ПодЛох
Шрифт:
— В каком смысле?
— В смысле Легальный Охотник?
Я мотнул головой.
— Побежали скорей, а то у меня коллоквиум, а препод жуть как строг. Твой поток рядом с моим.
Добежав до дверей, я было открыл рот, но она меня опередила.
— После коллоквиума, у меня еще лекция по «сопромату организма», если хочешь, встретимся на обеде в столовке за стеной.
И упорхнула. На сердце, отчего то сделалось горячо. И в груди забили тамтамы. Кажется, я влип. По уши.
Войдя в лекционный зал, я понял что опоздал. Прервав фразу преподаватель, сухой высокий, в мантии, с моноклем на груди и с профессорской шляпой на голове воззрился на меня, как племя аборигенов
— Здравствуйте, извините за опоздание, я больше не буду, — это дурацкое «больше не буду» еще с моих студенческих времен, вырвалось непроизвольно.
Смешок прокатился по всему залу.
— Конечно, не будешь, — заверил меня преподаватель, — когда узнаешь, что мы делаем с опоздавшими.
Сказал вроде спокойно и с иронией, но улыбаться чего-то сразу расхотелось. Еще заметил, как в первом ряду после слов профессора побледнел один из студентов. Видимо, тоже любитель опаздывать. Рядом с ним оказалось свободное место.
— Проходите молодой человек. Кстати как вас величать?
— Иван Синицын.
Профессор сделал пометку, в своем журнале, причем гусиным пером. Представляться он посчитал излишним.
Протиснувшись на свое место, я преданными глазами уставился на преподавателя. Чем преданнее взгляд, тем лучше оценки в зачетке.
Преподаватель продолжил лекцию.
— Так есть ли жизнь после смерти?
При этих словах, мне показалось, он посмотрел на меня и еле усмехнулся.
— Часть из вас скажет, что есть и возможно будут правы, другие усомнятся, а третьи вообще сочтут этот вопрос несколько натянутым. Всем известно, что величайший ученый своего времени, имя я не буду называть вы и так его должны знать, доказал, что в различных измерениях один и тот же объект, может присутствовать. Причем, фактически, его психофизические параметры будут одинаковы. Проще говоря, если опустить все теоретические выкладки, в данный момент времени, скажем в измерении «В» находитесь и вы и лекционный зал, и соответственно ваш покорный слуга. Причем и в других таких же измерениях, повторяется такая картина. Вплоть до бесконечности. Но вопрос в другом. А что происходит, когда объект перестает существовать физически, другими словами, умирает в своем измерении, что происходит тогда? Есть ли у кого свои соображения?
Я быстро отвел глаза. Именно в этот момент смотреть на преподавателя не имеет никакого смысла. А то еще решит, что я готов ответить. Я изобразил роденовского мыслителя, физически ощущая взгляд профессора.
— Возможно, что субстанция души, перемещается в другой сосуд, в другом измерении, тем самым, продолжая жить, — прозвучал звонкий девичий голос, где-то с «камчатки».
— Что ж звучит заманчиво и казалось бы, что проблема решена. А что делать с субстанцией той, которая была в сосуде до того, как из другого измерения пожаловали гости.
— Может быть они умирают одновременно и перемещаются тоже, — я и сам не понял как это у меня вырвалось. Я поднял глаза на профессора.
— Неплохая гипотеза, Синицын, — профессор посмотрел на меня, — но как же быть с моделями измерений.
Я не врубился и мне пояснили.
— Как я сказал измерений бесконечное множество, и объекты в них обладают идентичными параметрами, но физические модели самих измерений могут отличаться друг от друга. Как эта Москва от той другой.
Я вконец запутался и рискнул задать вопрос.
— Тогда нужно выяснить, что произошло с Ваней Синицыным здесь.
— А почему вы уверены, что Иван Синицын жил здесь?
— Вы
— Совершенно верно, — профессор подошел к кафедре, — но в этой теории есть одна поправка. Причем ее вывели после того, как оказалось, что объекты могут быть в одном измерении, но отсутствовать в другом. Даже вывели формулу, — он быстро написал на доске два ряда цифр. — Соответственно, что после смерти одного сосуда, душа может не найти свой идентичный сосуд. Она как бы зависает между измерениями. Она становится Изнаночной. И тогда возможны осложнения в тех временных измерениях, где она застряла. Через некоторое время, формируется оболочка, как говориться природа не терпит пустоты, и душа ее заполняет. Но ее суть меняется, возможны мутации, и объект становиться опасным. И что тогда?
— Тогда появляемся мы! — проснулся мой сосед.
— Совершенно верно! — для этого и нужны вы, ЛОХи.
Это был скрытый сарказм или мне показалось?
После девяноста минут рассуждений о том есть или нет жизнь после смерти, или наоборот, штудирование всех мало-мальски значимых теории относительно этой темы, плюс архив неудавшихся экспериментов (такого, наверное, не видели даже патологоанатомы), да еще ко всему мозговой штурм над одной хитрой задачкой, которая в конце оказалось вообще не решаемой, так сказать нонсенс логики, я одурел в конец. Видимо для моих мозгов, не привыкших к таким нагрузкам, это была непосильная задача.
После лекции, пришло время обеда, и мой сосед благородно проводил меня до стены, за которой была столовая, и как водиться вошел в нее как нож в масло и исчез. Кушать хотелось очень сильно, а Джалия уже, небось, там, но биться опять головой в бетон как-то не хотелось. Я оглянулся. Никого кругом. Я отошел, закрыл глаза и ринулся на стену.
— Постой, — меня ухватили за рукав.
Я открыл глаза и увидел ее. Она стояла и улыбалась.
— Ты всегда такой отчаянный и глупый? — хмыкнула Джалия.
— Периодически. Слушай, я никак не могу разгадать фокус со стеной.
— Все очень просто. Видишь вот это, — она показала овальную дощечку на цепочке, — это твой студенческий билет и одновременно пропуск в помещения за стенами. После лекций я проведу тебя в деканат, и тебе выдадут такой же. А теперь пошли, кушать очень хочется. Тем более мои друзья уже заждались.
И мы вошли в стену. При последней фразе про друзей, у меня почему-то испортилось настроение.
Секунда и мы оказались в студенческой столовой. Запах мне услужливо подсказал, что это именно то место, куда я попал после встречи с Роландом. Здесь было оживленно и все столы практически заняты.
— Джалия, мы здесь!
Из-за дальнего стола возле окна, помахали рукой. Приблизившись, я увидел троих молодых парней и одну девушку.
— Знакомьтесь, это Ваня, — Джалия тронула меня за рукав, — будущий ЛОХ.
Странно никто даже не улыбнулся. А девушка, посмотрела даже уважительно. Я приободрился. Быть ЛОХом, оказывается не так уж и плохо.
— Уже загордился, — улыбнулась Джалия.
— Это — она указала на девушку, — Ира, она из моей группы. Далее по списку слева направо Игорь, — огненно рыжий и конопатый парень мотнул головой, не переставая жевать, — он из группы «параллельных перемещений». — Это Антон, — ничем не примечательный парень, протянул мне руку, — он будущая звезда аналитического отдела, за секунду из кучи данных может выудить нужную и что самое главное верную информацию.