Поэт
Шрифт:
Торсон фыркнул:
— Хороший следователь использует любые доступные ему средства. Ты вполне доступен.
— Что, это правда — насчет камеры и фотографий?
— Прозвучало весомо, разве нет?
Единственным способом, которым Суитцер старался сохранить лицо, стало наше десятиминутное ожидание в коридоре при передаче изъятого у Гладдена. Наконец коп появился с картонной коробкой, подтолкнув ее в нашу сторону по ограждению. Затем детектив попросил Торсона подписать передаточную опись.
Агент
— Там находится все. Просто подпишите бумаги, и я вернусь к работе. Извините, некогда.
Торсон, как полководец, выигравший целое сражение, оставил это столкновение за детективом и подписал документ.
— Поверим тебе на слово. Все там.
— Знаете, когда-то я собирался стать агентом ФБР.
— Что же, не стоит жалеть об этом. Не все могут пройти тесты.
Суитцер слегка покраснел.
— Дело не в тестах. Просто я решил остаться человеком.
Торсон поднял руку и оттопырил указательный палец, изображая пистолет.
— Хороший мальчик. Удачного дня, детектив Суитцер.
— Эй, — сказал Суитцер на прощание, — если вашим ребятам из бюро понадобится что-то еще, не важно, что именно, подумайте хорошенько, прежде чем позвонить.
По дороге к стоянке я не мог не съязвить:
— Кажется, ты никогда не слышал, что мух лучше ловить на сахар, чем на лимон.
— Зачем же переводить сахар на мух?
Торсон так и не открыл коробку до тех самых пор, пока мы не оказались в машине. Он снял крышку, и я увидел пластиковый пакет, в котором лежали все упомянутые предметы, а также запечатанный конверт с надписью: «Конфиденциально. Только для ФБР». Торсон вскрыл конверт и достал из него фотографию.
Снимок оказался моментальным, сделанным камерой типа «Поляроид», вероятнее всего, в тюрьме. Зад мужчины был сфотографирован крупным планом, причем руками ягодицы развели в стороны — так, чтобы снять четкий и глубокий вид ануса. Мгновение Торсон смотрел на снимок, а потом кинул его через сиденье назад.
— Странно, — сказал он. — Удивляюсь я: ну для чего Суитцеру дарить нам фото своей матери?
Коротко засмеявшись, я ответил:
— Да, это самый глубокий пример сотрудничества спецслужб из когда-либо виденных мной.
Торсон или не расслышал, или просто не захотел отреагировать на мою реплику. Лицо его приняло озабоченное выражение, а затем он достал из коробки пакет с фотокамерой. Я видел, как он внимательно ее разглядывал. Потом взял в руки. Его лицо помрачнело еще больше.
— Гребаные уроды, — отчетливо произнес Торсон. — Да они сидели на фактах все это время.
Я снова посмотрел на камеру. Дизайн выглядел довольно нелепым. Конструкция напоминала «Поляроид», но почему-то с хорошей
— Что такое? В чем дело?
— Ты не понимаешь, что это такое?
— Нет, а что?
Торсон не ответил. Нажав на кнопку, он включил камеру. Затем стал изучать дисплей на задней крышке.
— Ни одного снимка.
— Что это такое?
Он снова молчал. Положив камеру обратно в коробку, агент закрыл ее крышкой и завел двигатель.
От здания полицейского департамента Торсон мчался словно на реактивной тяге. Остановившись на заправке около бульвара Пико, он выпрыгнул из машины, еще качавшейся от его резкого торможения. Подскочив к телефону, набрал длиннющий номер и, как яуспел заметить, не бросил в автомат ни одной монетки. Ожидая ответа, Торсон достал блокнот и ручку. Я увидел, как он сказал что-то в трубку и сделал пометки в блокноте. Когда агент снова начал набирать номер, не кидая в автомат монет, я догадался: он звонит в справочную по бесплатному номеру 800.
Меня так и подмывало подойти ближе, чтобы услышать его разговор, но Торсон продолжал делать записи в блокноте. Решив повременить, я с минуту наблюдал ту же картину, после чего подумал о содержимом коробки, полученной от Суитцера. Мне захотелось открыть ее и самому взглянуть на камеру. Впрочем, я тут же подумал, что этим могу рассердить Торсона.
— Не поделишься ли, что происходит? — спросил я, как только мой напарник вернулся в машину.
— Конечно, ведь ты все равно докопаешься до этого сам.
Открыв коробку, он снова достал камеру.
— Знаешь, что это такое?
— Ты уже спрашивал. Фотокамера.
— Правильно. Важно, какого типа эта камера.
Он повернул аппарат так, чтобы я увидел значок компании-производителя, нанесенный на лицевой стороне. Небольшая буква "Д" голубого цвета. Похожий значок я видел на компьютерах «Диджи-тайм». Ниже я заметил название камеры — «Ди-джи-шот-200».
— Джек, а ведь камера цифровая. Этот дремучий идиот Суитцер даже не понял, что за хреновина ему досталась. Остается надеяться, что, возможно, еще не поздно.
— Я не врубаюсь. Наверное, я тоже дремучий кретин, но не объяснишь ли, что...
— Ты знаешь, как устроена цифровая камера?
— Ну, в ней нет фотопленки. У нас была такая в редакции.
— Правильно, в ней нет пленки. Вместо пленки изображения записываются в микрочип. Затем их скачивают в компьютер, редактируют, увеличивают и все такое, после чего печатают. В зависимости от класса камеры, а у нас в руках одна из лучших, в комплекте с оптикой от «Никона» вы можете получать снимки самого высокого качества. Ясные изображения с фактурой, почти неотличимой от реальных объектов.