Полночь
Шрифт:
Поначалу его напугали слова Айса о том, что у него завелись черви, и он даже предпринял попытку выковырять их из гноящейся раны, но боль была настолько острой, что он, застонав, оставил это занятие. Его немигающие, выцветшие от палящего солнца и ветров глаза невидяще глядели перед собой, и было вообще непонятно, как он ориентируется в открытом океане.
Катрин с мрачным видом чинила порвавшийся браслет с фенечками. Вячеслав раздраженно перекладывал с места на место никак не желающие сохнуть туфли. Татьяна дремала.
Эд с Валиком стояли у борта. Юноша
– Не бойся, – мягко сказал Эд, видя, что Валик того и гляди запаникует.
– Откуда… вы знаете, что они чувствуют… ну, это? – Валик несмело поднял глаза на Эда.
– Так, читал кое-что. Говорят, еще в эпоху колонизации, когда на судах перевозили рабов-негров, акулы спешили к кораблям, как на званый ужин. И следовали за ними целые недели подряд, пока не получали свое.
– Как это?
– Рабы часто умирали, условия перевозки в те времена были сам знаешь какие, – пояснил Эдуард.
Валик поежился. В животе неприятно заурчало, и он только сейчас вспомнил, что последний раз ел почти сутки назад.
– Странно, но я до сих пор так и не понял, кто тут главный, – произнес Эд. – Хозяин судна больше похож на немого слугу. А этот Айс… откуда он вообще тут? И по-русски шпарит будь здоров.
– Я где-то видела его, – сказала отстраненно Катрин и чертыхнулась. – Вот только никак вспомнить не могу.
– Катрин? Я не ошибся, тебя ведь так зовут? – спросил Эд, и она кивнула, не поднимая головы.
– Давай спустимся вниз, к вашему другу, – предложил он. – Мы должны знать, что он там делает.
Лицо Катрин изменилось. Было видно, что она не горела желанием испытать еще одну встречу с Владом.
– Я все понимаю, но вы все-таки друзья, а меня ваш друг не знает и может принять за врага, – прибавил Эд для пущей убедительности.
Катрин усмехнулась и встала на ноги. Кеды она так и не обула, решив остаться босиком. «В общем-то, Эд прав», – подумала она.
– Слава, – позвал Эдуард. – Ты нам нужен.
Вячеслав с неохотой набросил на обгоревшие плечи высохшую рубашку.
– Мария Бравлина не рожала лентяев. Давай, что ли, чего у вас там, – важно проговорил он.
Дверь в каюту была закрыта, и Эд толкнул ее. Та со скрипом отворилась. Пригнувшись, Эд вошел первым, за ним проскользнула Катрин. Вячеслав топтался у входа, с любопытством заглядывая внутрь.
Влад сидел на койке. Тела Марины не было видно – оно было полностью скрыто под тряпками и разным хламом. Кроме безжизненно повисшей руки, пальцы которой с задумчивым видом перебирал Влад, при этом что-то тихо напевая.
– Привет, – сказал Эд. Он остановился у койки. – Меня зовут Эдуард, можно Эд.
– Валяй, Эд, паркуй свой шоколадный цех, – подмигнул ему Влад и, не выпуская из ладони пальцы Марины, указал мужчине на рваное покрывало, сплошь залитое кровью. – «И следы на постели напомнят
– Катрин, привет, – сказал Влад и ухмыльнулся.
Девушка молча кивнула в знак приветствия, стараясь не встречаться взглядом с парнем. Он пугал ее.
31
Слова из песни группы «Сектор Газа» (прим. авт.).
– Зачем тебе столько тряпок? – словно между прочим поинтересовался Эд.
– Ей холодно, – меланхолично ответил Влад и, наклонившись, неожиданно поцеловал тонкие пальцы своей супруги. – Ты бы не укрылся, если бы замерзал, а, Эд?
– Давай поднимемся наружу, – ненавязчиво предложил Эд. – Здесь очень душно, ты не находишь?
– Отгадай загадку, тогда пойдем, – хихикнул Влад.
Вячеслав озабоченно потер ухо. Он не мог понять, какого черта Эд возится с этим придурком. И на хрена он вообще им сдался?!
– Загадывай, – согласился Эд.
Все его внимание было приковано к женской руке, высовывающейся из-под тряпок. Его губы плотно сжались – эта рука действительно принадлежала трупу.
– Значит, так, – начал Влад. – Жила-была одна маленькая девочка. И однажды она пошла гулять в горы. Она никому не сказала про это, хотя мама не разрешала ей уходить далеко от дома. Она шла, шла, любовалась природой и птичками всякими с цветочками и заблудилась. И вдруг на нее, откуда ни возьмись, падает огромный камень. Представляешь? Кругом куча гор, а камень падает именно на нее, прямое попадание, как торпеда в корабль. Он зажимает ей руку. Девочка в шоке, она кричит от боли и страха. Ей очень больно, у нее течет кровь, а на помощь никто не приходит.
– Влад, прекра… – начала Катрин, но юноша внезапно оскалился и дико завизжал, брызгая слюной: – Сука, не перебивай меня!
Катрин отшатнулась, побледнев, а Влад тут же остыл, вспышка ярости исчезла так же быстро, как и появилась, будто кто-то невидимый бездумно дергал рычаги, отвечающие за его эмоции и настроение.
– Девочка была смелая, но она все-таки была самой обыкновенной девочкой и к тому же еще слишком слабой, – продолжал он, с удвоенной силой затеребив пальцы Марины.
Весьма не к месту Эд обратил внимание, что маникюр был выполнен профессионально, на ногтях даже сохранились остатки страз.
– Она долго плакала, но потом поняла, что нужно как-то выбираться. И тогда девочка вспомнила про волков, которые отгрызали себе лапы, когда попадали в капкан. Ей удалось вытащить из расщелины острый камень, и она стала кромсать себе руку. Она теряла сознание и снова приходила в себя, и резала, резала, резала…
Влад вдруг замолчал и, наклонившись, что-то поднял с пола. Присмотревшись, Эд определил, что это женские трусики.
– …и отрезала. Теперь у девочки не было руки.
Влад повертел в воздухе трусиками и вынужденно кашлянул, словно хотел потянуть время.