Погоня
Шрифт:
— В любом случае я не могу использовать свой вагон. Его придется оставить.
— Не понимаю.
— Железная дорога, которая проходит через Теллурид принадлежит компании «Рио Гранд Саузерн». Она узкоколейная, для моего вагона железнодорожной компании «Саузерн Пасифик» рельсы слишком близко расположены друг к другу. Мне просто нужно найти другое средство, чтобы уйти из города, не подвергаясь опасности ареста.
Маргарет снова внимательно прочитала статью.
— У меня
— Я не считаюсь с чувствами. Работаю только с голыми фактами. Мне удается обеспечить полную безопасность, учитывая все непредвиденные обстоятельства, как бы незначительны они ни были.
Она наблюдала за ним через стол, пока он наливал себе еще чашку кофе.
— В этой работе потребуется твоя помощь. — Он посмотрел на нее поверх чашки. — Какие у тебя соображения?
— Пойду с тобой.
— А как же твое небольшое путешествие в Джуно, на Аляску?
— Просто отложу его.
Кромвель размышлял несколько минут.
— Я могу подвергнуть тебя риску.
— Ты еще не провалил ни одно дело, — ответила Маргарет. — В этот раз, возможно, я буду тебе нужна.
Некоторое время он молчал, затем улыбнулся.
— Ты пойдешь со мной, даже если я запрещу тебе это.
Она улыбнулась.
— Разве я всегда уступала твоим требованиям?
— Нет, даже тогда, когда мы были детьми, — сказал он, вспоминая. — Хотя ты на два года младше меня, но мне не всегда удавалось руководить тобой.
Она приложила салфетку к красным губам.
— Тогда решено. Мы работаем вместе.
Он вздохнул.
— Ты победила. Но надеюсь, что мне не придется жалеть о том, что я не посадил тебя на корабль, отправляющийся на Аляску.
— Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Он пристально смотрел на стол, словно видел какое-то изображение, и чертил вилкой круги на скатерти.
— Завтра уезжай на поезде в Колорадо и затем отправляйся в Теллурид.
Она уставилась на него.
— Ты хочешь, чтобы я уехала раньше тебя?
Он кивнул.
— Делаю отступление от правил. Вместо того чтобы мне смешиваться с толпой местных жителей и изучать работу банка, это сделаешь ты. Как женщина, ты сможешь тщательно всё изучить, не вызывая подозрений.
— Женщина в Теллуриде? — размышляла она. — Придется выдать себя за проститутку.
— А еще лучше — выдай себя за брошенную жену, от которой уехал муж, чтобы разбогатеть на шахтах, и исчез. В этом случае ни у кого не возникнет никаких подозрений, когда ты будешь задавать вопросы и шпионить повсюду.
— Но, чтобы жить и есть, придется найти работу в борделе.
— Делай как знаешь, — сказал он, замыкаясь, как обычно, при эксцентричном поведении своей сестры.
—
— Приеду через несколько дней, после того как проверю, достоверны ли сведения относительно груза, и окончательно разработаю план ограбления и нашего ухода. — Он помолчал и посмотрел на нее с любовью. — Вероятно, я сошел с ума, раз вовлекаю тебя в такое рискованное предприятие.
— Я тоже сумасшедшая, — весело рассмеялась она. — Могу обезуметь от возбуждения и нарастающей жажды приключений. — Она бросила на него взгляд кошки, готовой прыгнуть на мышь. — Мысль о том, чтобы выступить в роли проститутки, привлекательна, я считаю ее восхитительной.
— Избавь меня от подробностей.
Затем она внезапно стала серьезной.
— А что слышно об Исааке Белле?
Он пожал плечами.
— А причем здесь он?
— Он может появиться где угодно, даже в Теллуриде.
— Эта мысль приходила и мне в голову, но, как только я проверю, что деньги отправлены, полагаю, что очень многое исключит возможность его появления. Он слишком занят погоней за призраком в Сан-Франциско, чтобы вдруг свалиться с неба в Теллуриде.
— Это так же верно, как то, что я могу разрушить этот дом.
Он рассмеялся.
— Не унывай, дорогая сестра. Это будет всего лишь прогулкой по парку, как и все остальные ограбления. Посмотришь.
Глава 23
В холодный весенний день с бодрящим ветром Белл вышел из поезда и направился на угол улиц Аспен и Колорадо, где увидел четырехэтажное деревянное здание с табличкой на фасаде, гласившей: «Пансион мамаши Таббс».
В руке Белл нес потрепанный саквояж. Одет детектив был во фланелевую рубашку, в жилет, поношенную куртку и в брюки из толстой ткани, напоминающей брезент. Сапоги имели такой вид, как будто в них прошли не меньше пяти тысяч миль. Старая, поношенная широкополая ковбойская шляпа плотно сидела на голове. Этот придуманный образ дополняла изогнутая трубка, зажатая в зубах. К тому же Белл заметно прихрамывал, будто левая нога у него не сгибалась.
Он вошел в небольшую гостиную пансиона, где его встретила мамаша Таббс, полная жизнерадостная женщина, круглая, как огромная горошина. Ее седые волосы были заплетены в две косички, болтавшиеся у нее на спине. Лицо хозяйки пансиона напоминало огромное блюдце с носом.
— Здравствуй, незнакомец, — сказала она очень низким, почти мужским голосом. — Ищешь место, где можно остановиться?
— Да, мадам, — вежливо ответил Белл. — Я приезжий.
— Семь долларов в неделю, включая питание, при условии, что ты за столом, когда я подаю еду.