Подарок

May Catelyn

Дорога плавно спускалась к великолепному палладианскому мосту, и открывающаяся панорама стоящей на возвышенности усадьбы и озера привела Викторию в восторг.

— Мне кажется, я уже бывала здесь когда-то, — хитро улыбнувшись, сказала Вик.

— Мне кажется, я тоже, — ответил Мельбурн, и они вдруг рассмеялись, вспоминая свои приключения на съемках. Возмущенного Энтони, капризы Монны, спасение от тисков корсета, тайную комнату над библиотекой и зимний сад…

— Несмотря на то, что ваша эпоха во многом была для меня непонятной, а иногда шокирующей, я нашел очень милым украшать ель к Рождеству. Думаю, надо перенять эту славную традицию, — продолжил Уильям.

— А

вот Энтони, без сомнения, выпустит линейку мужских шейных платков и организует парочку мастер-классов по их правильному повязыванию, — с улыбкой отозвалась Вик.

— Я думаю, что нет ничего плохого в культурном обмене эпох, раз уж судьба решила допустить некоторую игру со временем. Главное, что это неожиданное стечение обстоятельств подарило мне встречу с Вами, Виктория, — теплота его взгляда и голоса окутала ее, прогоняя все прошлые сомнения и переживания. Он же с поразительной ясностью почувствовал, что впервые не бежит от своего счастья, а приближается к нему с каждой секундой.

Экипажи замедлили ход и остановились перед въездом на каменный мост. Необходимо было вновь занять свои места. Мельбурн по-юношески упруго спрыгнул на землю, минуя подножку кареты, и подал руку Виктории. Тягучий морозный воздух с едва уловимым запахом печных труб и перезвон праздничных колоколов домовой церкви приветствовали гостью. Возле экипажа Палмерстонов он поцеловал её руку в отворот перчатки и проводил недобрым взглядом Хопкинса, суетливо протрусившего обратно в хозяйскую карету. Покрасневшая щека и плутовские глаза выдавали камердинера с головой. Он старался вести себя по-джентльменски и допустил оплошность лишь однажды — неудачно потянувшись за корзинкой со съестным. Во время этого манёвра, на очередном ухабе дороги, его рука вместо массивной ивовой ручки неожиданно нащупала круглое колено горничной. Реакция благовоспитанной девицы была молниеносной, и нежная ручка английской розы увесисто приложилась к его брутальной щеке. Рози и сама не ожидала таких последствий, но левая сторона лица камердинера Его Светлости тут же заметно покраснела. Она смущённо потупила свои васильковые глаза и участливо спросила: — Больно, сэр? Хопкинс, известный ловелас и человек опытный, с высоты своих 35 лет и не знал толком — сердиться на эту маленькую дурочку или просто весело рассмеяться. Его умение очаровывать женщин и природное обаяние «плохого парня» быстро находило тропинку к их сердцам, к отпору даже в мелочах он был не готов.

Рози, чинно сидевшая в углу, была на удивление спокойна и на вопросы Виктории о поведении Хопкинса отвечала с тягучим напевным говором уроженки Дерби. Девушка оказалась совсем не так проста, как подумалось Вик при первом знакомстве. «Доморощенному плейбою придется пересмотреть свои взгляды на женщин, если он надеется на ее расположение», — отметила Виктория и понимающе улыбнулась Рози, увидев, как эта исповедь заставила покраснеть ее миловидное лицо.

Вскоре их экипаж преодолел последние метры дороги, ведущей к парадному крыльцу главного дома великолепного поместья Брокет Холл. Подоспевшие лакеи услужливо открыли дверцу кареты, и вот уже рядом вновь оказалась внушительная фигура Уильяма. Он протянул ей руку, приглашая войти в свой мир, который был для нее пока полон тайн и загадок.

— Добро пожаловать в Брокет Холл! — сказал он со знакомой хрипотцой в голосе. И она спустилась с подножки, вновь завороженная мягкой зеленью его взгляда, чувствуя его силу и уверенность, которая не оставляла в ней ни капли сомнения или страха.

Глава 10

Виктория

с наслаждением опустилась в горячую ванну, чувствуя, как усталость покидает ее тело. В конце концов, ей не приходилось ездить на такое приличное расстояние в карете, которая хоть и была вполне комфортной для своего времени, не могла похвастаться мягкостью амортизации и системой климат-контроля. Отправив Рози отдыхать, она сказала, что вполне справится сама. Ей нужно было собраться с мыслями, побыть наедине с собой.

Уильям решил щекотливый вопрос с ее пребыванием в Брокете сразу же по приезду, когда внушительного вида дворецкий и немолодая экономка приветствовали хозяина в холле. Малочисленность слуг объяснялась весьма прозаически: ещё не все вернулись с праздничной рождественской службы из домовой церкви поместья. Представляя свою гостью, виконт сделал акцент на ее дальнюю родственную связь со своей матерью — леди Элизабет. Добродушная старушка, много лет служившая Мельбурнам, не удержалась и, радостно всплеснув руками, нашла неоспоримое сходство мисс Кент с покойной хозяйкой.

Множество вопросов продолжали неумолимо витать в воздухе, не отпуская Викторию. Уильям будет ждать ее за ланчем, и был велик шанс наконец пообщаться без посторонних глаз. Его сдержанность и щепетильность в вопросах этикета немного злила Вик. Но она одергивала себя всякий раз, когда что-нибудь язвительное могло сорваться с языка, понимая, что, несмотря на признаки ответных чувств, он известный политик и джентльмен.

Как долго Мельбурн намерен сохранять дистанцию? Может быть, он до сих пор питает нежные чувства к своей королеве?

Очнувшись от этих невеселых размышлений, Виктория взглянула на часы, стоявшие на каминной полке. Пора выбираться из ванной и приводить себя в порядок. Она открыла ридикюль и с удивлением извлекла на свет маленький розово-полосатый пакет с надписью Victoria’s Secret.

Когда Альберт окончательно вычислил координаты точки перемещения, времени на сборы почти не осталось, и она машинально схватила подвернувшееся под руку. Это была одна из покупок, сделанных во время той памятной вылазки на предрождественский шопинг с Энтони. Вик улыбнулась, вспомнив своего немного эксцентричного и забавного друга, который безапелляционно заявлял: «Девушка не имеет права пройти мимо красивого белья, даже если у нее пока нет мужчины, который бы его оценил».

Только сейчас она поняла, что переодеться ей больше не во что, ведь обещанный гардероб прибудет только завтрашним утром. «Что ж, я безнадежно испорченная леди», — наконец сдалась она, надевая соблазнительный комплект и влезая в платье, с которым уже вполне освоилась. Оставалось позвать Рози и попросить ее помочь с прической.

Через час Виктория вошла в небольшую утреннюю столовую Брокет Холла. В ее взгляде была какая-то загадка, ведомая только его обладательнице. Уильям вновь залюбовался ею, стараясь не выдавать своего волнения, его манера держаться была безупречна как всегда.

Перед тем, как занять место за элегантно накрытым столом, Виктория протянула руку, и на открытой ладони лорд увидел свою табакерку, оставленную в ее квартире.

— Мне кажется, что это должно было вернуться обратно к своему владельцу, — сказала она, протягивая ему маленькое серебристое произведение искусства.

Мельбурн удивленно и немного растерянно взглянул на Викторию. Эта старинная вещь была по-настоящему дорога его сердцу, она смогла это понять и почувствовать!

— Искренне Вам благодарен за это! Вы преодолели непростой путь, чтобы вернуть ее, — только и мог сказать он, на секунду задержав ее пальцы в своей руке.