Покидая Итуруп

Спивак Анастасия

Глава 24

— Очкуешь, мамСвет? — раздался позади меня спокойный и немного насмешливый голос Сашки. — И чего, спрашивается? Боишься со своей младшенькой расстаться на пару месяцев? А если и я захочу в анабиоз, так же будешь дёргаться?

— Ты же говорил, что ни в коем случае не полезешь в камеру? — я со священным ужасом уставилась на «старшенького».

— Говорил, не спорю, а вот теперь подумываю залечь в спячку.

— Саш, признайся, ты шутишь сейчас?

— Ну ты сама подумай, — рассуждал Сашка, — так всем будет удобнее. Вы с Раджем

получше друг друга узнаете, а мы не будем путаться у вас под ногами.

— Да ты, вообще, в своём уме?

Сашка лишь хитро глянул на меня, ничего не ответил и перевёл взгляд на сестру, замершую возле непрозрачных стеклянных дверей, ведущих непонятно куда. Радж стоял рядом с Анечкой и что-то ей объяснял, показывая на знаки, скорее всего, поясняющие какое помещение расположено по ту сторону. Я видела, как Анюта от восторга чуть ли не запрыгала и быстро-быстро принялась о чём-то допытываться у него.

— Давай, мы чуть позже всё обговорим, Свет, — задорно проговорил Сашка, — а то я тебя знаю: ударишься в панику, а то и сырость разведёшь на ровном месте. Лучше пойдём, посмотрим, куда нас Радж привёл, там растения, кажется, какие-то.

Я в полной растерянности пошла за своим семейством, ощущая противные отголоски страха за детей. Конечно, умом я понимала, что страх необоснованный, но мою душу словно тисками сдавливало при мысли, что Саша с Аней целых два месяца проведут в каких-то стеклянных капсулах.

Оказалось, что гуляя по внешним кольцам судна, мы случайно пришли к одной из «теплиц» крейсера, в которой выращивались фруктовые и ягодные культуры. В просторном помещении не оказалось ни одного служащего, собирающего урожай или поливающего небольшие деревца, растущие в красивых круглых бочках.

Здесь играла тихая музыка, воздух был наполнен ароматами разных фруктов; свет, льющийся из потолочных и настенных светильников, был мягким и каким-то уютным, а руки так и тянулись попробовать всё, что только можно.

Гулять в этом месте можно было часами. Проходы между разными сортами деревьев тянулись на десятки метров, а на небольших перекрёстках были установлены указатели с пояснениями, где и что растёт и небольшие металлические лавочки с высокими спинками. Можно было запросто сюда прийти и наслаждаться непривычной тишиной и покоем, совсем не свойственными межзвёздному крейсеру. Всё же собратья Раджа по планете отличались невероятной активностью и деловитостью: они сновали по кораблю в разных направлениях и обсуждали свои архиважные дела в любом закоулке.

Неудивительно, что здесь мы не увидели никого. Сложная система полива растений поражала воображение. Каждая земляная бочка была оснащена кучей всевозможных датчиков, сообщающих в центр управления рассадником о возникших проблемах, связанных с созреванием плодов, поливом, химическим составом почты и целым списком подобных вопросов.

Остановившись посреди широкого прохода, Радж рассказывал нам о том, как устроена эта чудесная теплица. Названия растений, которые нам встречались, он в большей степени и сам не знал, но как осуществляется контроль и уход за ними — это было ему хорошо известно.

Неожиданно

от одной из бочек раздался едва слышный писк, а потолочный светильник, расположенный над ней сменил цвет освещения с бледно-жёлтого на ярко-зелёный.

Тихие неспешные шаги тут же раздались в отдалении, и через минуту ожидания в проходе показался тщедушный подросток, не обращающий на нас ни малейшего внимания, полностью погрузившись в визор и порхая кончиками пальцев по экрану.

— Доброго дня, Эйдвен, — улыбаясь, произнёс Радж молодому человеку, — вот зашёл проведать тебя и познакомить с моей семьёй.

— Так это правда? — воскликнул парень, при этом подключая свой визор к бочке при помощи этих злосчастных ручек, которые мне покоя не давали. Он просто их в бочку воткнул и принялся вникать в проблему растения, при этом так же болтая. — Ко мне вчера заходил отец и рассказал о том, что вы приняли тану, но это было так невероятно, что я до последнего надеялся, что он по каким-то причинам ошибается. Я так мечтал попасть в вашу команду, Раджел! Думал, по прилёту на планету сразу подам документы на зачисление в резервный состав аналитиков вашего центра. Вы ведь сами говорили, что у меня могло это получиться. А теперь даже и не знаю. Вы уедете в Отанари сразу или какое-то время поработаете на базе?

— Молодой Борк никак не меняется, — усмехнулся Радж.

— Меня зовут Эйдвен, — насупился парень и обернулся к нам.

И только тут я увидела, что половина его лица была покрыта крупными тёмно-коричневыми пятнами. В то время, как основным цветом кожи, как и у его родителя, был светло-коричневый, похожий на карамель. А тут будто ржавчина одолела ребёнка.

— Меня зовут Светлана, — представилась я, — а это мои дети Саша и Аня.

— А вы, что совсем один тут со всем этим справляетесь? — вклинилась в разговор Анюта.

— С чем? — удивился Эйдвен, переводя взгляд на девочку.

— С растениями. Их тут вон сколько. У нас дома было всего несколько горшков с фиалками и фикусами разными, так мы и то их порой забывали поливать.

— А какую систему контроля вы к ним подключали?

— Никакую, — улыбнулась Аня, — разве что только голову.

— Но она сбоит порой, — брякнул Саша, — Я Саня. Не перепутай.

— Так Саня или Аня?

Мы только расхохотались с Анютой. Даже Радж оценил забавный казус, его мягкая улыбка осветила всё лицо — я вновь ненадолго застыла, любуясь мужем, который совсем недавно только и хмурился мне в «поднос».

Глава 24.1

После того, как все неполадки были устранены, мы устроились на диване в смотровом пункте теплицы, где на двух гигантских экранах отображалась работа всех систем жизнеобеспечения растений. Бросив взгляд на эти экраны, Радж хмыкнул и усадил нас наблюдать за работой Эйдвена, а сам принялся вникать в работу молодого Борка.

Я никак не могла поверить в том, что такой прекрасной оранжереей руководит ровесник нашего Сашки. Во время небольшой прогулки мы были сражены очарованием и красотой теплицы. Такое разнообразие собранных растений я не встречала нигде на своей планете.