Подозрение
Шрифт:
Перед восьмым марта Кононов зашел в кабинет Сони и положил на стол большой белый конверт, в каких обычно отправляют деловую корреспонденцию формата А4.
"У вас сейф закрывается?" - спросил Кононов.
Соня подтвердила, что да, закрывается.
"Положите это к себе. В нем важный документ, а в моем сейфе вечный бардак, не хочу, чтобы он затерялся".
Бардак и Кононов - понятия несовместимые. Соня удивилась такому нелепому оправданию, но задавать вопросы не стала. Мало ли по какой причине директор не хочет держать документы в своем кабинете? На то он и директор, чтобы иметь право
В голове крутились слова Кононова: "Если со мной что-то случиться...". Что спрятано в конверте? Завещание? Компромат на предателей?
Кононов неспешным шагом вернулся в свой кабинет, сел за стол и с рассеянным видом принялся теребить телефонную трубку.
Соне захотелось зайти к Олегу Игоревичу, выразить сочувствие. Она поднялась и направилась к двери, но в этот момент в приемную вихрем влетела Нина...
Глава 2
Близкий круг
Нина притащила огромный пакет, поставила его на стол и начала разбирать содержимое: колбаса, сыр, яблоки... По количеству закуски Соня поняла, что праздновать они будут с размахом.
Меж тем, в своем кабинете Олег Игоревич набрал номер, долго ждал, пока снимут трубку.
– Здравствуй, это я, - громко сказал Кононов.
– Сегодня у нас вечеринка по поводу дня трудящихся. Что-то я замотался совсем и, не поверишь, хочу расслабиться. Ты тоже обязательно приходи. Соберемся близким кругом, посидим, выпьем. Помнишь, как в молодости? А то директорами стали, заважничали... придешь? Вот и славненько!
У Сони, слышавшей каждое слово, как говорится, отпала челюсть. Одновременно что-то с грохотом упало на пол в приемной. Очевидно, у Нины от удивления выпало нечто увесистое из рук. Для подобной реакции была причина. Олег Игоревич празднования на рабочем месте не жаловал. Прямо не запрещал, ибо понимал, что это бесполезно, и коллектив все равно найдет закуток, где пропустить в честь праздника рюмку, другую, но сам такие мероприятия игнорировал. Обычно Кононов демонстративно уходил из офиса еще до застолья и даже не прощался. И вдруг шеф не только решает остаться, но и приглашает какого-то друга!
– Нина, зайдите!
– прокричал со своего места Кононов, когда закончил разговор.
Та суетливо забежала к нему в кабинет и закрыла за собой дверь. Спустя пару минут вышла, постояла, прижимаясь спиной к двери, словно раздумывая, что делать дальше. Затем направилась к Соне.
– Нет, ты слышала?! Бывает же такое, - Нина грузно плюхнулась на стул.
– Что он тебе сказал?
– Просил организовать в бухгалтерии отдельное застолье для избранного круга. Ты приглашена.
– Кто еще?
– поинтересовалась Соня.
Нина начала перечислять, загибая пальцы.
– Все по верхам. В первую голову дочка Наташенька, далее Тиль с супругой, Тамара, Галина Петровна, Полянский и я, естественно. И еще, что странно, Торопов! Вот скажи, каким боком к руководству относится Торопов?
Соня усмехнулась - то, что Кононов отнес секретаря к руководству, Нину не удивило. С Натальей понятно, она дочь Кононова, по совместительству бухгалтер. Тиль - совладелец
– А каким боком к руководству относится Полянский?
– Костик?
– Нина мечтательно закатила глаза.
– Костик хоть и простой менеджер, но душа компании. Это даже шеф понимает, в отличие от некоторых. Какая вечеринка без Костика? Закиснут все!
– Так уж и закиснут...
– А то! Закиснут, изойдут на корню! Ты, Соня, все же дура, прости господи. Цепляешь где-то мужиков с вывернутыми мозгами, а то, что в тебя такое чудо влюблено, не замечаешь!
– Эй-эй, Нинуль, что-то ты разговорилась, - огрызнулась Соня беззлобно.
– Да будет тебе. Все знают, что Костик влюблен в тебя без памяти.
– Костик во всех влюблен без памяти. Побалуется и забывает.
– Все же дура, - констатировала Нина, - вот и надевай тогда своим "с памятью" кастрюли на голову.
– Я не им надеваю, а их девицам.
– Один черт, - отрезала Нина и отошла от стола.
– Нина, мне тридцать семь! Костик младше меня на семь лет!
– бросила Соня последний аргумент ей в спину.
Нина оглянулась, стоя на пороге, и отбила подачу:
– Ну и что!
– по слогам произнесла она.
Собирая со стола косметику, Соня повертела в руках пудреницу. Открыла, посмотрелась в зеркальце и задумалась.
"Как там сказала Нина? Ну и что?"
Четвертый десяток отпечатался на Сонином лице сетью мелких морщинок вокруг глаз, тонкими, но уже довольно заметными носогубными складками. Вот если отодвинуть зеркальце подальше и приглушить свет... тогда - да. Соня гордилась густыми, длинными и от природы иссиня-черными волосами. Время их не тронуло. И еще глаза. Все говорили, что у нее красивые карие глаза - большие, миндалевидной формы, с чуть приподнятыми внешними краями. Она улыбнулась зеркальцу.
– Обо мне думаешь?
Соня подняла взгляд и непроизвольно ойкнула. Из-за косяка выглядывала голова Полянского. В зубах Костик держал алую розу с длинным стеблем.
– Черта помяни, он и появится, - беззлобно буркнула Соня.
Константин тут же материализовался в полный рост, и выглядел весьма неплохо. Похожий на голливудского актера Киану Ривза, с не менее голливудской улыбкой, Костик покорил сердца всех женщин "Эры" и прилегающих окрестностей. Всех, кроме одной. С первого дня работы в фирме он начал ухаживать за Соней, а она с ним дружить.
Вальсируя, Костик подошел к столу и элегантным жестом вручил Соне цветок.
– Сегодня, вроде, не восьмое марта, - проворчала Соня, но цветок приняла.
– Тем не менее, сегодня праздник! Ибо моя красавица в очередной раз убедилась, что лучше меня в этом мире никого нет.
– И ты уже знаешь! Когда только Нина успела?
– Хорошие новости распространяются быстро. Предлагаю бросить эту тусовку и отметить начало нашей совместной жизни в ресторане. Сейчас за кольцом сбегаю. Идет?