Пока Князь спит...

— Пока Князь спит со своей… мы остались не у дел! — зло буркнул Ариас, сжимая пузатый бокал.

Четверо одетых с утонченным вкусом мужчин дружно вздохнули и уставились на гладкую поверхность ромбовидного столика. Мелкие трещинки на мраморной столешнице вполне соответствовали печали, отчетливо сиявшей в глубинах их обсидиановых

— Проклятье! — прошипел Пелифор. — После мессы нам всегда оставалось, чем поживиться. А теперь?

Новый горестный всхлип разбавил тишину, царящую в пыльном зале. Витавшее в воздухе напряжение можно было резать ножом и намазывать на хлебцы для икры, которой небрежно закусывали обильно пьющие посетители.

Четыре сошедших с глянцевой обложки красавца с весьма кислыми выражениями на идеально вылепленных лицах в этот вечер были единственными, кто заглянул в забытый бар у края второстепенного шоссе. Только на сцене в дальнем углу брошенные музыкальные инструменты поблескивали в лучах заходящего солнца, которое ежедневно осмеливалось нарушать покой этой обители полумрака.

Внешний вид холеной четверки абсолютно не гармонировал с упадком вокруг них, который, однако, чертовски точно отражал их настроение.

— А теперь мы сидим в баре "Сладкая Лили" и напиваемся как последние…

— Теперь Князь не соизволит с нами поделиться! — почти выкрикнул, потрясая в воздухе полупустой бутылкой шерри, единственный в этой преимущественно темноволосой компании блондин. Его длинные волосы были сколоты на затылке замысловатыми шпильками с инкрустацией из черных бриллиантов, что придавало его тонкому профилю весьма недвусмысленно женственный шарм.

— Тшшш, Ариас! — шикнул на него сидящий слева коротко остриженный брюнет, в мочках обоих ушей которого красовались маленькие серьги с такими же черными камнями. — Если ОН сейчас за нами наблюдает… — продолжил он замогильным голосом, склоняясь почти вплотную к щеке друга. От обжигающе горячего дыхания гладкая кожа и искусно-вылепленная ушная раковинка порозовели.

— И не договаривай, — вмешался новый хриплый баритон.

На правое плечо блондина легла мощная ладонь с удивительно длинными пальцами и легонько тряхнула.

— Ай, Каспиан, больно же! — взвизгнул Ариас и повел плечом, сбрасывая руку товарища, но тот упорно не желал поддаваться.

— Кирия сама нас растерзает за такие мысли, даже если Князь и пощадит по старой дружбе, — украшенный перстнем с неизменным черным бриллиантом указательный палец Каспиана коротко ударил блондина по носу.

Под дружный смех Ариас взревел и вскочил со стула, роняя бутылку на пол.

— Хватит лапать, Касс, Пел!

— Да, братья мои, — задумчиво протянул до этого момента сидящий, молча, на противоположном краю стола четвертый мужчина, — нам явно не хватает определенного рода занятий.

— Ну-ну, Дамиан, поучи нас уму-разуму! — буркнул все

Он недовольно поджимал пухлые губы и искоса поглядывал на откровенно посмеивающихся над ним Каспиана и Пелифора.

— И как ты только управляешься со всеми этими военными разборками, Ари? Ума не приложу. Ведь порой ведешь себя, как красна девица, — поинтересовался Каспиан и едва успел увернуться от полетевшего в его сторону стула.

— Хватит! — рявкнул Дамиан. — Пел, Касс, вы и мертвого достанете своими намеками. Не видите разве, что наш малыш не в духе… Эй! Я сказал — хватит!

Дамиан оттолкнул подскочившего к нему с кулаками Ариаса так, что тот очутился на полу.

Двое других мужчин рванулись, было, помочь блондину подняться на ноги, но он грозно сверкнул глазами и растворился в воздухе.

— Ну, Ари, ну прости, ну мы больше не будем так шутить, — одновременно захныкали темноволосые, когда через четверть часа их товарищ не появился.

— Будете, — донеслось от барной стойки. — Я вас знаю.

— Раз знаешь, так иди сюда, и давайте вместе подумаем, чем нам заняться, пока мы не перебили друг друга от безделья, — всегда спокойный тон Дамиана мгновенно усмирил разбушевавшихся Всадников.

Каспиан поднял и услужливо подставил подошедшему неспешно-грациозными шажками Ариасу стул. Когда тот удобно устроился, его соседи заискивающе улыбнулись.

— Мир?

— Мир.

— И со мной?

— И с тобой, чудо вечно голодное. Чума на оба ваши дома.

Картинно закатив на последней фразе глаза, Ариас заливисто рассмеялся, давая тем самым понять, что больше не сердится.

Они откупорили новую бутылку, и в зале бара "Сладкая Лили" вновь повисла тишина. Было слышно, как за окнами ветерок шуршит опаленной летним зноем травой.

Внезапно Дамиан резко поставил свой бокал и просиял лучезарной улыбкой, что случалось с Всадником Смерти весьма не часто.

— Что придумал? — хором выпалили Голод, Чума и Война, пристально уставившись на потирающего нежные ладони собрата. Бриллианты в широких браслетах задорно переливались всеми оттенками тьмы, вторя хитрому прищуру миндалевидных глаз своего хозяина.

— Я вспомнил некую девицу Карлу, что бы с Кирией, когда Князь встретил ее в этом самом баре.

— Девицу? — ревниво переспросил Война.

— В этом баре? — взгляд Голода полыхнул жадным любопытством.

— Не понял… — приподнял брови Чума.

Дамиан заулыбался еще загадочней.

— Вы не знаете эту историю так, как знаю я. Вы все тогда были заняты. А я сидел вооон там, за тем столиком. Рядом с Князем.

— Да врешь ты! — Каспиан недоверчиво махнул рукой.

— А ну-ка давай в деталях, — вкрадчиво протянул Пелифор.

— Я весь твой и жду, — томно прошептал Ариас, за что был вознагражден тройным убийственно-огненным взглядом.