Покорение

Скотт Тереза

— Вот видите, донья Кармен, мы, испанцы, можем быть щедрыми, когда это необходимо. — Он махнул рукой вслед удаляющимся индейцам.

— Конечно, уже на следующей неделе здесь наступил бы голод. Ведь у них почти не осталось еды. Хуже некуда, — покачал он головой.

В некотором замешательстве Кармен смотрела ему вслед. Он, конечно, чувствовал ее неприязнь к нему. В самом деле он хотел помочь этим людям или просто старался произвести на нее впечатление? Она поджала губы. Ей все равно, какими мотивами руководствовался

майор Диего. Скоро она будет в Санта Фе, у Хуана Энрике Дельгадо.

Костер освещал дрожащим светом белые постройки городка. Везде люди — они разговаривают, смеются, танцуют и поют — у них праздник: испанцы привезли им мясо. Дразнящий аромат жареного мяса наполняет воздух. Над городком плывет запах печеного хлеба. Отец Кристобаль великодушно распорядился раздать жителям миссии еще три бушеля зерна.

Кармен и донья Матильда стояли поодаль от пылающих костров и наблюдали, как танцуют юноши. Один из них, красиво изгибался в танце и откидывал голову. Хорошенькая индианка подбежала и бросила ему цветок, потом, смеясь, убежала.

«Правило номер 161:Настоящая жена не Должна танцевать. Тем более те бесстыжие танцы, которые некоторые женщины танцуют в наше время», — писал Томас Торквемада двести лет тому назад. Кармен улыбнулась. Очевидно, ни этот юноша, ни его хорошенькая подружка никогда не слышали нравоучений Торквемады.

Это был самый веселый вечер за все время ее путешествия. На сердце было так хорошо при виде смеющихся и поющих людей. Ей хотелось, чтобы этот радостный вечер не кончался.

К ним подошел отец Кристобаль:

— Прекрасный вечер, не правда ли? — Его обычно бледное лицо казалось оранжевым от яркого света костров.

Кармен и донья Матильда согласились с ним. С важным видом подошел майор Диего. Кармен вся напряглась при его появлении. Диего с удовольствием обгладывал мясо с реберной кости. Этой же костью он небрежно указал на танцоров:

— Испанцам можно бы поучиться танцам у этих индейцев, да?

Дамы вежливо согласились, что танцы действительно очень колоритны.

Диего пристально посмотрел на отца Кристобаля.

— Да, они танцуют в самом деле превосходно, — громко сказал майор. — Эти индейцы умеют радоваться жизни!

Отец Кристобаль как-то весь напрягся, но ничего не сказал. Кармен догадалась, что за словами Диего что-то кроется.

— Я восхищен тем, — продолжал майор, — что индейцы до сих пор танцуют свои обрядовые танцы. Посмотрите на этого парня.

Диего показал на молодого танцора, которым только что восхищалась Кармен.

— Посмотрите, как он танцует. Ведь совершенно ясно, что свой красивый танец он посвящает языческим богам. — Майор снова испытующе взглянул на отца Кристобаля.

Лицо священника покраснело.

—

А их пение… — продолжал довольный Диего, опять махнув костью в сторону индейцев. — Ничего общего с нашими монотонными католическими песнопениями. Я считаю, что следует оставить индейцам их обрядовые песни и танцы. Ведь они так необычны, не правда ли?

Лицо отца Кристобаля покрылось от возмущения красными пятнами; он повернулся к майору, рот его открывался и закрывался, как у выброшенной на берег рыбы. Наконец, он с трудом сумел выдавить из себя:

— Вы что же думаете, что все жертвы, принесенные испанцами для спасения этих людей, ни к чему, что мы только все испортили? — Не дожидаясь ответа Диего, священник продолжал: — Нас послала сюда Великая католическая Церковь! Мы должны спасти их души! Поощрять их языческие обряды — значит прямиком отправить их души в ад! Вы этого хотите?

Кармен показалось, что по губам Диего скользнула легкая улыбка, но возможно, как раз в этот момент он собирался вонзить зубы в свою кость.

— Когда наши первые исследователи и конкистадоры прибыли в Новый Свет, — продолжал дрожащим голосом отец Кристобаль, — они обнаружили гору человеческих черепов. Гору из ста тысяч человеческих черепов! Вы снова этого хотите? Вы хотите, чтобы индейцы снова начали убивать друг друга во имя их языческих богов?

— И как это вы сосчитали? — недоверчиво протянул майор.

— Сосчитал отец Олмеда, — отрезал священник.

Майор Диего несколько смутился. Отец Олмеда сопровождал в Новый Свет первых легендарных конкистадоров.

— Мы ведем борьбу, сударь, — сказал тощий священник и с достоинством выпрямился, — борьбу за человеческие души. Мы здесь для того, чтобы зажечь свет во тьме невежества и спасти целый народ, который никогда не знал истинной любви к Богу! А вы мешаете нашему святому делу, если считаете, что индейцы имеют право на свои языческие обряды.

Диего швырнул кость в сторону костра. Коричневая собака подхватила ее, но тотчас же на нее налетел более крупный черный пес. Сопя и рыча, с бешеной злостью они боролись за эту кость. Когда потерпевшая поражение собака убежала в темноту, Диего повернулся к отцу Кристобалю:

— Я только сказал…

— Можно вас на пару слов, майор Диего? — из полумрака появился индеец-разведчик. Кармен поднесла руку к горлу — у нее снова перехватило дыхание, быстро забилось сердце.

Майор Диего посмотрел на танцоров, посмотрел на Кармен и, наконец, повернулся к разведчику.

— Что тебе? — со вздохом произнес он.

— Только вам, майор.

— Хорошо.

Майор и разведчик отошли от других и остановились возле церкви. Кармен видела, как они разговаривали и как жестикулировал майор, но слов слышно не было. Вскоре Диего вернулся один, с хмурым лицом.