Поглощенный
Шрифт:
– Попросить меня о чем?
– Из-за этого я уехал сегодня раньше, - он вынимает что-то из кармана, и я зажмуриваю глаза, качая головой, когда он вкладывает это в мою руку. Опускаясь на край кровати, я сжимаю крошечную коробочку, пока ее уголки не оставляют на моей коже следы.
– После Сэм, я сказал себе, что больше никогда не сделаю этого. Я никогда не желал этого снова, но с тобой, это все, о чем я могу думать. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Сиенна.
Моя грудь сжимается, словно кто-то затягивает корсет, и я скрещиваю руки.
– Лукас, расскажи мне, что у нее есть на тебя, - я открываю глаза, глядя
– Прошу. Просто. Расскажи. Мне.
Он вздрагивает, мотая головой.
– Я не хочу, чтобы ты смотрела на меня, как на монстра.
Глубоко вдыхая, я опускаю взгляд на свои колени, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы. Такие теплые и горькие на моей сухой коже. Они приземляются на коробочку на коленях, делая темнее голубой картон, заливая то, что могло сделать меня счастливой.
– Тогда, я не могу, - шепчу я.
Глава 19
Сиенна
На следующее утро я просыпаюсь одна в нашей с Лукасом двуспальной кровати. Перекатываюсь на спину, глядя на размещенное в нише потолка освещение автобуса, и гадаю, может прошлая ночь мне просто приснилась. Нет, поправочка: я молюсь, чтобы это все мне лишь приснилось. Но затем мой взгляд опускается на гитару Gibson, прислоненной к прикроватной тумбочке. И на этой же тумбочке стоит маленькая синяя коробочка, которую Лукас пытался подарить мне прошлой ночью.
Он просил меня выйти за него замуж.
И я сказала "нет".
Я сворачиваюсь клубочком на боку, притягивая колени к груди. Закрывая глаза, пытаюсь сдержать слезы, норовящие вырваться на свободу. Прижимаю ладонь к груди, но унять сильную это не помогает. Как и болезненную пульсацию под моими ребрами. К тому же кажется, что я не могу нормально дышать.
Я сказала "нет".
Вот так я и валяюсь - отдаваясь сотням мыслей, роящихся в голове -, пока не чувствую, что автобус остановился, и потому понимаю: мы наконец-то прибыли в Атланту. В передней части автобуса раздаются голоса - Лукаса, Сина и еще чей-то, кажись, Уайтта -, и я знаю, что мне тоже, в конце концов, придется встать и встретиться с ними лицом к лицу. Сегодня я улетаю домой. И после того как закончу с работой, которую мне посчастливилось получить в Нэшвилле, даже не представляю, что ждет меня дальше.
Потому что я ответила ему "нет".
Наконец я выбираюсь из кровати и одеваюсь. Когда приглаживаю винтажное платье с оборками, которое купила, так как покупая его, я чувствовала себя счастливой и бодрой, мои руки и ноги ужасно дрожат. Сегодня ни одно из этих чувств не посещает меня. Сейчас внутри царит пустота и холод, а в животе зияет огромная дыра.
Вместо того, чтобы заставить меня прийти к нему, Лукас сам идет в конец автобуса, пока я заканчиваю паковать свои вещи. Он становится в дверном проходе, выглядя так прекрасно в джинсах и одной из футболок с его же автографом. Он кивает мне, а темные волосы ниспадают на глаза. Я поддаюсь магнетизму между нами и подхожу к нему, но когда касаюсь его волос, убирая их тыльной стороной руки, то чувствую, как кусочек меня умирает.
Его взгляд полон муки. Призраков. Мука и призраки, и еще море сожаления.
– Я гарантирую, что она оставит тебя в покое, - обещает он тихо.
Я делаю шаг назад. Наклоняя голову, смотрю вниз на сколотый бледно-розовый лак
– Я просто хочу, чтобы она держалась подальше от моей семьи. И тебя, - стискивая зубы, резко выдыхаю, а затем снова поднимаю на него взгляд.
– Я волнуюсь, что она навредит тебе.
– Пока она мне ничего не сделала, Рыжая.
Но это ложь. Сэм терроризировала его всю жизнь. Она требовала у Лукаса деньги и время. Его бывшая жена делает практически все возможное, чтобы он не мог двигаться дальше, напоминая ему о... о чем бы там он не сделал.
– Я люблю тебя. Ты же знаешь это, верно?
Пол автобуса скрипит, когда Лукас медленно ступает по нему, его руки нежно пробегают по моей спине.
– Я знаю. И знаю, почему ты сказала "нет". Но еще я знаю, что ты вернешься.
Я сглатываю образовавшийся в горле ком.
– Я не смогу сделать этого, если ты не хочешь, чтобы я была рядом.
Он мотает головой и шепчет напротив моего виска:
– Я не смогу перестать желать тебя лишь из-за событий прошлой ночи. Я не собираюсь отпускать тебя лишь из-за этого.
Я приподнимаю голову, мой нос трется о его, и наши взгляды встречаются.
– Я просто не хочу, чтобы между нами были секреты.
– А что если данный секрет скрывает во мне в монстра?
– то же слово, что он использовал, описывая себя прошлой ночью. Монстр. Это слово вызывает страх в каждой клеточке моего тела, в каждой мышце. – Что, на хрен, тогда?
В течение мгновения я теряю дар речи, просто стою и разглядываю его выражение лица.
– Ты не монстр. И никогда им не станешь... для меня.
Его улыбка полна грусти, и мое сердце болит еще сильнее, чем когда просто посмотрела в его глаза.
– Давай лучше доставим тебя в аэропорт, пока ты не пропустила свой рейс.
Так же как и в прошлый раз во время полета из Атланты в Нэшвилл, я впадаю в депрессию, и к тому моменту, как выхожу из самолета, меня изрядно тошнит. Тошнота становится еще сильнее, когда проверяю свои сообщения, пока бабуля везет меня домой. Мне пришло одно смс от Тори и два от Эшли. Сообщение Тори жизнерадостное. Она пишет, что не может дождаться нашей скорой встречи в Лос-Анджелесе. Но когда я читаю смс Эшли, мое сердце замирает.
9:52 утра: Пожалуйста, скажи мне, что группа не распалась?
9:54 утра : Потому что если это так, я все еще тебя люблю, но это ОТСТОЙНО!
Я дрожу, пока гуглю Your Toxic Sequel, потратив несколько попыток на то, чтобы ввести логичную фразу в поисковик и найти что-то путевое. Как только мне все-таки удается достигнуть желаемого, просматриваю новостные статьи на сайтах сплетен. Sleaze Cop, Buzz Online, и Alternative Entertainment - все они пишут об одном и том же: Your Toxic Sequel называет это уходом со сцены. И причиной тому стали отношения одного из членов группы с самоуверенной рыжеволосой девицей из музыкального городка.