Подданная

Лира Алая

Ноэль каждый вечер, как только заканчивалось обучение, где он неизменно получал наказание за плохо выученные правила, приходил к брату. Это было несправедливо: Ноэль учил по мере сил и возможностей, но у других были годы для учебы, а наставники вели себя так, словно он занимался столько же, сколько и другие принцы, а не жалкие семь дней.

И комнаты, в которых жили принцы, были ужасны! В них не было ни капли уюта: голые стены, из мебели только самое необходимое. Никаких книг, кроме нужных для учебы. А другие принцы вели себя как напыщенные чурбаны, потому даже толком поговорить было не с кем.

Но больше всего Ноэль переживал за брата. Соревнования были на носу. И, как Ноэль успел узнать по слухам, нередко

заканчивались смертью принцев. Треть гибла. Ноэль давно забыл про запрет отца о воздержании от магии разума. Сейчас, как никогда, он хотел понять, где они очутились, почему это место было так ужасно. Но многого не добился, кое-что вообще не понял. Наверное, если бы он остался один в своей комнате, то сейчас бы плакал. Но перемещения принцев после занятий не контролировали, потому Ноэль преспокойно ночевал в комнате брата вместе с Валентом. Валент все время посвящал изучению боевых заклинаний. Оценить здраво его силы было трудно, но Ноэль пару раз видел, как тренировались подданные других принцев. И от сердца немного отлегало: все они были слабее, чем Лиам и Валент. 

А вот Лиам, как оказалось, переживал не меньше, но уже по иному поводу:

— Где теперь тебе найти этих подданных? Валент же...

— Валент твой друг. Найду, времени много...

— Ты говорил, что твой брат пережил первые соревнования, верно?

— Да, он прошел их с блеском. Он победил без чужой крови на руках. Не хотел никого убивать, понимаешь? Он был слишком добрым. Раньше, когда я разбивал коленки, падал, плакал, то он утешал меня. А после соревнований мне пришлось утешать его. Он говорил о том, какие бедные дети, в каких ужасные обстоятельства попали. И как он хочет это изменить — эти глупые правила, которые обрекают детей на смерть.

— И что, изменил?

— Правила? Обошел. Но только не учел, что этих детей менять поздно.

Глава 47

Ноэль сидел за учебным столом, который не был рассчитан на таких маленьких детей — ноги не доставали до пола. Огромная книга перед ним была такой толстой, что вполне смогла сойти за оружие.

— Закончил читать?

— Еще немного, учитель.

Прошел год с тех пор, как Ноэль проживал во Дворце Принцев. И это был не самый простой год. Не только для Ноэля, но и для Лиама. Если бы они решили держаться только друг за друга, то он бы прошел куда легче. Но Лиам не привык смотреть на чужие страдания равнодушно. Не смог бросить детей, как их бросили родители. И начал понемногу менять устои принцев. Нет, все так же проводились соревнования. Но разве в соревнованиях было сказано, что обязательно убивать принцев? Почему бы просто не соревноваться, избегая не только смертей, но и тяжелых ранений.

Сейчас, как прошел год с первого соревнования Лиама, были видны изменения. Лиам, по наводке Ноэля, который тайком проникал в разум и вычленял нужное, искал принцев, которые мыслили иначе. Даже не так. Он искал тех, у кого мысль о нынешнем порядке хотя бы вызывала вопросы. Почему магия требует убийства конкурентов? Зачем драться насмерть, если можно просто драться.

Ноэлю казалось, что единомышленников они найдут среди тех, кто недавно попал во дворец. Но вышло наоборот. Первым к Лиаму присоединился принц по прозвищу «Грозовой».

«Грозовому» было двадцать четыре, его отправили во Дворец Принцев в десять лет. Кто и как о нем заботился, было неизвестно. Но ходили слухи, что когда тот попал во дворец, то с трудом говорил, а написать не мог даже свое имя. Тем не менее, за годы пребывания он многому научился. В том числе и выживать. Присмотреться к этому принцу предложил Валент. На одном из соревнований у «Грозового» и его подданных — двух рыцарей-близнецов — был превосходный шанс убить парочку новоприбывших принцев, но «Грозовой» отдал приказ только оглушить их. Хотя с соперником своего возраста расправился быстро и без

жалости. Валент заметил это случайно. У него самого был превосходный шанс вместе с Лиамом прижать «Грозового», но они отступили без раздумий. Пожалуй, тогда и протянулась первая ниточка дружбы.

Наверное, из всех принцев, которые впоследствии присоединились к Лиаму, только «Грозовой» стал им другом. И за тот год, что оставался во дворце принцев, очень многому научил не только Лиама, но и Ноэля, которого упорно называл белой мелочью. Да, «Грозовой» научился многому, но старые замашки из другой жизни часто проскальзывали в его речи.

С него же и начались изменения во Дворце Принцев. Слухи об объединении принцев появились неожиданно и распространились с огромной скоростью. Но никто не торопился уточнять детали, потому Лиаму пришлось брать все в свои руки. Все вместе — Лиам, Валент, Ноэль и «Грозовой» со своими четырьмя подданными — начали присматриваться к разным принцам. После этого их «проверял» Ноэль. Считывал намерения, общие настроения. Уставал ужасно, так, что иногда еле добирался до кровати, но темпа не сбавлял. Потому что видел, как радуются брат и Валент, когда еще один принц начинает осознавать, что смертей можно избежать.

Но из-за постоянного использования магии разума начались проблемы в учебе. Ноэль старался запоминать. Если раньше, чтобы запомнить написанное в книге, ему было достаточно прочесть ее единожды, то сейчас он и после трех раз забывал.

Что отражалось на учебе и отношении учителей. Лиаму он ничего не говорил — зачем лишний раз беспокоить? Но Ноэль теперь дважды в неделю получал наказание. Сначала оно было достаточно безобидным — читать книгу, не смея садиться ни на секунду. Потом ужесточилось. Ноэль получал тростинкой по рукам, от чего на ладонях появлялись кровавые подтеки. Казалось бы — маленький безобидный прутик, а так больно! Но вот запоминанию это никак не способствовало. Ноэль еще с детства помнил, как любой синяк, любой вывих сопровождался такой болью, что он рыдал в три ручья. Даже отец не сразу сообразил, в чем проблема, считал, что Ноэль так пытался перетянуть на себя внимание. Пока их главный маг не разъяснил, что болевой порог магов разума настолько низок, что даже обычный удар ощущается как у нормальных людей вывих.

Закономерно, что после таких наказаний Ноэль и пару слов связать не мог. Если бы сказал, что маг разума, то физические наказания отменили бы. Но тогда бы он подставил под удар всех, да и у самого в рукаве не было бы ни одного козыря. Поэтому приходилось терпеть. Однако каждому терпению приходит конец. По счастью, для Ноэля такой срыв обернулся поразительной удачей.

Глава 48

После очередного урока, который не удался, Ноэль не выдержал. Он должен был пойти к брату, во внутренний дворец, там снова прочитать мысли очередных принцев, слушать объяснения, а потом пытаться что-то учить. Но руки ужасно болели, в таком состоянии было бесполезно пытаться применить свою силу. Боль мешала сосредоточиться, боль подогревала обиду. На законы, на учителей, но глупых принцев, на судьбу, на Валента. И да на любимого брата.

Дома он привык, что ему уделяют много внимания. С ним занимаются, играют, разговаривают. Сестры, которые постарше, с удовольствием читали ему книги, тем же, кто был младше, книги читал он сам. А за Лиамом он вообще ходил хвостиком, а тот ему потворствовал. Тайком от отца даже дал попробовать помахать настоящим мечом, а не деревянным!

Здесь же... Сначала Ноэль очень гордился, что брат относился к нему как ко взрослому. Что доверяет ему важные дела, не говорит о том, что Ноэль еще слишком маленький. Но на деле Ноэль, видимо, действительно оказался маленьким. Он хотел, чтобы брат снова возился с ним, много смеялся, чтобы были рядом сестры и папа... Но все это было безвозвратно потеряно, когда его забрали в это место.