Полина
Шрифт:
– Тогда ладно.
Если лететь с востока на запад, световой день удлиняется. Именно по этой причине получилось так, что из Мельбурна я вылетела сразу после полудня, а к Европе подлетела вечером этого же дня, хотя летели мы часов шестнадцать, не меньше.
Турбо-режим выключился то-ли над Каспийским, то-ли над Чёрным морем – я не настолько сильна в географии чтобы сверху различить эти моря, а в карту компьютера смотреть было лениво.
Андрей оживился:
– Теперь обнаружить и захватить нас будет гораздо легче.
– Ты всё о том же?
–
Нарываться я не хотела, о чём и сообщила охраннику.
– Что мне делать?
– Выключи автопилот и держись ближе ко мне.
Я вздохнула и подчинилась, хотя была абсолютно убеждена, что это он должен держаться ко мне ближе, а не я к нему, всё-таки в нашем дуэте я веду главную партию.
Вообще, заметила, что неурядицы последних дней заставили меня мягче относится к людям. Вряд ли я стала добрее, скорее всего, стала понимать мотивы поведения окружающих. Что, например, нужно, моему телохранителю? Да ничего особенного. Быстрее сопроводить назойливую клиентку до места назначения – и спокойно вернуться домой, к семье и детям. Там, наверное, дел выше крыши, а тут приходится решать не свои проблемы на другом конце земного шара.
– У тебя дети есть? – Невпопад спросила я.
Андрей удивился:
– Две девочки-близняшки, скоро в школу пойдут. А что?
– Ничего особенного. Просто, вдруг стало интересно.
Есть такое выражение – накаркать беду. Именно это и произошло. Не прошло и десяти минут, мой охранник выругался. Настолько нехорошо, что я не рискну это повторять.
– Что случи… – Начала спрашивать я и осеклась.
На бортовом мониторе появились две яркие зелёные точки, которые стремительно продвигались к центру экрана, то бишь к нам.
Нас догоняли два грава!
– И что теперь делать? – Напряжённо спросила я, тем не менее лихорадочно обдумывая, что теперь можно сделать; что бы ни сказал Андрей, я не собиралась его слушаться – в роли охранника он меня абсолютно не впечатлял. Да и какой из него охранник, если у него в качестве хотя бы холодного оружия даже перочинного ножика нет!
– Ничего! – Буркнул Андрей и отключился.
Я сама не заметила, что сжала руками подлокотники кресла, так сильно, что костяшки пальцев побелели.
Схема захвата была такой же,как и раньше: один грав летел сзади нас и чуть правее, второй – тоже сзади, только левее. Все было вровень так же, как в прошлый раз, впрочем, за одним исключением: эти гравы были другого цвета, оба – зеленоватые, нежного пастельного оттенка, а не ярко-оранжевые, как предыдущие. И их стёкла были затемнены, так, что не удавалось рассмотреть, кто сидит внутри. Это – последняя подробность, которую мне удалось разглядеть. А потом началось такое, что я забыла обо всём.
Андрей приступил к решительным действиям. Его грав взмыл над местом событий и всем своим весом обрушился сверху на одну из машин противника. Для последнего это оказалось полной неожиданностью.
Силовые поля обеих гравов, соприкоснувшись, бурно
Моему охраннику этого показалось мало. Не теряя времени, он направил свою машину в лоб второму противнику. Даже мне со стороны было понятно, что второй мальчишка оказался в полной растерянности – он никак не отреагировал, даже не попытался свернуть – продолжал лететь так же, как раньше.
Сначала мне показалось, что силовые генераторы у одного из гравов повреждены и решила, что они всё-таки столкнутся, уже приготовилась к самому худшему, но всё закончилось хорошо – машины разминулись.
Впрочем, для второго грава это не обошлось без последствий – перепуганный школьник напоследок успел наобум дёрнуть какую-то ручку – и его грав почти лёг на бок.
Не прошло и секунды – он сам вывалился из боковой двери.
Вытаращив глаза, я наблюдала, как нелепо одетая фигура повисла в воздухе, судорожно дёргая конечностями, и вдруг сообразила, что это не давешний пацан из моей школы, точнее, вообще не подросток, а высокая и худая словно жердь старуха в длинном чёрном платье. Я тут же поняла, что произошло – и меня начал душить хохот. По совершенной случайности к нам в хвост пристроилась добропорядочная престарелая семейка, а мой охранник, взвинченный недавними событиями, обрушил весь свой гнев на их невинные головы.
Уже сквозь выступившие на глазах слёзы, сверху, я наблюдала, как два грава приземлились на окраине небольшого посёлка, между какими-то длинными бетонными строениями. Из одного тут же выскочил шустрый белобородый дедушка и принялся всплескивать руками, показывая то на свой грав, то на висящую в воздухе фигуру старухи.
Андрей, обескураженный, топтался рядом и что-то пытался объяснить.
Когда мой грав приземлился неподалёку, я думала, что уже отсмеялась своё, но увидев персонажей разыгравшейся комедии, снова дала волю чувствам.
Андрей, мрачный как никогда, отвёл меня в сторону.
– У меня под сиденьем дипломат с деньгами. Бери его и лети в свою школу. Мне придётся задержаться здесь.
Моё настроение тут же резко изменилось:
– А если снова ребята прицепятся?
– Ты же понимаешь, что я не могу сейчас просто так отсюда улететь? – Раздражённо спросил мужчина. – А если сейчас появятся Патрульные, то они нам обоим мозги целую неделю будут клевать!
Я прикинула и сообразила, что, пожалуй, он прав.
– Молодые люди! – Вмешался в нашу беседу старик. – Если вы сейчас же не спустите мою жену на землю, я приложу все усилия…
Дальше я не дослушала и со всех ног бросилась к граву Андрея. Даже не попрощавшись с моим невольным попутчиком. Да, он полностью прав! Если появятся Патрульные, у них появится много вопросов, и не только к моему охраннику, но и ко мне лично.
Чемоданчик отыскался там же, где и должен был быть – под сиденьем. Я открыла крышку, наобум распаковала тугие пачки с купюрами и убедилась, что внутри именно деньги, а не листы бумаги.