Полар
Шрифт:
— Я не знаю.
Мне не надо было СМОТРЕТЬ, чтобы понять, что Ирм говорит правду.
— Извини… Если тебе неприятно, я больше не буду спрашивать.
— Все нормально… Меня очень быстро нашли, я даже испугаться не успел. Но вот, что плохо — похитителей своих я не запомнил. И вопросы «кто и зачем?» мучали все мое детство.
Верю. Меня бы тоже мучали.
— А во время твоего спасения… больше никто… — мой голос дрогнул, — не пострадал?
— Что ты имеешь ввиду? — флюиды неподдельного интереса, который Ирм стал проявлять к разговору, стремительно
— Провожу аналогии с похищением Тахеомира.
— Вот как? — при упоминании Императора Солара Ирмгард дернулся, скривился и окинул яростным взглядом абсолютно безмятежную меня. Ну, ни дать ни взять, актер на сцене! Если бы Ирм испытывал ко мне какие-то чувства, я бы сказала, что это банальная ревность. Но сама мысль о ревности была просто смешна.
— К сожалению, спасая Императора Тахеомира, погибла его мать, Императрица Леонелла.
После этих слов мне стало так неуютно и зябко, что кожей ощутила зимний ветер, пронесшийся над каменной площадкой. Сквозь опущенные ресницы, украдкой взглянула на Ирма в надежде на ответ, но, увы… мужчина продолжал смотреть остекленевшими глазами куда-то в темную даль.
— Ирм…? — я прервала затянувшееся молчание. — Может нам стоит вернуться обратно в Темпус? Как ты на это смотришь? Вернемся?
— Нет, — был мгновенный ответ. — Прости, хотел устроить тебе незабываемый вечер…
— Но что-то пошло не так.
— Я бы сказал, не те темы для разговора мы выбрали.
— Ну, почему же. Мне многое интересно.
— Что еще тебя интересует, Киана? — легкая ирония слегка подтопила невозмутимый вид, который Ирм пытался принять после «прокола» с Тахеомиром. — Еще вина?
Вкус напитка был такой необычный, что я решилась на второй бокал.
— Не откажусь, вино восхитительно!
— Еще бы, — легкая улыбка Ирма согрела не хуже теплового полога. — Эльфийское.
— Эльфийское? Эльфийское?!? Да оно же…
— Да.
— Обалдеть. Откуда оно у тебя?
— Пусть это останется моим маленьким секретом. Готов ответить на другие вопросы, — Ирм отсалютовал бокалом, в котором, казалось, плескалась сама Магия Любви.
Другие, так другие. Вопросов у меня хватает, дорогой Ирм.
— А почему ты не хочешь жениться? — мне действительно было любопытно.
— Ммм…
— Я уже слышала твою версию.
— Это какую же?
— Ну, ту самую, которую Ирм рассказывал «Бриану». А теперь я хочу услышать правду, которую Император Полара расскажет Киане.
— Может быть потому, что так и не встретил ту самую? — протянул, задумчиво глядя на звезды, Ирм.
Не удержавшись, я тоже посмотрела вверх и разочарованно вздохнула — звезды, как звезды. Наверное, я уже стала привыкать к Полару, раз этот мир вызывает во мне ровно такие же чувства, как и мой собственный: привычка и обыденность. Теперь, главное, Ирмгарда с Тахеомиром не перепутать…
— Но ты очень на нее похожа, — очнувшись от размышлений, я почувствовала, как Ирм очень нежно приподнял мой подбородок, трепетно очертя пальцами контур губ. И невесомо, едва-едва коснулся их своими. Неожиданный жест от мужчины,
— Ирм, я не…
Не хочу…? Не могу…? Да гори оно все пламенем, неважно всё! В крови вспыхнул адреналин.
Меня подхватил неистовый ураган объятий, горячих вторгающихся губ. Сознание сузилось до этого мужчины, который сейчас казался самым желанным во всех мирах. Он и только он.
Ирм на миг отстранился, и сквозь полуприкрытые веки я почувствовала его жаждущий взгляд. Почему он прекратил? Почему остановился? Нет, так не пойдет! Уверенно притянула к себе источник наслаждения.
Что-то полыхнуло. Нас куда-то перенес портал? Уже неважно куда. Важно лишь то, что прямо сейчас… неожиданно нежные руки избавляют от лишней одежды… которая так мешает разгорающемуся внутри меня пожару.
* * *
Отрешенно и равнодушно, словно в забытьи, свое творение пытался оценить Главный Маг Искусства Галереи. Пытался. Очень пытался. Но почти законченная картина привычных эмоций удовлетворения не вызывала. Тяготила уже не первый день, да так, что Рус был готов заплатить любые деньги, если бы кто-то избавил его и от этой неприятной работы, и от самой натурщицы.
Украдкой вздохнул. А взглянув на Фрезу в очередной раз, пришел к выводу, что только в состоянии абсолютной нейтральности можно получить нужный ему результат — портрет столь непохожий на оригинал.
— Господин ри Фарра? А я там точно красивая получилась? Можно посмотреть? — голос рыжеволосой заказчицы выдавал нетерпение. — Ой, а что это Плюшка делает?
Не обращая внимание на напряженную атмоферу в мастерской, гордый грифон взгромоздился на спинку свободного стула и слегка долбил клювом дерево, отвлекая Руса от его отрешенности, а Фрезу — от ее несдержанности.
— Посмотреть? На Плюшку? — ухмыльнулся Рус. — Да, пожалуйста! Смотри сколько угодно, он сегодня в ударе!
— Это я заметила, — пробормотала Фреза, — а он всегда будет в образе грифона? Хочется и другие ипостаси увидеть.
— От меня это не зависит, — равнодушно бросил Русеан, сосредоточенно водя тонкой кисточкой по холсту. — Йодль сам решает в каком образе появляться перед публикой. И вообще, ты обещала сидеть тихо и не отвлекать.
— Угу.
— Вот и сиди! Ты же хочешь красивый портрет? А главная красота женщины — это ее молчание в нужные моменты!
Фреза недовольно поджала губы, но с ответом не торопилась. Зато грифону достался пристальный оценивающий взгляд, словно высказанная фраза заставила задуматься и о красоте магического зверя тоже.
Почувствовав, что на него смотрят, Плюшка расправил крылья, предупредительно каркнул, потом зашипел, и к своей преданной поклоннице уже разворачивался рогатый крылатый змей.
Как зачарованная, покачиваясь из стороны в сторону, девушка стала повторять движения маленькой чешуйчатой головы. Плюшка подполз ближе. Изумрудные глаза-бусины немигающе смотрели на застывшую Фрезу, которая встрепенувшись вдруг, выхватила из пространства загнутый кинжал и со всей силы всадила в тонкое извивающееся тело.