Пока Князь спит...
Шрифт:
Тем временем Ариас наклонился и игриво обвел языком ее пупок.
— Тебе понравится, — порочно ухмыляясь, он легко погладил ее по бедру, вызывая предательскую дрожь. — Не бойся, тебе ооочень понравится…
— Ари, — Пелифор грубо тряхнул его за плечо, — с чего ты взял, что будешь первым?
— Потому, что Касс мне обещал это!
— Обещал? — Всадник Чумы нахмурился, скрестив руки на груди. — Не припоминаю такого…
— Малыш, не пристало тебе враньем опошлять такие милые губки, — укорительно покачал головой Пелифор
— Поаккуратней, Пел, или вообще не получишь ничего. Ведь это мы ухаживали за нашей девочкой, пока та пузо набивал.
Минутная перепалка Всадников дала Карле возможность поразмыслить и ухватиться за внезапно родившуюся идею.
— Ну, все мальчики я не играю в ваши игры! — заставляя голос звучать уверенно, выкрикнула она. — Мы ведь еще в прошлый раз договорились, кто будет первым. Но раз его здесь нет…
— Не пытайся обмануть нас, девица, — отрезал Каспиан. — Смерть уже получил свое. Он сам сказал.
— Теперь наш черед, — буркнул Пелифор.
— Точнее мой! — выкрикнул Ариас.
Сорвав с себя одежду, он оказался меж разведенных ног пленницы. Грубый толчок — сдерживая крик боли, она прикусила губу, не желая показывать слабость своему насильнику.
— Ну же, малышка, — слегка обиженно проворчал Ариас, — впусти меня. Слово даю, тебе понравится.
"А ведь не так давно я хотела их всех", — простонала про себя девушка. — "Может, стоит расслабиться и попытаться получить удовольствие?"
С опозданием дошедший до нее смысл слов Всадника Чумы смел, как ураган, подобную глупость.
"Смерть получил свое!" — едва не взвыла Карла. — "Какая же я дура! Дамиан просто отдал им меня"
Девушка закрыла глаза, пытаясь удержать злые слезы. Обида душила, не позволяя эмоциям отключиться и дать телу силы выдержать все то, что намеревались сотворить с ним демоны.
Тонкие — с острыми коготками — пальцы Ариаса заскользили по самому укромному уголку ее тела, гладя, лаская, дразня, пытаясь вызвать ответный огонь. Пульсирующая мужская плоть настойчиво пыталась проложить себе путь внутрь ее лона. Память подбросила ей картинки недавнего соития с желанным мужчиной, и боль затопила все уголки ее сознания.
Ариас замер на миг, наклонился над ней, рассыпая по коже шелк своих волос, лаская языком ее соски. Карле опротивело собственное откликающееся на эти действия тело. Пальцы девушки сжались от желания вцепиться в бабские кудри Войны и оттащить его от себя.
"Если бы только я не была скована! Я бы выцарапала вам ваши гадкие глазенки. А потом добралась бы до…", — она не смогла даже в мыслях произнести его имя. — "Ему бы… О, ему бы я перегрызла глотку!"
Карла забилась под придавившим ее весом, стремясь освободиться.
— Пошел вон, грязный демон, — прошипела она. — Ты не получишь меня.
Тут же получила звонкую пощечину от вставшего над ее головой Пелифора.
— Правильно, девица, бойся, — напевно проговорил оказавшийся рядом Каспиан, касаясь пальцами ее лица. — Однажды, я уже предупреждал, что не стоит желать воплощения всех фантазий.
Блеск черного камня в его перстне заставил Карлу прикрыть веки. Шорох материи сообщил ей, что и третий демон вступил в игру. Она приказала своим эмоциям умолкнуть, почувствовав, как твердая плоть прижалась к ее рту. Подчиняясь силе давления, ей пришлось принять вожделеющего ее Всадника.
— Не вздумай сжать свои милые зубки, — голос Каспиана ударился в барабанную перепонку. — Иначе, когда наступит мой черед, я не буду так нежен, как мои собратья.
Карла зажмурилась сильнее — мимолетное удовольствие, рожденное ласками Ариаса, ушло, оставив только пустоту. Ни боли, ни страха, ни обиды, ни злобы — только пустота.
"Я такая дура. Спутала счастье Лили со своим случайным…", — девушка зарычала, стирая воспоминания о недавних объятиях Дамиана. — "Они — моя расплата. За всех!"
Долгожданную пустоту вновь попыталась заполнить боль, и Карла издала сердитый хрип.
— Ари, хватит с ней панькаться. Если не можешь взять — отойди. Эта девица распаляет мое желание, — выкрикнул Каспиан. — Давай, милая, позлись еще. Пел, отвали, дай девушке вдохнуть.
Раздались звуки возни, недовольное ворчание в два голоса — мучители покинули тело Карлы. Воцарилась звенящая тишина, давшая ей несмелую надежду, что они перебили друг друга к чертовой матери.
Она подождала пару минут и приподняла веки.
"С моим-то счастьем", — подумала она, увидев, что все трое остались в комнате, — "придется избыть эту фантазию до конца. Спокойно, Карла, подобное уже было. Переживем"
Война и Голод топтались у дальней стены, зло поглядывая на направляющегося к развилке алтаря Каспиана. Вдоль позвоночника Всадника Чумы змеей вилась татуировка из темно-зеленых листьев странной формы. Его мускулы играли при каждом шаге, и рисунок напоминал живую лозу винограда, только без плодов. Зачарованная зрелищем, Карла не заметила, как он подошел вплотную. Лишь почувствовала, как его голодный липкий взгляд заметался по телу.
— Пел, подай чашу, — приказал он.
Пелифор что-то буркнул, но послушно принес требуемое.
— Да не мне, болван, напои ее! — рявкнул Каспиан, по-хозяйски оглаживая живот девушки.
Карла не собиралась повиноваться, как Голод, поэтому им втроем пришлось потрудиться, чтобы влить ей в рот содержимое. Горькая жидкость опалила внутренности, но через пару секунд усилила безразличие к происходящему. Холод, зародившийся где-то в солнечном сплетении, медленно расползался по венам, даря блаженный покой. Карла закрыла глаза, впадая в оцепенение.