Подвеска Кончиты
Шрифт:
И тут же он услышал хлопок и ощутил мощнейший толчок в спину. Неимоверная сила оторвала его от земли и бросила на крышу черного автомобиля. В ушах стоял звон, правая рука онемела, но голова сохраняла странную ясность. Прямо под его носом открылась дверца. Из нее вышел черноволосый мужчина, обернулся, взглянул Монголу в глаза и холодно улыбнулся:
– Сегодня они упустили свой шанс.
Мужчина находился так близко, что Монгол ощутил запах его парфюма. К этому запаху примешивался еще один, хорошо знакомый и не оставляющий сомнений
Захлопали дверцы джипа, к «Мерседесу» подбежали несколько крепких ребят.
– Давайте его в машину, – распорядился черноволосый.
Монгола стащили с крыши и сунули в салон автомобиля. Через минуту кортеж, состоящий из трех машин, проследовал через задымленный перекресток и свернул у того места, где еще недавно находился газетный киоск. Теперь там была куча досок, пластиковых панелей и искореженного металла. Фонарный столб, стоявший поодаль, переломился у самого основания и уперся вершиной в фасад соседнего дома. Ужасающую картину всеобщего разрушения завершали черные проемы окон и битое стекло на тротуаре, вперемешку с щепой и пылью.
– Кого хотели взорвать? – спросил Монгол у сидящего рядом человека.
– Меня, – ответил тот и, не поворачивая головы, заключил: – Сегодня не получилось.
– Выходит, повезло…
– И знаешь, почему?
– Почему?
– Потому что ты бросился под колеса. Спасибо.
– Не за что, – в голове Монгола стоял колокольный звон.
Мужчина повернулся и тронул его за руку.
– Здорово тебя зацепило.
Монгол застонал.
– Сейчас мы тебя заштопаем.
Он обратился к водителю:
– Домой, живо!
Спустя полчаса они проехали вдоль кирпичного забора и остановились перед воротами.
– Тебя как зовут?
– Дмитрий, – это имя намертво прилипло к Монголу. Он уже не задумываясь называл только его.
– А меня Виталий. Виталий Воропаев. Не слышал?
Монгол кивнул. Рядом с ним сидел Воропай из Красноярска. Такого поворота событий не мог ожидать даже он.
Полотно ворот поднялось, и машины по очереди заехали во двор. Территория поместья была намного больше, чем могло показаться с дороги. На приличном расстоянии друг от друга расположились несколько кирпичных домов.
«Мерседес» подъехал к тому, что стоял с краю. Воропай открыл дверцу и окликнул какого-то паренька:
– Тереха, зови Петровича. Скажи: осколочное в руку.
– Виталя! – со стороны разбитого джипа к ним приближался высокий угрюмый парень. – Я не понял. Как это так?
Воропай усмехнулся:
– А ты как хотел, Филя? На елку влезть, не ободрав задницы?
– Сволочи, взрывать в центре города, совсем пардон потеряли!
– Парень кровью истекает, тащите его в дом. Как-никак жизнью обязаны.
Угрюмый Филя гулко захохотал:
– Я еще подумал, выйду из машины – убью. А когда рвануло, и он ласточкой полетел, тут уж не знал, что подумать. Сидел, как обосрался.
– Я вот что хотел
– Не-е-ет…
– На Версаче не хватает?
– Хватает.
– Ну так переоденься! Меня не позорь.
Монгол чувствовал, что теряет сознание. В этот момент его подхватили чьи-то сильные руки. Отключившись, он уже не знал, что его понесли в дом.
– Я не понял, Виталя, так куда они заложили взрывчатку?
– К фонарному столбу привязали. Знали, что мы этой дорогой поедем.
– Лопухнулись, придурки, – загоготал кто-то невидимый.
– Не рассчитали. Парень помешал: выскочил на дорогу. Мы – по тормозам, до перекрестка доехать не успели.
– Сегодня в новостях показали. Семерых увезли в больницу с осколочными ранениями. Еще один отказался от госпитализации.
– Я слышал.
Монгол наконец узнал голос Воропая.
– И про тебя рассказали.
– Слышал…
– Дескать, покушение на авторитета.
– Заткнись. Это я для тебя – авторитет. А для них – депутат.
– Тоже верно.
Монгол открыл глаза. К нему подошел Воропай.
– Очухался?
– Я в норме.
– До нормы тебе еще далеко.
– Мне нужно идти.
– Некуда тебе идти, Монгол.
Монгол приподнялся на локтях и огляделся. В полутемной комнате за столом сидели двое мужчин. В одном из них он узнал мрачного субъекта из разбитого джипа. Монгол помнил – его звали Филя. Вторым был Тереха.
– Откуда меня знаешь?
– Россия только на карте большая. Тебя еще по спорту многие помнят. По Чемпионату Европы, когда ты «золото» взял. Что было потом – твое дело. Спрашивать не буду. Идет?
– Идет, – Монгол с облегчением откинулся на подушку.
– Поздно уже. Куртка твоя на стуле рядом с кроватью. Если нужна помощь – завтра утром поговорим. Пока отдыхай. Идем, ребята! – скомандовал Воропай.
Кто-то выключил лампу, и все вышли.
На стене, между зашторенными окнами, висел портрет кандидата в губернаторы Красноярского края Геннадия Андреевича Турусова. Повсюду, куда можно было положить или пристроить хотя бы что-то, лежали упакованные стопки конвертов. Их было так много, что они целиком заполнили маленький кабинет.
Вместе с Дайнекой за столом сидела еще одна девушка. Размеренным движением она срывала с конверта клейкую полоску, вкладывала внутрь листок и заклеивала конверт. Потом бралась за следующий. И так дальше. Дайнека занималась тем же, выполняя первое поручение в предвыборном штабе Турусова.
Утром она позвонила Ирине, решив, что лучше побыстрей приступить к работе в избирательном штабе, чем весь день сидеть в доме Козыревых. Ирина объяснила, как добраться до офиса, и договорилась с администратором.