Подземные тропы
Шрифт:
— Поскольку вы существа разумные, в мешках мы вас везти не можем… — задумчиво сказала Шурта, складывая Эфенов в корзину для растений. Хески не возражали. Некоторые в корзинах не поместились, и Ндаралаксы решили держать их на руках, чтобы они не соскользнули с панциря. Фрисс тоже взял одно существо. Сомейт срезал пару листьев Маа, чтобы путники смогли подойти к осиному гнезду и не быть искусанными.
Гнездо находилось там, где Фрисс ни за что не стал бы его искать — на лавовом поле под Эглаем, на толстом козырьке из застывшей магмы, который скрывал под собой часть Дымного Озера, как лёд
Оно похоже было на широкий, почти плоский холм из мелких и крупных обломков пемзы и базальта. Осы, заметные даже на таком расстоянии, кружили над гнездом — не по одной, мелкими стаями. Одни улетали прочь, другие возвращались из пустыни…
— Неплохое месссстечко, — прошипел Сайфер из корзины. — Отпусссстите насссс и уходите бысссстро! Оссссы будут злитьсссся, исссскать васссс…
— Удачно пообедать тебе и твоим сородичам, — пожелал Фрисс, отпуская Эфена на спёкшуюся лаву, и развернул Двухвостку в сторону Эглая.
Флона бегать не умела, но спешила как могла — и хорошо, задержись они на четверть Акена, и волна разъярённых ос накрыла бы их. Акира и Шурта прямо с берега улетели предупреждать Иррилоя, и он успел выстроить заклятия и воинов до того, как насекомые почуяли неладное в гнезде. Торопясь к дому владетеля, Фрисс и Сомейт видели, как над городской стеной полыхают защитные барьеры — осы бились в них и падали, уничтоженные заклинаниями Ндаралаксов.
— Сайфер бы нас не понял, — хмыкнул Речник. — А Иррилой может и разозлиться.
Иррилой не разозлился, а через два дня всё стихло — и жители Эглая тоже успокоились. Шурта выбралась из города и долетела до осиного гнезда — оно было опустошено, и сытые Эфены уже вернулись к своему огненному садику. Об этом Сомейту рассказал Иррилой, прибавив, что огороднику придётся теперь навещать этот садик и следить за растениями — за десять кун в месяц. А сейчас Сомейт и Фрисс получили восемьсот кун и ещё двести сверху, не считая сушёной середины Менси и лепёшек Нушти, которые были подарены Двухвостке воинами Йомы. Существо чем-то приглянулось священной гвардии…
Ндаралакс хотел отдать Речнику половину денег, но Фрисс утверждал, что больше ста кун не заслужил, и те следовало бы отдать Двухвостке. Сошлись на полутора сотнях кун и трёх десятках листьев Маа для речных алхимиков. Фрисса радовала и награда, и то, что он помог Ндаралаксам — теперь эти могущественные существа будут лучше думать о Реке и вообще о людях.
Тут же Фрисс и убедился в их могуществе — Иррилой без помощи магов вышел на связь с Подвалом Ракушек и позволил Фриссу поговорить с Мирни. Синдалиец был удивлён, но деньги и листья на хранение принял и только попросил больше так не пугать его.
С верховным жрецом Ацолейтов из Сиртиса правитель поговорил сам.
— Хиферу можешь доверять, он не Ндаралакс, но Ацолейты — тоже славный народ. У них хороший город… вот только связь была неважная, но это, скорее всего, из-за сарматов. У них всегда то выброс, то утечка… —
— Думаю, они это не нарочно, — несмело вступился за сарматов Речник…
Он не хотел задерживаться в Сиртисе более чем на одну ночь. Задания ему давал Астанен — и их Речнику хватало. А жрецы щедры на задания и поручения…
Речник хотел довезти Сомейта до его поля, но Ндаралакс отказался.
— Мы и так сильно задержали тебя. Пусть Омнекса поможет тебе в пути!
Фрисс дождался, пока Сомейт скроется за поворотом, и поехал к Сиртису. Он немного жалел, что не уговорил Ндаралаксов посетить Реку. С радостью надел скафандр и стал записывать в дневник всё, что запомнил из своего приключения, отдыхая от жары и духоты…
Он боялся, что в Сиртисе ему не доведётся снять скафандр даже на мгновение. Город возведён был Ацолейтами и им принадлежал — а эти панцирные демоны любили огонь и окружали себя им. Как жители Фейра купались в Реке, так Ацолейты плавали в Дымном Озере и ныряли в глубокие разломы. Кеос, Древний Владыка, великий бог Огня и раскалённых недр, создал их на заре времён — с чего бы им было бояться огня?!
Мощёная дорога петляла вдоль озера, огненные фонтаны взмывали к оранжевому небу справа, буйные заросли Нушти, Ицны и Менси поднимались слева, и любопытные взгляды иногда провожали путника, но Фрисс не останавливался и не оборачивался. Он старался нигде не задерживаться — слишком много времени он потерял в Эглае!
Красные башни Сиртиса и увенчанные пламенными коронами Пики Огня окутаны были горячей дымкой, налетающей с озера. Грозные на вид стражи-Ацолейты у ворот переглянулись при виде Речника и взяли с него пошлину в одну хесскую куну, взамен сотворив над ним и Двухвосткой защитные заклятия. Только после этого Фрисс решился снять шлем — несколько дней огонь был ему не страшен…
Речник ехал по широкой улице, оглядываясь по сторонам с любопытством. Здесь принято было украшать каменные стены узорами, проплавленными в глыбах, и сажать меж домами Тунгу и Огненный Лист. Некоторые жители увешивали стены домов кусками трухлявого дерева — так они выращивали съедобные грибы. Прохожие на улицах появлялись редко и в основном пролетали над крышами, взмахивая широкими крыльями.
Что-то странное, невидимое, но тревожащее нависало над городом. Сначала Фрисс думал, что ему мерещится, но вскоре обрёл уверенность — что-то с Сиртисом неладно. Он постоял посреди улицы, раздумывая, стоит ли докапываться до причины, и решил, что спросит у Хифера в Храме Кеоса. Жрец, наверное, знает.
На пути Речника меж двумя домами развернулась радуга, и Фрисс невольно залюбовался. За ней последовал негромкий хлопок, а потом дрожь прокатилась по стенам — и Двухвостка испуганно замотала головой и понеслась вперёд по улице, прямо к Пику Огня.
Рядом с Пиком Ацолейт сражался с ярко-зелёной сферой, окружённой неровным сиянием и из того же сияния созданной. Лучи били из её центра, оставляя на броне хеска трещины и потёки. Ацолейт посылал огонь навстречу противнику, но видимого вреда нанести не мог. Сильный жар окружал место их сражения, и Фрисс не мог рассмотреть в огне, чем является эта сфера. Он решил ударить наугад.