Поход
Шрифт:
Бывшему «престолодержателю» и Дуксу предложили сделку: он переводится в свой, захваченный ранее для нового столичного штаба инквизиции, самый большой столичный особняк и ему возвращают прислугу и кого из доверенных людей, а сам Дезидерий — поможет наследникам в спорах с Избирателями и подскажет как выйти из острого кризиса безвластия, когда споры не позволяют как назначить нового главного имперского министра, так и провести ни единого полноценного заседания, с практически любым голосованием.
Вскоре Дезидерий был перевезён, под конвоем из императорских гвардейцев, в свой бывший дом и начал давать первые советы наследникам:
Не ставить на голосование слишком спорные предложения, а начать с тех — где они смогут гарантированно добиться компромисса между собой.
Повременить с выступлением против ересиарха Руфуса, так как имперцы и знать напуганы столь сильным разгромом от еретиков и немного подождав — дать возможность противнику распылить силы по нескольким удалённым целям: после чего самим наносить удары множеством отрядов по разным точкам распространения ереси — это вряд ли усилит имперскую армию, зато тогда каждый из наследников получит свою личную походную дружину под управление и сможет себя проявить, не боясь единого ответа, всех сил еретиков, против него. Дезидерий предлагал мирный развод в командовании имперскими частями всем четверым братьям.
Договориться с Амазонией и Урдией о признании, после совместной победы над Руфусом, их суверенитета и даже пообещать им земли что они смогут освободить от власти «честных», а потом, когда эти королевства ослабнут сами и ослабят в войне еретиков — придраться к тому что было четыре наследника и не было императора, когда заключался этот договор и посчитать данное соглашение незаконным, предложив им вновь войти в состав империи.
Немедленно арестовать всех Избирателей, но не для организации Избрания — это пока что в любом случае вызовет споры между самими кандидатами на трон, а что бы Избиратели не стали самостоятельно проводить съезд имперской знати, в котором они были самой заинтересованной стороной.
Однако провести аресты Избирателей, по совету ныне «странноарестованного министра» — наследники не успели и те, особо и не скрываясь — чуть не демонстративно покинули столицу и отправились в свои земли.
За выборщиками потянулись прочь и гранды империи, по причине чего командиру императорской гвардии, Магинарию Имерию, который отвечал сейчас за стражу и «внутреннюю имперскую комиссию» — пришлось отправить по следам Избирателей собственных агентов, дабы следили за беглецами и сообщили, если те попытаются организовать что то вроде негласного сбора аристократии империи, без присутствия наследников и их свит.
В проигранной «честным» битве и бегстве после неё — погибли два герцога и князь, и сейчас, пока их наследники официально не получили подтверждения своих новых титулов у имперского канцеляриста Аргуина — невозможно было проводить полноценного съезда имперской знати с голосованием по смене вектора управления, чем советовал ранее воспользоваться бывший министр Дезидерий. Но Магинарий Имерий всё же опасался каких пакостей со стороны изворотливых Избирателей, наотрез отказавшихся проводить скорое Избрание императора и сбежавших из столицы, и посему решил установить за ними, по возможности, максимально плотную слежку.
Ересиарх Руфус успешно занимал
Амазония и Урдия согласились принять некоторые планы, по общему с империей, выступлению на еретиков «честных», но наотрез отказались как освобождать имперские территории, так и вести с имперцами совместные битвы против еретиков.
Расследование злоупореблений министром Дезидерием шло прежними темпами, однако даже Великий инквизитор Корсо, чья структура следствие в основном и проводила, вынужден был согласиться с доводами уммландцев Тудджерри и Лиутпранда, и перестал столь яростно поносить на всех выступлениях бывшего «престолодержателя»: Дезидерий мог помочь преодолеть нынешний кризис безвластия и анархии, а казнить его, за то что он натворил ранее — можно было в любой момент, даже за одну десятую часть того что было уже известно.
Ситуация выглядела с каждым днём всё мрачнее, словно болото, что невидимо глазу ночною порою — но при этом постоянно увеличивает свою площадь и захватывает всё новые плодородные пахотные земли: мятежные королевства Урдия, Амазония, Ромлея — всё ещё оставались под управлением местных династов и их освобождение, если и должно было когда состояться, всё время откладывалось на необпределённое время.
Ересиарх Руфус, огромными частями присоединял к своей территории всё новые участки земель империи и была опасность выдвижения его «летучего отряда» и под стены самого столичного полиса. Если не для штурма, так проведения каких партизанских налётов.
Армия ересиарха лишь увеличивалась и имея на вооружении захваченные в имперском лагере многочисленные бомбарды и прочее оружие, казалась многим бойцам из отрядов его противников — почти что непобедимой.
Проповедники, восхваляющие Руфуса, появлялись абсолютно во всех, граничащих со столицей, городках — и их, с немалым трудом, частично удавалось задерживать местной страже. Многие простецы прятали у себя эмиссаров Руфуса и помогали им информацией или деньгами, выступая как проводники. Наследники опасались что эти люди смогут стать проводниками и для отрядов «честных», если те подойдут к столичному городу.
Главной же проблемой был хаос управления, когда император никак не мог быть скоро избран, а наследники, интригуя друг против друга — заваливали почти любые здравые начинания конкурентов за престол.
В конце концов решили пока что остановиться на идее Дезидерия, о неназначении нового главного имперского министра и согласований всех законов, что приводило к крайне медленным реакциям на вызовы что появлялись у империи с каждым новым днём — но давало хотя бы призрачные надежды на восстановление управления и привычного рассмотрения вопросов, для работы госаппарата.
Разгром многотысячной имперской армии еретиками «честными» — шокировал многих рыцарей и баронов империи.
Начались частые общие моления знати и простецов в полях или городах, вместе с хождениями вокруг храмов и жертвованиями на нужды «новой армии», что, по слухам, должна была вскоре выступать против ересиарха Руфуса.
Армия империи всё никак не собиралась, а старая, из числа тех кто добрался до столицы после проигранной битвы — постоянно уменьшалась в количестве: кто покидал службу, кто просто сбегал, кто умер ещё в пути по причине ранения.