Подмененный

Калугин Алексей Александрович

Заслышав треск мотора приближающегося мотоцикла, лейтенант приподнял голову. Солдат, сидевший на корточках, не спеша поднялся на ноги и поправил ремень автомата на плече.

На всякий случай Андрей притормозил. Но лейтенант, увидев, что едет военный, махнул рукой, разрешая проезжать не останавливаясь.

И все же Андрею пришлось остановиться.

Это произошло на развилке у въезда в Афтер. В городке у Андрея никаких дел не было. Он вообще не собирался в него заезжать, рассчитывая сразу же у въезда в Афтер свернуть налево.

Однако обе дороги оказались перекрыты небольшими переносными шлагбаумами, на которых красовались огромные, перечеркнутые крест-накрест синие круги – знаки «Проезд воспрещен». Чуть в стороне стояли два армейских грузовика с эмблемами внутренней стражи и несколько мотоциклов.

Сами стражи, естественно, тоже присутствовали в достаточном количестве. У них дисциплина была построже, чем среди военных, – никто просто так без дела не прогуливался. Строй рядовых стоял возле каждого шлагбаума. Приставленные к ним офицеры, не тратя времени попусту, занимались с подчиненными строевой подготовкой. Тяжелые автоматические винтовки порхали в руках бойцов изящно и легко, подобно летающей трости в руках факира.

Офицеры, командующие парадом, словно соревновались, кто кого перекричит:

– На изготовку!.. К ноге!.. На изготовку!..

Увидев приближающегося мотоциклиста, еще один офицер, затянутый в темно-синий мундир с широкими фалдами и отороченным светло-серым бархатом стоячим воротничком, выбежал на середину дорогу и повелительным жестом вскинул левую руку вверх.

Андрей притормозил, не доехав до офицера метра три. Оставаясь в седле, он оперся на отставленную в сторону ногу. Левая рука его продолжала сжимать руль мотоцикла. Правую он положил на бедро. Он выполнил приказ и теперь с независимым видом ждал дальнейших действий со стороны щеголя с капитанскими треугольниками на карманах.

Вообще-то в соответствии со строевым уставом Андрею следовало бы слезть с мотоцикла и представиться старшему по званию. Но с другой стороны, положение о патрульной службе предписывало командиру патруля представиться тому, кого он задержал с целью, не включающей в себя арест.

Ожидание продлилось недолго. Капитану хватило двадцати секунд, чтобы понять: сержант не двинется ему навстречу. Стиснув зубы так, что побелели скулы, капитан засунул большие пальцы за широкий ремень из натуральной кожи, перепоясывающий его тонкую, как у балерины, талию. Пальцы правой руки его при этом как бы невзначай легли на кобуру.

Андрей со снисходительной улыбкой проследил за движением руки капитана, дав таким образом своему оппоненту понять, что он правильно истолковал его жест, но при этом он ему совершенно безразличен.

Капитан медленно, словно ревматик, приподнял левую руку с двумя сложенными вместе пальцами, но, не донеся ее, как полагалось, до плеча, уронил вниз.

– Командир патруля капитан Паллп, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

Андрей исполнил традиционное армейское приветствие более четко, но

настолько резко, что кисть его салютующей руки буквально легла на плечо.

– Сержант Апстрак. Разведвзвод танкового подразделения «Кейзи».

Рука капитана, затянутая в черную лакированную перчатку, приняла из поцарапанной руки Андрея его воинскую карточку и сложенный вчетверо отпускной лист.

– С каких это пор здесь стоит кордон? – небрежно поинтересовался Андрей у внимательно изучающего его документы капитана Паллпа.

Тот посмотрел на него одним глазом.

– Третий день, – глухо ответил он.

– И с чего вдруг?

– Возвращаетесь в часть, сержант? – пропустив вопрос Андрея мимо ушей, спросил его капитан.

– А куда же еще? – дернув плечом, вопросом на вопрос ответил Андрей. – Надеюсь, у вас ко мне никаких претензий нет?

– Откуда вы едете? – снова не ответив на вопрос, спросил капитан.

– Из Сабата.

– По дороге ничего подозрительного не видели?

– Видел. Стаю рекинов и полтора десятка облезлых сладов. Не знаете случайно, капитан, почему в этих краях слады линяют с такой страшной силой? Порою едва ли не вовсе лысыми ходят…

– Это ваша полковая разведка установила? – вставил шпильку капитан.

– Да куда нам! – округлив глаза, Андрей напустил на себя вид деревенского дурачка. – Недавно по электронной почте пришло сообщение из Управления внутренней стражи… – Наклонившись вперед, он лег грудью на руль и заговорщицким шепотом добавил: – Между прочим, под грифом «Необычайно секретно»…

– Кейзи… – с неприятием выдавил сквозь зубы капитан.

– Да, в этом я весь, – мило улыбнувшись, наклонил голову к плечу Андрей. – Какие-нибудь другие претензии у вас ко мне имеются?

Капитан окинул быстрым взглядом мотоцикл Андрея, словно ища, к чему бы придраться.

– Капитан, вы кого-то ищете? – непринужденным тоном поинтересовался Андрей.

Командир патруля молча вернул ему документы и, развернувшись, взмахом руки велел солдатам поднять шлагбаум.

– Всего хорошего, капитан, – улыбнулся на прощание Андрей. – Желаю вам поймать всех дезертиров.

Капитан даже не посмотрел на него.

Оттолкнувшись ногой от земли, Андрей крутанул рукоятку газа, и мотоцикл, взревев мотором, сорвался с места.

Увы, расчет не оправдался – комья грязи из-под колес пролетели мимо расфранченного стража.

Пригнув голову, Андрей проскочил под приподнятой перекладиной шлагбаума.

– Что скажешь? – мысленно спросил он Дейла.

– Действительно непонятно, для чего потребовалось выставлять плотный кордон возле маленького городка, не представляющего собой никакого стратегического интереса…

– Может быть, дезертиры? – предположил Андрей.

– Попытаться спрятаться в Афтере? На это мог бы решиться разве только полный идиот. Здесь же каждый житель знает в лицо всех своих соседей… Нет, здесь что-то иное…