Пограничье
Шрифт:
— Настоечкой?
Мужик немного завис, потому что именно в этот момент Павлик накинул на мои плечи свой китель, а потом стремительно содрал с меня мое покрывальце.
Я просто взвыла и решила, что убивать сыщика буду очень-очень медленно.
— Ох-х-х... — выдохнул помятый тип, а меня тем временем прижали к широкой груди и прорычали гневно:
— Вон!
— Павли...
— Мама, кроме шуток, — огонь с плеча перекинулся на всю руку, и она теперь пульсировала и горела, я же реально рассматривала вариант отгрызть нестерпимо ноющую конечность, — я сейчас не в том настроении!
— Очень болит, Сонюш?
— Ж-ж-ж-ж-жуть просто... Что?
— Сейчас все исправим...
Отступил от меня на шаг и быстро-быстро задвигал руками, словно снежок лепил. Но это был не снежок.
Видимо, Эро решил добить меня в память о нашем товариществе, ну, и просто из благородных побуждений. Огненный ком в его руках все рос и рос, а потом он просто запустил в меня им. Я вскрикнула, закрываясь от летящего огня выставленной вперед рукой, а когда пламя коснулось моей кожи, потеряла сознание. Просто выключилась, как смешная заводная кукла, которую мы с папой Родом как-то видели на Ярмарке талантов.
Ярость накатывала волнами.
До болезненности обостряя нюх, она будоражила и пробуждала древнюю, как жизнь жажду крови.
Маленькое сокровище, случайно обнаруженное на глупом празднике эльфов, оказалось поистине королевским кладом, полным волшебных сюрпризов и приятных неожиданностей. Волчица. Молодая. Сильная. Красивая, что не являлось основным приоритетом, но положительным бонусом — несомненно. Главным же было то, что, судя по всему, самочка была ничья. Ну, то есть она думала, что она ничья, но старый волк точно знал, кому она принадлежит. Достаточно было только бросить на нее один короткий взгляд, чтобы понять: именно она станет достойной парой, прародительницей нового, более сильного волчьего рода.
Все было предельно ясно. План созрел и оформился еще до того, как, тряхнув рыжей гривой волос, она прошла мимо, едва удостоив мимолетным взглядом своего нового хозяина. Надо было просто протянуть руку и взять то, что по праву должно принадлежать сильнейшему.
И он почти протянул, коснувшись мягких кончиков волос. Почти почувствовал бархатность бледной до прозрачности кожи… Но маленькое сокровище совершенно неожиданно выскользнуло из рук, прошмыгнув между пальцами вертким вьюнком, ослепительно сверкнув напоследок блестящим хвостиком.
Золотой дракон. Кто бы мог подумать?..
Старый волк слизал с лап уже успевшую застыть кровь и оскалился своим мыслям.
Что ж, это еще не конец. Драконы тоже не бессмертны. И с ними можно совладать, даже если они хранители древнего эльфийского рода.
Клацнул зубами, вспугнув стайку устроившихся на дневной сон ночных бабочек, еще раз окинул мрачным взглядом изуродованную окровавленным телом поляну, а затем неспешно потрусил к границе Зачарованного леса. Визит был плодотворным: он нашел ответы на вопросы, договорился с нужными людьми, а главное, не оставил свидетелей. Жаль только, что колокольчики не удалось вернуть, хотя чутье подсказывало, что они были где-то совсем рядом.
Впрочем, новости, связанные с молодой волчицей, слегка отодвинули
Вильнув поседевшим от старости хвостом, волк скрылся за синеющей громадой огромной ели, и молодая зайчиха, дергая кончиком носа, рискнула выглянуть из своего убежища. Сделала несколько осторожных шагов по краю поляны, прислушиваясь к звукам просыпающегося леса и стараясь не обращать внимания на тяжелый запах крови, который пропитал, казалось бы, все окрестности. Ей нужно было торопиться. Она и без того задержалась, вынужденная прятаться от извечного врага всего заячьего рода, а между тем в теплой большой норе ждали зайчата.
Серой молнией метнулась через поляну, бесстрашно перепрыгивая через куски человеческого тела, и исчезла в предрассветной дымке, оставив лежать посреди леса то, что еще совсем недавно было молодым и сильным эльфом.
Сквозь опущенные веки чувствовалось солнце, но просыпаться совсем не хотелось. Пахло валерианой, пустырником и совсем немного соком алоэ. Все это, вместе взятое, наводило на неутешительную мысль о том, что я, видимо, лежу в больнице.
— Заполошная она у тебя какая-то, — недовольно ворчал женский голос. — С чего такая реакция? От поцелуя дракона еще никто…
— Ба, уйди.
Нет, не в больнице. Я нахмурилась, не понимая, почему так сильно раздражает звонкий женский голос.
— Да ладно, чего уж теперь злиться? — женщина была назойлива, как поздняя осенняя муха. — Мы же с твоей матерью извинились. Мы просто не обладали всей информацией. И потом, кто бы мог подумать, что ты до сих пор…
— Уйди, пожалуйста, пока я не наговорил тебе гадостей! — голос Павлика мог заморозить своей холодностью толпу разгоряченных русалок, но только не эту женщину.
— Так ты уже все сказал, что мог, — заявила она, а я почувствовала, что кто-то садится на край кровати, отодвигая в сторону мои ноги.
Задумалась над причиной острого желания взбрыкнуть ногой и вообще, хоть как-то испортить говорившей ее благодушное настроение. Как-то я не замечала за собой такого прежде. А потом вспомнила про лазурное покрывало, про «совет вам да любовь» и про странное желание родственников Эро нас поженить. Распахнула глаза и сразу наткнулась взглядом на Павлика. Он сидел в кресле, придвинутом вплотную к моей кровати, и делал вид, что читает «Гражданский эльфийский кодекс». Не поднимая глаз от пожелтевших страниц, он произнес:
— Не хочу тебя видеть. И разговаривать не хочу. Уходи.
— Пусть останется, — прохрипела я, закашлялась и попыталась сесть.
Бабуля радостно пискнула, а Павлик, отбросив книгу в сторону, склонился надо мной.
— Пусть она останется, — повторила я, вытирая рот рукой. — Я сейчас встану и перегрызу ей горло. Жрать хочется просто нестерпимо.
Женщина неверяще улыбнулась и ласково похлопала меня по ноге сквозь одеяло. Это она напрасно. Лягнула я совершенно рефлекторно. То есть, сначала лягнула, а когда старушка, едва не упав, вскочила с кровати, искренне пожалела, что не вложила в удар немного больше силы.