Подозреваемый
Шрифт:
Митч не верил, что Таггарту нужно собираться с мыслями. У этого человека каждая мысль знала свое место, как марширующие на плацу солдаты.
— Собак обычно воруют из припаркованных на стоянках автомобилей, — наконец продолжил детектив. — Люди оставляют собаку в салоне, дверцы не запирают. Когда возвращаются, Фидо уже нет, а потом кто-то зовет его Герцогом.
Осознав, что вцепился в подлокотники плетеного кресла с такой силой, будто его уложили на огромную сковороду и он ждет, пока палач разожжет под ней
— Или хозяин привязывает собаку к парковочному счетчику у магазина. Вор развязывает узел поводка и уходит со своим новым лучшим другом.
Еще пауза. Митч ее выдержал. Лейтенант Таггарт заговорил, не поднимая головы:
— Крайне редко, мистер Рафферти, собаку крадут со двора владельца ясным весенним утром. Все редкое, необычное разжигает мое любопытство. И я начинаю разбираться, что к чему.
Митч поднял руку и начал массировать шею, как, возможно, поступил бы расслабившийся человек, понимающий, что речь идет о чем-то, совершенно его не касающемся.
— Странное дело, вор пришел в такой район пешком и ушел на своих двоих с украденной собакой. Странно, что при нем не было никаких документов. Еще более странно, что его убили, едва он отшагал три квартала. А самое удивительное, мистер Рафферти, состоит в том, что вы, главный свидетель убийства, его знали.
— Но я его не знал.
— В свое время, — настаивал Таггарт, — вы знали его очень хорошо.
Глава 10
Белый потолок, белые половицы, белые плетеные кресла, черно-серая ночная бабочка. Если раньше крыльцо казалось Митчу таким знакомым, светлым и просторным, то теперь вдруг потемнело, сжалось, стало чужим.
Таггарт все еще не поднимал головы.
— Один из джейков присмотрелся к убитому и узнал его.
— Джейков?
— Один из полицейских. Сказал, что два года тому назад арестовывал этого парня по обвинению в хранении наркотиков после того, как остановил за нарушение правил дорожного движения. В тюрьму он не попал, но отпечатки его пальцев хранились в нашем архиве, поэтому мы быстро установили, кто он. Мистер Барнс говорит, что вы оба учились с убитым в одном классе средней школы.
Митчу очень хотелось, чтобы детектив встретился с ним взглядом. Таггарт, несомненно, отличил бы искреннее изумление от наигранного.
— Его звали Джейсон Остин.
— Я не просто учился с ним в одном классе, — ответил Митч. — Джейсон и я целый год снимали одну квартиру.
Вот тут Таггарт поднял на него глаза.
— Знаю.
— Игги сказал вам об этом.
— Да.
Митч попытался продемонстрировать полную открытость.
— После средней школы я год жил с родителями, учился на курсах.
— Декоративного садоводства.
— Совершенно верно. Потом поступил на работу в компанию, которая этим занималась,
Детектив опять наклонил голову, словно предпочитал смотреть Митчу в глаза, когда тот чувствовал себя не в своей тарелке.
— На тротуаре лежал не Джейсон, — уверенно добавил Митч.
Таггарт открыл клапан белого конверта.
— Его опознал не только полицейский, чьи слова подтвердили отпечатки пальцев, но и мистер Барнс.
Он вытащил из конверта цветную фотографию размером восемь на десять дюймов и протянул Митчу.
Полицейский фотограф изменил положение трупа, чтобы в объектив попали три четверти лица. И голову повернул влево, чтобы сама рана осталась за кадром.
Лицо чуть деформировалось пулей, которая вошла в один висок, пробила мозг и вышла между вторым виском и затылком. Левый глаз закрылся, зато правый чуть не вылезал из орбиты, придавая убитому сходство с циклопом.
— Возможно, это Джейсон, — признал Митч.
— Он самый.
— На месте преступления я видел только часть его лица. Правую, которая пострадала больше всего, ту, где вышла пуля.
— И вы, вероятно, не приглядывались.
— Нет. Не приглядывался. Как только я понял, что он мертв, у меня пропало всякое желание приглядываться.
— И на лице была кровь, — кивнул Таггарт. — Мы ее вытерли, прежде чем сфотографировали его.
— Кровь, ошметки мозга, поэтому я и не приглядывался.
Митч не мог оторвать глаз от фотографии. Она казалась ему пророческой. Мог прийти день, когда вот так сфотографируют его лицо. Потом покажут фотографию родителям и спросят: «Это ваш сын, мистер и миссис Рафферти?»
— Это Джейсон. Я не видел его лет восемь, может, и девять.
— Вы снимали с ним на пару квартиру, когда вам было восемнадцать?
— Восемнадцать, девятнадцать. Всего год.
— Примерно десять лет тому назад.
— Около того.
Джейсон, Митч это помнил, всегда держался на удивление спокойно, вел себя так, будто знает все секреты вселенной. Никто и ничто не могло его удивить.
А вот теперь, похоже, он удивился. Один глаз вылезает из орбиты, рот раскрыт. Да, лицо удивленного до глубины души человека.
— Вы вместе учились в школе, вместе снимали квартиру. Почему потом не виделись?
Пока Митч вертел в руках фотографию, Таггарт внимательно всматривался в него. И взгляд детектива пронзал насквозь.
— Мы многое воспринимали по-разному.
— Вы же не составляли семью. Просто на пару снимали квартиру. Поэтому и ставили перед собой разные цели.
— В принципе, мы хотели одного и того же, но расходились в выборе средств для достижения желаемого.