она сказала правду, когда утверждала, что больница Сантера на грани разорения. Я проверял. Здание заложено.

– Ла-адно… – Хэмиш расправил усы и поднял голову. – Тогда можно предположить, что убийца – Ярдли. У него были долги – не очень большие, но серьезные. И насколько я узнал, они не ладили после смерти де Бове. Именно Филипп де Бове и привел Ярдли в больницу, верно? Все эти азартные игры, пьянство и опиум не могли нравиться старику. – Мул остановился прямо перед ними. – Я думаю, – произнес Хэмиш, понижая голос, – ключевыми для нас являются стрела арбалета и яд. Ярдли и мадам де Бове могли знать о наборе для убийства вампиров, и оба они достаточно хорошо разбираются в ядах.

– Как и Папа Джон.

–. Но у него нет видимых мотивов. – Хэмиш вытащил записную книжку и поспешно перелистнул страницы. – У меня в списке есть еще один Ла Туш. Антуан. Он, может, знает о ядовитых растениях и не так много, но мог взять пижму у Папы Джона и подмешать ее в настойку опия для своей сестры. Думаю, он был способен убить Клер, спасая честь семьи. А соблазнил ее Филипп де Бове.

Зак выглянул в открытое окно. Он увидел покрытые мхом стволы дубов, чуть тронутые ржавчиной железные ограды и высокие двойные галереи элегантных домов, белые стены которых резко выделялись на фоне грозовых облаков.

– И Сантер?

– Старик не препятствовал этому. Все происходило прямо у него под носом, в больнице. – Хэмиш наклонился вперед и понизил голос. – И еще: у Ла Туша была причина, чтобы использовать арбалет, – он ведь калека, верно? И учти: он потерял ногу в больнице Сантера. – Насупив брови, Хэмиш помолчал, а затем произнес с меньшей уверенностью: – Конечно, не понятно тогда, как он с одной ногой перелез через ограду кладбища.

– Возможно, убийцы проникли туда иным путем.

Хэмиш фыркнул: