ПодЛох

Дубик Владимир

И это только самые безобидные штучки из их арсенала. За эти шутки, нам конечно хотелось, отрезать слухачу и его ушки, и что-нибудь повесомей. Но они были наперечет. Причем все как один самцы. Кошечки были очень редки и держались в основном для воспроизводства рода. Вот они и бесились от сперматоксикоза. И кстати говоря, не все рожденные обладали искусством слухачей. Как говориться, один на миллион, плюс нервная структура у них тонкая, и если в процессе экзекуции слухач терял слух, то уже отрезали все части у того, благодаря кому это происходило. Приходилось терпеть.

А научиться понимать

слухача, то еще занятие. Мало того, что говорящие коты, хоть и очень большие, встречаются лишь в сказках, так еще тот словарь, который у нас был, не всегда отличался точностью перевода. Их язык, являл собой довольно сложную структуру. Слава Создателю, нам не нужно было учиться всему их языку. Достаточно было запомнить несколько десяток жестов, положений хвоста и звуковых сигналов. И самое главное, их не перепутать! А то бывали случаи. Жест ложись, изрядно похож на беги, а тот в свою очередь на копай. Вот и приходилось первое время копать, вместо того, чтобы бежать, и лежать, вместо того, чтобы копать!

Уже более недели мы отрабатывали, как выражался наш сержант «умение взаимодействовать с главным хранителем наших задниц», читай со слухачом. И взаимодействие это сидело у нас не только в печенках, но и ниже. Толи мы такие тупые попались, толи слухач, сволочь, измывался на нами, но вышеозначенного взаимодействия между нами не было и в помине.

И это было плохо. Плохо и больно. Ибо резиновая пуля пущенная из установленного образца снайперской винтовки СВД, сшибала с ног и оставляла здоровенные синяки на теле, и это несмотря на бронекостюм похожий один в один на снаряжение водолаза. Слава Создателю, целились не в голову, а то даже шлем мог не спасти.

А еще шрапнель, разрывные, фугасные и так далее и тому подобное, сыпались нам на голову каждый день. Как мы еще остались живы непонятно?!

— Ложись, мать вашу, — заорал я глядя, как слухач жестом показывает, что нужно лечь. Или копать?

Через секунду над нами свистнули несколько пуль и ударились в стену полигона.

«Угадал», посетила радостная мысль. И сразу же исчезла.

— Обойма, копать — заорал я видя как слухач, делает жест, который, я надеялся, означал все-таки копать, нет, мать его, не копать…

Слухач неуловимо изменил жест и со злорадной миной начал водить лапами, как будто что-то накрывая, мяукнув три раза.

— Обойма, развернуть панцирь, время до контакта три минуты…!!

Спустя три минуты нас накрыло так, что панцирь еле выдержал напор шрапнели.

Я поймал взгляд Кеши и согласно кивнул, было ощущение, что нас сегодня точно решили грохнуть.

А это сволочь, хоть бы хны, сидит и ухмыляется, только ушками знай, пошевеливает и тихонько мурлычет.

Все смотрели на слухача, ожидая, чего это он еще вытворит. И он вытворил. Подскочив метра на два над землей, он беззвучно открыл пасть, и его шерсть встала дыбом. Он в панике, передними лапами, тыкал нам за спину. Я понял, что такого мы еще не проходили, и что в нашем словаре таких жестов еще нет. Но не успел удивиться. Все завертелось. Что-то большое и темное отшвырнуло меня прочь. Уже в воздухе, повернувшись вдоль своей оси, я увидел существо, которое целеустремленно бросилось к вампиру. Затем я грациозно рухнул на землю, вскочил и сразу перетек

в боевую стойку.

Кеша мгновенно трансформировался, и это ему спасло жизнь, но в туже миллисекунду он словно тряпка отлетел далеко в сторону, а вот аналитику не повезло. Ему срезали голову ровно посередине, а он все стоял и разбрызгивая мозги и кровь, и не падал. Невдалеке стоял на одном колене Сафрон и беззвучно распялив рот в крике, поливал свинцом из АКМ этого монстра.

Но только этой животине было все не почем. Немного покачиваясь от толчков пуль, он стремительно прыгнул на чистильщика и тот, в тоже мгновение, взорвался кучей переломанных костей. Чудовище, урча принялось облизывать землю, всю забрызганную кровью, но вдруг, что-то вспомнив, обернулся ко мне. И жутко захохотало.

Я, наверное, в этой ситуации тоже посмеялся бы, увидев себя дрожащего, напряженно стоящего в боевой стойке. В голове билась одна пораженческая мысль: раз вампир ничего не смог сделать, куда мне, да еще и слухач тихонько подвывал за моей спиной. Существо прыгнуло.

Я приготовился умереть, но дорого продать свою шкуру, а заодно и шкуру слухача. Как говориться, берите оптом.

Но тут меня опять отбросили, и тут я увидел то, что в принципе не может быть. Раздался рев, и между мной и монстром вырос настоящий дракон, который и отбросил меня прочь. Время остановилось.

Существо, похоже тоже не ожидало увидеть оживший образ из сказки (хотя кто знает, какие сказки слушал этот монстр в детстве, и было ли это детство?) и решило, от греха подальше, смыться. Но у дракона на этот счет существовало другое мнение. Как ни быстр был монстр, но у него не было шансов. Ничтожная доля секунды и он просто исчез в потоке огня. Еще секунда, дракон обернулся и показав мне в улыбке шикарный набор клыков, стремительно исчез в небесах.

На полигон начали медленно, словно в замедленной съемке выбегать люди в камуфляже и впереди всех, сержант. Время опять ускорилось, и мой мозг, после всего увиденного, взял паузу. Я отключился.

Но пока я проваливался в темноту, перед моими глазами все еще светилась улыбка дракона.

14

— Ну как он доктор, — обеспокоенный голос сержанта, — жить будет?

— Куда денется — незнакомый голос, где-то справа от меня. — Шоковое состояние пройдет, физических повреждений не обнаружено, так что оклемается малость и будет как огурчик!

— А что у вас вообще произошло, — опять незнакомый голос. Очень вкрадчивый, и мягкий. Уж очень вкрадчивый и мягкий. Особист, сто процентов.

— Прорыв у нас произошел, мать его за ногу и в одно место! — рыкнул сержант.

— А кто? — это уже врач.

— Хороший вопрос, — было слышно, как сержант заскреб у себя в затылке, — на месте прорыва, кроме трупов чистильщика и аналитика, обугленное пятно. Видимо это все, что осталось от того, кто прорвался.

— Трое выживших из обоймы, — неплохая статистика, вы не находите, — это особист, — бывало и похуже. И еще один вопрос — кто или что прорвалось мы выясним и не из такого лепили конфетку, а вот как, и главное благодаря чему, практикант Синицын смог справиться с прорывом? Настоящая загадка. Может мозги ему промоем.