Поединок сердец

Эдвардс Мэриан

Леди Бетани, окинув взглядом испуганные лица женщин, прижимающих к себе детей, снова повернулась к сестре.

– Ты должна вывести людей подземным ходом. Отправляйтесь в Шотландию к дяде. Он приютит вас.

Мери побледнела:

– Но до Шотландии очень далеко.

– От выхода из подземного хода до границы всего десять миль, – возразила Бетани, мысленно благодаря небо за то, что повозки отправились в путь еще ночью. – Вы должны добраться до дяди. Идите по следам от колес.

Мери испуганно заломила руки:

– Бетани, я боюсь. Ты сама

должна отвести людей.

– Ты предпочитаешь остаться здесь и встретиться лицом к лицу с нормандцами?

Со щек Мери схлынула последняя остававшаяся краска.

– Нет! Я поведу людей, – сказала она, склоняя голову. – А ты?

Бетани печально усмехнулась:

– Я останусь здесь и постараюсь задержать нормандцев, чтобы дать вам время уйти.

Она не смогла вынести исполненного боли взгляда Мери. Сестры обнялись, и Бетани вышла на стену. Выглянув из-за зубца, она посмотрела на огромное нормандское войско. Франкскому языку ее обучил в детстве отец. Долгие годы чужеземный язык был игрой, позволявшей девушке общаться с отцом, исключая из разговора окружающих. Бетани взмолилась, чтобы память не подвела ее. Но женский голос не возбудит никаких подозрений, если она всего лишь переводчик.

Набрав полную грудь воздуха, Бетани крикнула с высокой крепостной стены:

– Нормандский рыцарь, властелин этого замка просит передать тебе его слова. Он говорит, нет необходимости бессмысленно проливать кровь. Лучший наш воин сразится с лучшим вашим воином. Исход поединка определит, кто будет владельцем замка.

Вперед выехал всадник исполинских размеров.

– Какую хитрость ты замыслил, сакс?

– Никакого подвоха здесь нет. Наш воин сразится с вашим в полдень, когда солнце поднимется в зенит, вон на том поле, – Бетани махнула рукой. – По слухам, нормандцы ничего не боятся. Или нас обманули?

– Я принимаю вызов вашего господина, миледи. Но знайте – этим поединком вы оказываете нам сопротивление.

– Да, нормандец. Но, если верх одержит наш человек, сложить оружие придется вам.

Расхохотавшись, парламентер повернул коня и поскакал назад к войску.

Бетани облегченно вздохнула. Она опасалась, что нормандцы не примут вызов.

А теперь главное – не позволять себе думать об исходе поединка. Лучше смерть, чем судьба, уготованная нормандскими завоевателями покоренным женщинам.

Мери стояла во внутреннем дворе, окруженная со всех сторон испуганными и возбужденными женщинами. Никто ее не слушал. Бетани покачала головой. Ее сестра всегда была слишком робким созданием.

Протолкавшись сквозь взволнованную толпу, Бетани подняла руки над головой.

– Вы пойдете вместе с Мери. Если вам дорога жизнь, сделайте так, чтобы дети вели себя тихо. Постарайтесь как можно быстрее добраться до границы.

Повернувшись к сестре, она вручила ей кольцо отца. Но, когда Бетани начала снимать пояс и кинжал, священные реликвии, носить которые могла лишь старшая дочь в роду, Мери попятилась назад:

– Нет, Бетани,

и не проси. По нашим обычаям ты можешь передать их только своей старшей дочери. Я смогу принять эти бесценные вещи только в том случае, – ее голос дрогнул, и она замялась, – если ты умрешь, не оставив наследницы.

Мери отстранила пояс и кинжал, отказываясь от чести носить их – и от ответственности.

Бетани, поняв колебания сестры, не стала настаивать. И так скоро все заботы перелягут на другие плечи. Девушка повернулась к женщинам:

– Ступайте. И, да хранит вас Господь.

– Пречистая Дева, Ройс, зачем ты согласился на это? По закону замок принадлежит тебе.

Ройс не отрывал внимательного взгляда от крепостных стен.

– Скажем так, брат: это все значительно упростит. После поединка саксы не смогут оспаривать мои права на владение замком.

Ройс отметил, что кладка нигде не разрушена. За замком хорошо следили.

– Мне следовало догадаться, что твой поступок – не ответ на издевку саксов. Тобой руководит разум, а не чувства.

Ги похлопал брата по спине. Ройс продолжал внимательно всматриваться в крепостные сооружения.

– Тебе не кажется странным, что на стенах никого нет?

Его младший брат удивленно посмотрел на замок.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Возьми с собой отряд. Ищите подземный ход или пещеру. Я чую, дело здесь нечистое. Нельзя допустить, чтобы нас захватили врасплох.

Кивнув, Ги развернул коня, спеша выполнить распоряжение брата.

Ройс снова повернулся к замку. Это будет его последний бой. Нужна передышка. Господи, как он устал от войны! Смерть и разрушения выматывают душу. Ройс тосковал по спокойной жизни землевладельца, ради которой он и воевал. Теперь у него на пути стоит лишь один воин. Он сам сразится с этим человеком. Ставка слишком велика, чтобы посылать кого-либо другого.

Близился полдень. Бетани лихорадочно перебирала мужскую одежду.

– Думаю, это подойдет, – сказала она наконец, выбирая куртку и рейтузы, принадлежавшие молодому пажу.

В замке остались лишь старая кормилица Бетани Тейта и Майда. Они должны были помочь девушке облачиться в доспехи и сесть на коня.

Кухарка принялась обматывать грудь и плечи Бетани шерстяными платками.

– Зачем это?

– Так доспехи будут меньше натирать, – объяснила Майда, подкладывая под платки войлок.

– Не надо. Сними.

Майда, поколебавшись, сказала:

– Так вы будете выглядеть более внушительно.

– Хорошо, Майда. Оставь.

Никогда еще Бетани не приходилось надевать кольчугу.

– И как это мужчины носят на себе такую тяжесть?

– Они гораздо крупнее вас, леди Бетани. Вы в этом наряде даже до юноши не дотягиваете.

– Ну и пусть. Это не важно. Пусть нормандские воины смеются над рыцарем, выехавшим на поединок. Чем дольше все это продлится, тем больше времени будет у наших людей. Как только я выеду за ворота, сразу же запирайте их на засов и бегите. И да поможет вам Бог.