Погоня

Хармс К.А.

Так что да, я была жалкой и слабой.

Глава 3

Я превратилась в призрак. Я так глубоко погрузилась в ненависть и грусть, что уже не знала, смогу ли когда-нибудь исцелиться. Я боялась всего, потому что все, что я делала, имело последствия, и они отдаляли меня от женщины, которую я едва помнила, которая была счастлива и полна жизни. Теперь было трудно найти счастье в чем-либо.

Темный синяк на моей щеке заживал, но полученная психологическая травма навсегда оставила след в моей душе. Я прижалась языком к трещине на губе и боль напомнила мне, что

я еще жива. В сотый раз я задумалась о побеге, но точно так же, как и в первый раз, я вспомнила, что заставило меня остаться.

Артур Палмер, мой папа.

Он был самым любящим, заботливым человеком, которого я когда-либо знала. Мы потеряли мою маму из-за рака молочной железы, когда мне было всего шесть лет, и, преодолевая эту потерю, приобрели неразрывную связь. Но когда мне было шестнадцать, трагедия ударила снова, когда ему поставили диагноз ишемической болезни сердца. Но все, казалось, было в порядке, пока мне не исполнилось двадцать два. Сразу после того, как я окончила факультет маркетинга, его здоровье ухудшилось, и я обвинила себя в том, что сосредоточилась на своей жизни, когда должна была позаботиться об отце.

К этому моменту я уже встречалась с Джейсом, который был приглашенным лектором в одном из бизнес-классов, которые я посещала на старшем курсе колледжа. Он с самого начала поразил меня и флиртовал со мной до тех пор, пока я не перестала сопротивляться. Его отец обладал еще большим обаянием, и, в конце концов, мы с отцом были убеждены, что они являются пределом совершенства. Они знали лучших врачей и лучшие лечебные учреждения, а деньги были не проблемой. Они позаботились о моем отце, за что я была им благодарна.

Но в итоге они обыграли нас обоих.

Теперь я была в ловушке, потому что моему отцу нужны были деньги и те связи, которые они продолжали предлагать.

Он находился в медицинском учреждении в городе, и Джейс убедился, что я редко смогу навещать его, но была спокойна, зная, что о его здоровье заботится. И когда Джейс устроил нам встречу, я провела с ним несколько часов. Папа спрашивал о моей жизни, и я рассказывала ему ее сказочную версию. Я всегда чувствовала себя виноватой за ложь, но сообщить ему правду было бы еще сложнее. Я думала, что он не справится с ней.

В последнее время свидания с моим отцом стали еще реже. Каждый раз, когда я упоминала о желании его увидеть, Джейс менял тему разговора, оставляя меня в неведенье, когда он разрешит мне еще один визит.

Тем временем, я была заперта в доме, наполненном людьми, нанятыми моим мужем. Они смотрели на меня так, как будто ждали, чтобы я сделала хоть одно неверное движение, чтобы они смогли пойти и настучать об этом Джейсу. Мой сотовый телефон был привилегией, которой я могла воспользоваться только в присутствии Джейса. Он контролировал мои звонки, что было легко, потому что у меня не было никого, кому я могла бы позвонить. Я растеряла всех своих друзей после того, как мы поженились, из-за того, что Джейс требовал, чтобы я всегда оставалась рядом с ним, поэтому мне не хватало времени, чтобы провести его с ними. Теперь я поняла, что он именно этого и добивался. У меня не было машины, потому что водитель Джейса возил нас повсюду, и он знал, что если он отвезет меня куда-либо без прямого одобрения Джейса, то это закончится его увольнением, или чем еще похуже, я уверена. Поэтому он

не смел ослушаться моего мужа.

Никто бы не стал.

— Надень это, — сказал Джейс, кладя красное платье с глубоким декольте на край нашей кровати. — Это подчеркнет твои достоинства, и сегодня это мне понадобится для отвода глаз.

Еще раз он собирался использовать меня, чтобы манипулировать окружающими, только чтобы наказать меня за это позже.

Он обернулся и пошел в ванную, оставив меня одну одеваться. У меня не было выбора. Если бы я поспорила или выбрала что-то немного менее провокационное, он заставил бы меня пожалеть. Очертания моей груди невозможно было скрыть в этом платье, но, в первую очередь, именно поэтому он его и выбрал. Мои руки дрожали, когда я взяла платье с кровати, аккуратно надела его, и оно заструилось по моему телу.

Я поправляла грудь, когда Джейс вышел из ванной и подошел сзади. Я напряглась, когда он положил руки мне на бедра и прижался своим телом ко мне. Я затаила дыхание, не уверенная, что будет дальше. Не знать, когда он ударит, было почти так же ужасно, как сам факт избиения.

— Ты всегда так хорошо пахнешь, — прошептал он.

В очень редких случаях Джейс говорил что-то, что напоминало мне человека, которым он был. Только эти комментарии и сладкие слова больше ничего не значили для меня. Я знала, что это просто его способ заставить меня делать то, что он приказал.

— Спасибо, — ответила я, все еще застыв на месте, боясь уйти и продолжить собираться.

— После того, как я получу эту сделку, и все наладится, думаю, нам с тобой нужно немного отдохнуть, — шепнул он мне на ухо. — Думаю, это будет нам полезно.

Слезы жгли мои глаза от мысли, что он увезет меня. Большинство женщин хотели бы, чтобы их мужья устроили им сюрприз с бурным отпуском. Для них это был шанс разжечь былое пламя и наслаждаться друг другом в течение нескольких дней без каких-либо забот. Но для меня это просто было очередной пыткой.

— Да, — сказала я в ответ, и он оказался доволен, поцеловал меня в шею и отступил назад, создав между нами столь желанное пространство.

В течение следующих двух часов я вошла в роль, которую Джейс мне отвел. Я ухаживала за бизнесменами и хвалила их жен. Охала и ахала над достижениями моего талантливого мужа, но внутри я просто чувствовала себя грязной. Я ненавидела лгать этим людям, потому что позже Джейс пошлет их к черту, и это будет частично моей виной.

Зная это, жить становиться еще труднее.

Они доверили Джейсу и его отцу вкладывать их деньги, полагая, что в один прекрасный день у них тоже будут миллионы. Но они тем самым только давали Хеллманам власть править ими всю оставшуюся жизнь. Да, Джейс и его отец зарабатывали им деньги, но они делали это незаконно. Большинство людей понятия не имели, для чего их средства использовались, а когда понимали, то было слишком поздно. Люди Хеллмана проворачивали незаконные операции, держа в неведении своих инвесторов, и те начинали бояться тюремного срока, а что еще хуже, становились соучастниками. Поэтому вместо того, чтобы разоблачить Брюса и Джейса, они хранили молчание.