Поглощенный
Шрифт:
– А ты говорил ей это?
– спрашиваю я шепотом.
Он поднимает свои тощие плечи, пожимая ними.
– Я был обречен на провал с самого начала.
Подтягивая колени к груди, оборачиваю руки вокруг бедер.
– Тогда, возможно, все как раз должно было сложиться? Ну знаешь, как во всех тех эпических романах.
Он бросает на меня косой взгляд, словно реально обдумывает мои слова.
– Эпические романы всегда заканчиваются охуенной обреченностью.
Звук шаркающих вдоль
– Я попытаюсь немного вздремнуть перед саундчеком, - его зеленые глаза предупреждающе смотрят на Лукаса.
– Это значит, что не хуй будить меня по каким-либо пустякам.
Почесывая голову так, что его темные косматые волосы падают на глаза, Лукас отвечает своему коллеге по группе самоуверенной ухмылкой. Он обращает этот взгляд и на меня в течение буквально секунды, а внизу живота моментально вспыхивает пламя.
– Я постараюсь изо всех сил, - обещает Лукас.
Синджин исчезает в задней части автобуса, но через несколько секунд снова заглядывает в гостиную.
– Пока не забыл, - он поднимает пару барабанных палочек. Я ловлю их одновременно, когда парень резко подбрасывает палочки в моем направлении. – Подписал, ну и все в этом роде, - и до того, как я успеваю вымолвить хоть слово благодарности, он уходит, и со стороны его комнаты до нас доносится громкие звук песни Puddle Mudd's "Famous".
– Ладно, он меня пугает, - я поднимаю взгляд на Лукаса, прислонившегося к столешнице на мини-кухне и сжимающего в руке Ред Булл.
– Ты кажешься... отдохнувшим.
Он открывает банку энергетика.
– Нам осталось всего две недели в пути. И, черт побери, я отдохнувший, - одаривая меня похотливой улыбкой, он садится на диван рядом, перекидывая мои ноги через свои колени и усаживая на себя верхом. Когда Лукас трется своим членом о мой пах и наклоняет меня назад, целуя мою грудь через футболку, я вскрикиваю от неожиданности, но приглушаю этот звук тыльной стороной ладони. – А ты кажешься...
Мой телефон вибрирует на столе, привлекая внимание Вульфа.
Сперва я даже не собираюсь смотреть, кто там звонит, но Лукас сильно сжимает мою попку. Так, что приходится потянуться к мобильному и нехотя разблокировать его лишь для того, чтобы в результате увидеть, что номер не определен. Когда смотрю на экран, по моему телу проносится страх. Первая мысль о том, что это - Сэм.
До сегодняшнего дня она использовала лишь слова, чтобы напугать меня. И хотя я не хочу это признавать, но мой адрес, вероятно, было несложно найти, так как он указан на моем сайте в разделе Контакты.
Однако через что ей пришлось пройти, чтобы добыть мой номер телефона?
Успокойся,– думаю я.
– Перестань загонять себя в угол и просто ответь на чертов звонок.
– Ты собираешься хотя бы взглянуть на экран?
– рычит Лукас мне
Неуверенно кивая ему, я провожу пальцем по экрану, принимая звонок. Человек на другом конце начинает говорить еще до того, как я прикладываю трубку к уху, и я ощущаю облегчение, распознав, что слышу просто запрограммированную запись.
Что-то типа:
– …Звонок исходит от Ребекки Превин.
То есть, от моей матери.
Я не знаю, сколько раз принимала в прошлом подобные звонки, но в последний год их было немного, да и перерывы между ними были существенны. Я не хотела ничего давать ей, и в результате меня наконец-то перестали использовать.
Не уверена, что именно сейчас побуждает меня принять звонок - то ли злость за то, что она отправила бабулю в офис юриста, то ли мое давнее желание осчастливить маму -, но независимо от причины, я все же отвечаю. Она начинает разговор не так как обычно - не говорит со мной сладким нежным голосом, который использует, когда чего-то от меня желает добиться - нет, она уже дошла до стадии пылающего гнева.
– Ты, маленькая сучка, - шипит мама.
– Как ты смеешь настраивать мою же мать против меня?
Поднимаясь с коленей Лукаса, я иступлено нажимаю пальцем на кнопку телефона, приглушая громкость, чтобы никто кроме меня не слышал ее слов. Лукас и так уже наклонился вперед, а его длинные пальцы постукивают по нижней губе.
Поворачиваясь к нему спиной так, чтобы ему было не видно мое выражение лица, я набираю полные легкие воздуха.
– Я не знаю, о чем ты говоришь.
Она издает протяжный гортанный стон.
– Это не прокатит со мной, Сиенна, я вижу тебя насквозь. Так было всегда. Ты пытаешься запудрить ей мозги, а это неправильно.
Я щипаю свою переносицу. Моя мама постоянно дарит окружающим лишь головную боль.
– И что же такого я делаю?
– спрашиваю я тихонечко.
– Она сказал мне, что ей стыдно из-за того, что я хочу попросить твоего парня мне помочь. Что она не станет даже...
– Нет, - я качаю головой.
– Бабушка не должна чувствовать и капли стыда за это. Это ты должна. Ты даже не разговариваешь со мной, но первое, что делаешь, прочитав обо мне какую-то статью в таблоиде - звонишь мне, ожидая...
Сейчас очередь матери перебить меня, и когда она это делает, то буквально орет.
– Ты написала мне письмо с предложением.
– Мам, - выдыхаю я, ненавидя то, как жжет в груди, когда называю ее так.
– Не неси всякую херню.
На другом конце линии слышится шуршание бумаги, и затем резким и дрожащим голосом она зачитывает мне это письмо вслух. Текст короткий и лаконичный. В письме говорится, что я могла бы оплатить ее юриста за счет Лукаса, если мама захочет принять от меня данное предложение. Даже моя вечно лгущая мать вряд ли могла бы придумать нечто подобное.