Погоня
Шрифт:
— Простите, но я не знанию никакого мистера Исаака Белла.
Ее голос звучал ровно, без единого намека на дрожь. Она говорила, не поднимая на него глаз. Она знала, что если посмотрит на него, то это будет подобно удару в живот. Она благодарила бога, что сидит, а не стоит, иначе у нее подкосились бы ноги, и она упала бы на ковер.
— Простите меня, — сказал Белл, по ее реакции уже совершенно уверенный в том, что именно она была той женщиной, с которой он познакомился как с Розой Мантека. — Возможно,
Кромвель из вежливости поднялся с салфеткой в руках. Он смотрел на Белла как боксер-профессионал, напавший на противника раньше, чем прозвучал гонг первого раунда. Он не проявил ни малейшего удивления или непонимания и протянул руку.
— Яков Кромвель, мистер Белл. Вы член нашего клуба?
— Нет, гость Хораса Бронсона, детективное агентство Ван Дорна.
Белл пожал руку Кромвеля в перчатке, подумав: очень странно, что банкир не снимает перчатки во время еды. За многие годы работы у него появилась привычка вести расследования всегда и везде, поэтому он посмотрел на мизинец левой руки в перчатке. Материал на пальце не был пустым, он был заполнен и казался твердым. Не то чтобы Белл сразу подумал, что Кромвель и был тем самым бандитом. Эта идея казалась на грани безумия. Но…
Кромвель кивнул.
— Я знаю Хораса. Замечательный человек! Честь вашей компании.
С близкого расстояния Белл заметил, насколько тщательно причесаны рыжие волосы Кромвеля, начинающие редеть на затылке. Банкир был невысокого роста и худощавым, в его манере держаться было больше женской грации, чем грубоватой мужественности. В глазах у него Белл увидел то же выражение, которое однажды видел в глазах пумы, которую он застрелил в Колорадо. Это был холодный, почти мертвый взгляд.
— Да, он такой.
— Белл? Не припоминаю, чтобы слышал это имя раньше, — сказал Кровель, словно пытаясь вспомнить.
Потом он отбросил эту мысль, словно она не имела никакого значения.
— Вы живете в Сан-Франциско?
— Нет, в Чикаго.
Маргарет все еще не могла заставить себя взглянуть на Белла. Глубоко внутри она ощущала неконтролируемый огонь. Ей было не по себе, она зарделась, как вишня. Затем разозлилась не столько на Белла, сколько на себя за то, что поддалась чувствам.
— Мы с братом хотели бы насладиться своим обедом без посторонних, мистер Белл. Прошу извинить нас.
Он увидел, как у нее покраснела шея, и остался доволен этим.
— Очень прошу простить меня за вторжение. — Он кивнул Кромвелю. — Мистер Кромвель!
Затем Белл повернулся и пошел обратно к своему столику.
Как только Кромвель убедился, что Белл отошел на достаточно большое расстояние и не слышит их, он взорвался:
— Какого черта он делает в Сан-Франциско? Я полагал, что Ред Келли позаботился о нем.
— Очевидно, Келли потерпел
— Как он узнал, что ты здесь?
— Не смотри на меня так, — со злостью сказала Маргарет. — Я ехала в поезде из Денвера в Лос-Анджелес как Роза Мантека и купила там лошадь под другим именем. Затем на лошади прибыла в Санта-Барбару, где села на поезд до Сан-Франциско, опять сменив имя. Он никак не мог выследить меня.
— Так, значит, мы можем считать это совпадением?
Она посмотрела на него как потерявшаяся собака.
— Даже не знаю, просто не знаю.
— Что бы ни привело его в Сан-Франциско, его присутствие вызывает беспокойство, — сказал Кромвель, открыто уставившись с натянутой улыбкой на четырех агентов сидящих за столиком. — Не думаю, что ему удалось сосчитать, сколько будет дважды два, но, увидев тебя, подозревая, что ты можешь быть связана с бандитом, узнав, что ты моя сестра, он начнет разнюхивать всё вокруг.
— Может быть, сейчас самое время отправиться в отпуск?
— Неплохая идея.
— Утром первым делом закажу поездку в Джуно, на Аляску.
— Почему Джуно? — спросил Кромвель. — Там чертовски холодно.
— Потому что это последнее место, куда он решится заглянуть, — она сделала паузу, и ее взгляд стал хитрым. — К тому же отец Юджина, Сэм Батлер, контролирует горные разработки в районах, прилегающих к Джуно. — Маргарет рассмеялась, освобождаясь от неприятных впечатлений. — У меня будет возможность позаботиться о своих финансовых интересах.
— Дорогая сестра, — добродушно сказал Кромвель, — ты вечный, неиссякаемый источник развлечения. — Затем он посмотрел через обеденный зал на Белла. — Хотел бы я знать, — пробормотал он, — что стряслось с Редом Келли.
Когда Белл вернулся за столик, ему подали заказанное «сладкое мясо». Он взял вилку, предвкушая его изысканный вкус, но не успел даже попробовать: на него посыпались вопросы от сидевших за столиком.
— Это та женщина, с которой ты познакомился в Денвере, как ты и полагал? — требовательно спросил Бронсон.
Белл уклонился от прямого ответа, не желая подробно останавливать на теме, болезненной для Бронсона.
— Возможно, я и ошибся. Вполне допускаю это. Но сходство просто невероятное.
— Ты разбираешься в красоте, — сказал Бронсон, усмехаясь.
— Как тебе Кромвель? — спросил Ирвин. — Он может оказаться полезным, когда я встречусь с ним для обсуждения вопросов о похищенных деньгах, которые прошли через его банк?
— Тебе лучше спросить Хораса. Я ни словом не обмолвился о нашем расследовании. Он кажется довольно приятным. Возможно, несколько высокомерен.