Полшанса 3
Шрифт:
Как будто сейчас это не так. Поле боя вернувшихся было до не давнего времени лишь по ту сторону и там борьба шла только за собственную жизнь. Теперь в дело вступила политика.
– Так что нужно быть готовыми к появлению вернувшихся на фронте и в зонах повышенной нестабильности.
Иными словами: -«Будьте готовы к тому, что мы вас будем использовать в Земных конфликтах».
– Можно вопрос? –Амелия подняла вверх руку.
– Спрашивай. –Кивнул ей Кёник.
Амелия не успела открыть рта, как в класс без стука вошёл солдат с нашивками
Ох, и достанется же сейчас солдатику за такое грубое нарушение субординации. Вошёл без стука и разрешения, не отдал честь, да и ещё лыбится как идиот.
– У меня сообщение для… -Медленно, словно с ленцой начал солдат.
– Отставить! Почему докладываете не по форме!? Фамилия, рота, командир, живо! –Рублено, без пауз произнёс майор так громко, что уши заложило.
Мне даже самому захотелось доложить по форме. Но солдат словно этого не услышал. Запустил правую руку в нагрудный карман, доставая треугольное письмо, в вразвалочку направившись к трибуне.
Майор аж побагровел. Он набрал в грудь воздух для явно очень нелестной тирады с детальным разносом всех причастных к подобному нарушению военной дисциплины. А для меня время сжалось, мозг отказывался понимать то, что видят глаза. Над головой проходящего мимо парт солдата всплыла красная надпись.
Ходок 9го-уровня.
Я вскочил, роняя стул. На меня обернулись, но предупредить я так никого и не успел. Сидевший за первой партой второго ряда Зик даже неуспел изменится в лице, как его верхняя часть тела, описав небольшую дугу, упала на заднюю парту, накрыв собой Нашку.
Как... КАК? Он это сделал? Я ничего не успел увидеть. Вот он не спеша идёт, а вот уже на его изменившейся руке, покрытой тысячами длинных шипов, болтаются лоскуты кожи.
Подскочившая вместе со мной Амелии упала, широко раскрыв глаза. Сидевший с закинутыми ногами Игнат с громким матом опрокинулся назад.
Первым среагировал майор. Ходок только начал разворачиваться в своей неспешной манере, а пули уже сделали в нём дополнительные отверстия. Два попадания в голову, одно - в горло. Кучно и без сомнения смертельно, но не для ходока, он лишь пошатнулся. Сделав шаг назад, чуть присел, словно желая встать на колени.
Наконец оцепенение с меня сошло. Думать откуда он здесь взялся или кто его сюда притащил буду потом. Едва он оторвался от пола, желая одним прыжком накрыть майора, как он уже летел в дальнюю стену.
Чёрт. Не повезло. Оба удара получились так себе. Хотел разрубить его сразу на три части. В итоге только отсёк половину головы, а изменённую руку лишь выгнуло в другую сторону. Не дай бог мои диклосы против него бессильны. Хотя какой к чёрту тут бог!
Пока я оббегал парту, ходок уже начал подниматься. В его уцелевшую часть головы снова вошли пули.
– Это не поможет. Его нужно уничтожить целиком.
– Продержишься? –Крикнул майор, уже
– Постараюсь, только увидите всех.
– Я эту сволочь сейчас! –Игнат выхватил меч обходя трибуну.
– Он тебе не по зубам, только мешаться будешь! –Зло выкрикнул я, рывком диклоса оттаскивая «героя», перекрывшего линию атаки к выходу.
– Подмога будет через две минуты, держись. Не смей сдохнуть! –Кениг сказал это уже в дверях, пинком выталкивая в коридор Игната.
Краем глаза заметил, что сразу за майором выскочил Хантер, держа за плечи Амелию.
Ммм, молодец Марк, стоило тебе проникнутся минимальной симпатией к девчонке, как ты уже поплыл. Герой-любовник недоделанный! Что ж, огребай тогда…
Диклосы в последнюю долю секунды успели сложится у меня на груди спасая от критической потери большей части тела. Инерция удара откинула меня на добрых четыре метра. Острый край одной из сломанных парт самым бесцеремонным образом познакомился с моей спиной. Я почувствовал, как что-то хрустнуло в позвоночнике, а по ногам прокатилась волна боли. Но не это меня действительно беспокоит, а кусок моего живота, болтающийся на иглах ходока.
Они уже покрыли большую часть его тела, прорастая сквозь солдатскую форму. Не смотря на огромную силу и то, что у него из-под носа сбежала очевидно большая часть тех, за кем он пришёл, живости ему это не добавило.
Как-то хреново это всё выглядит. Иглы на теле ходока, словно прочтя мои мысли, затёрлись друг о друга, заскрипели как колено у старика. Взмах его игольчатой руки остановился надо мной, он дёрнулся несколько раз. Встретившись взглядом с его уцелевшим куском головы, я криво улыбнулся.
– Моя очередь.
Правый диклос подбил ходоку ногу. Я надеялся, что смогу их отсечь, но вряд ли я их даже сломать смог. А левый вздернул его к потолку за руку. С секунду так повисев, он отправился в объятья стены, которая от такой радости частично вылетела в коридор, затем устремился в пол, оставляя в монолитном бетоне солидную вмятину. Напоследок я приложил его о потолок, отправляя тушку за трибуну в другой конец класса.
Чёрт. Не так уж просто восемьдесят килограмм из стороны в сторону швырять.
Иллюзий на счет его окончательной смерти я не строю. Прекрасно помню первую встречу с ходоком. Тот скорее был похож на одержимый кусок мяса, этот же нечто другое, к тому же равный мне по уровню. Сейчас бы подняться, а то лёжа много не навоюю. Главное продержатся, а там легче будет.
Кстати, о подмоге, я что-то не грозных команд с улицы, не топота вооружённых солдат, не воя серен не слышу. Похоже зыбкая надежда на то, что это единственный противник, не оправдалась.
Опрокинувшись на бок, подогнул под себя ноги, желая для начала сесть. Но стоило попытаться выпрямится, в спине раздался ещё один неприятный хруст с острой болью в позвоночнике.