Подарок рыжей феи
Шрифт:
Гиацинт с болью посмотрел на него.
— Неро`, почему ты к нам приехал, а не к сыну? Марсель ближе?
— Смеёшься? — горько усмехнулся принц. — Хотя, кстати, действительно ближе. Я ей написал, чтобы приезжала в Викторию, если хочет. Теперь, наверное, разрешат. — Он помолчал, думая о своем. — Мне дано только два дня. У Омелы день рождения совпал… Решил посмотреть на неё. И вообще на вас всех. Вспоминал ведь, тебя в особенности, каждую минуту.
— Так уж и каждую? — с насмешливым
Чёрный Тюльпан серьёзно кивнул и порылся в кармане.
— Каждый час — точно. Забери их, пожалуйста. — Он протянул Гиацинту круглые золотые часы с изумрудом на крышке. Граф удивленно вскинул брови:
— Откуда? А… Конечно… Оставь на память.
Неро засмеялся.
— Да сил моих нет больше, смотреть на них! Лютеция их двадцать раз в окно выкидывала; собака её желтая всё их сожрать пыталась, цепочку отгрызла… Забери, прошу. — Он отдал часы прежнему хозяину. — Там на крышке твоё имя, это подарок?
Гиацинт медленно ответил, глядя вдаль:
— Не совсем. Единственная вещь, которую покупал сам, после первого солидного заработка в театре. В Париже. Амариллис забрала и выгравировала надпись: "Гиацинту Ориенталь на счастье. Пусть время и дальше работает на тебя".
Тюльпан молчал, глядя на загорелый чеканный профиль своего бывшего врага. На губах Гиацинта играла тень улыбки, ветер шевелил вьющиеся светлые волосы на лбу.
Неро завистливо вздохнул:
— Оно и работает. Время… Повернись на секунду.
Граф усмехнулся:
— Знаю, куда смотришь. Здесь он. Остался. — Он провел рукой по волосам, открывая тонкий белый шрам на виске. Тюльпан снова вздохнул и выбросил окурок сигары.
— А ты потом ещё раз ЭТО видел?
— О чём ты? — шевельнулся Гиацинт.
— Последний луч заката.
— А… — капитан с лукавой улыбкой обернулся к гостю. — Да, ещё раз видел. — Он посмотрел на черное небо и рассказал.
— Мы тогда были на севере Атлантики, в Море Мрака. Виола тогда… ну, это последние дни, когда она носила Тико. Каждую секунду ждали родов.
Вечер. А я на палубе торчу, айсберги же кругом! Это в конце осени было. Возвращались из Швеции. Устроили себе круиз по Скандинавии. Вообще-то ездили в Голландию, а потом…
Увлеклись: Дания, Швеция… Когда сообразили, что ребенок родится в море, уже было поздно. А ещё нас, как всегда, чёрт понёс вокруг Великобритании; хотели зайти в Ирландию, к Скарлет, и Омела чтобы посмотрела на родину предков, но потом нам стало уже не до Ирландии.
— Могу представить! — хмыкнул Неро.
Гиацинт с грустной иронией смотрел на него.
— Представить можешь? Вот и представь: вдали полоса айсбергов. Закат. А я чуть ли штурвал не грызу от беспокойства. Но ничего, обошлось.
Полчаса
Неро покачал головой.
— Завидую я твоим кошмарам. На, отдашь ей. Подарок ко дню рождения. — Он протянул маленькую черную коробочку.
— Кольцо?
— Угу.
Гиацинт взял подарок.
— Можно посмотреть?
Принц улыбнулся:
— Ради Бога…
.
[1] гиацинтикПалласа ( Hyacintella palasii) — дикорастущее растение с ясно-голубыми цветами, меньшая копия гиацинта восточного.
[2] “Гес” — сокращение от Геснера — имя ученого, присвоенное этому виду тюльпанов (Tulipa gesneriana) — тюльпаны Геснера. Lutea — желтый (лат.)
68.
В коробочке лежало серебряное витое колечко из скрещённых тюльпанов, которые заплели свои лебединые шеи в загадочный узор и смотрели в разные стороны, как бы догоняя один другого.
— Прекрасная вещь, — приподняв бровь, оценил Гиацинт. — Отдай сам, я позову Омелу.
Неро поморщился:
— Не надо. Отдашь, когда я уйду. Потом.
— Не хочешь с ней поговорить?
Принц посмотрел вверх, потом оглянулся на дверь зала, где пировали гости.
— Лучше не надо. Что я ей скажу?
Капитан хмыкнул:
— Тебе ничего говорить не придётся. Сама будет болтать без остановки.
Неро молча с сомнением покачал головой, но опустил коробку с кольцом в карман, видимо, согласившись отдать подарок лично. Потом он что-то вспомнил.
— А ты что подаришь?
Гиацинт смущенно и озорно улыбнулся:
— Не скажу. Ты смеяться будешь.
— Ну, скажи, — попросил принц. — Даже если это не в моём вкусе, я пойму.
Капитан оценивающе покосился на него, как ребенок, который думает доверять ли секрет взрослому дяде.
— Ладно, — решился он. — Только не говори ей.
— Да как я могу ей вообще что-то сказать! — возмутился его недоверием гость. — Ну, обещаю. Так — что?
— Не "что", а "кого". Мы с Виолой решили подарить ей… кошку.
Глаза у принца округлились:
— Кошку? — он почесал бровь. — А… почему?
— Понимаешь, она очень хотела кошку. Всегда. Они ей жутко нравятся. Виола сопротивлялась раньше: и так дома зверинец, а тут ещё кошку, ну… Вот наконец решили. Омела ещё не знает, мы её принесем завтра утром. — Граф закатил глаза: — Дай Бог, чтоб моя теща завтра не приехала, а то крику будет…