Поцелуй
Шрифт:
— Открой.
Поскольку ни Сэм, ни Джина не знали о пугающей способности Ральфа быть сверхпунктуальным (Катерина всегда утверждала, что это побочный эффект актерской профессии), ни одному из них в голову не пришло, что человек, чьего прибытия ожидают в половине седьмого, способен явиться без четверти шесть.
Сэм, открыв дверь и узнав Ральфа, удивился лишь на мгновение.
— Ого. Привет, — сказал он, мельком отметил золотой браслет и подавил улыбку. — Иззи нет дома. Она
— Э… — Хладнокровие мгновенно покинуло Ральфа, за спиной Сэма он увидел Джину.
— Она скоро вернется, — продолжал Сэм, ни о чем не подозревая. — Зайди и подожди ее здесь.
— Э… э…
— В чем дело? — неестественно громко спросила Джина. Она чувствовала себя так, будто кто-то переключил телевизор на другой канал в середине фильма. Кровь отхлынула от лица.
Сэм, у которого была хорошая память на имена, отступил, чтобы она могла рассмотреть гостя.
— Это Ральф, милая. Вы знакомы? Я говорю — раз уж он условился с Иззи, то пока может выпить с нами.
Джина уставилась сначала на Ральфа, потом на Сэма, а затем, решив, что сходит с ума, спросила:
— О чем ты? Это шутка?
Ральф никогда не был силен в импровизациях.
— О, черт, — с чувством произнес он.
— Что? — поинтересовался Сэм, глядя на Джину и понимая, что она вот-вот потеряет сознание.
Выражение ее лица говорило само за себя. Сердце у него оборвалось.
— О, черт…
Иззи, вернувшись домой в семь, обнаружила, что Сэм ждет ее на кухне, один. Ее переполняли эмоции, ведь она целый день провела в главном офисе «Эм-Би-Ти», в Мейфэре, где Джоэль Макгилл представил ее президенту компании, менеджеру, финансовым директорам и продюсеру, с которым Иззи предстояло работать. И вдобавок вечером ужин с Тэшем.
— Привет, милый! — воскликнула она, когда Иерихон бросился к ней.
Улыбнувшись Сэму и не дождавшись реакции, Иззи решила, что больше не стоит скрывать от него чудесную тайну.
— Привет, Сэм. Знаешь, где я была?
Он взглянул на нее, и она увидела холодную ярость в его глазах.
— Ты имеешь в виду, помимо постели этого дерьма? — с презрением выговорил он. — Не знаю, Иззи. Ты можешь быть где угодно и причинить массу проблем ни в чем не повинным людям.
Иззи, ошеломленная внезапной словесной атакой, непонимающе уставилась на него. Раньше она не видела Сэма таким злым. Потом до нее дошло: он имеет в виду Тэша. Сэм приказал не подходить к нему, а она не послушалась. Видимо, не только у рок-звезд непомерно раздутое самолюбие…
— Во всяком случае, это не твое дело, — сердито ответила Иззи, потому что вернулась с хорошими вестями, а он все испортил, — но я не спала
— Ну да, конечно, — саркастически усмехнулся Сэм. — Дай-ка угадаю. Ты провела вчерашний вечер, восхищаясь его коллекцией живописи.
— Вчера весь вечер мы говорили о музыке, — отрезала Иззи и улыбнулась.
«Господи, я и не подозревала, что Сэм отреагирует так бурно. Я ему не совсем уж безразлична…»
— Значит, вы говорили о музыке, — уточнил он опасно ровным голосом.
— А еще выпили чаю, — добавила Иззи. — И я съела шесть шоколадных бисквитов.
— А где была Джина?
— Что?
— Вчера вечером, — повторил Сэм, готовясь нанести последний удар, — покаты развлекалась, где была Джина?
— То есть наша Джина? — Иззи, сбитая с толку внезапной сменой темы, ответила: — Ее не было дома. Она ужинала… с мужчиной.
— С кем конкретно?
— О Господи… — Иззи наконец поняла, о чем речь, и в смятении закрыла глаза. — Черт возьми… Проклятый Ральф…
— Кто? — Сэм подавил соблазн вытрясти из нее душу. Умение Иззи выходить сухой из воды поражало. — Да как ты посмела такое допустить? Ты этому потворствовала…
— Нет! — Она в отчаянии ухватилась за край комода. Иззи дрожала от гнева. — Я предупреждала, чтобы он не смел дурачить ее.
— А если бы ты в первую очередь предупредила Джину, она не страдала бы теперь! Но ты предпочла этого не делать, ведь так? Потому что тебе нравится играть… Потому что эту забавную историю можно рассказать друзьям… — Сэм с отвращением указал на нее. — Наверняка ты вчера рассказала об этом Янсену.
Не в силах сдерживать гнев, Иззи схватила то, что попалось под руку, и запустила в него. Викторианский фарфоровый горшочек для имбиря, просвистев, врезался в стену и разлетелся на множество осколков.
Сэм даже не дернулся, только презрительно фыркнул.
— Великолепно. Джина будет очень довольна.
— Я заплачу! — крикнула Иззи.
— Конечно, — ледяным тоном ответил он. — Как только выудишь у нее еще денег.
— Прекратите, — негромко произнесла Джина, стоя на пороге. — Замолчите оба.
Глаза Иззи наполнились слезами.
— Прости…
— Неважно. — Джина, потрясенная ее реакцией — Иззи никогда не плакала, — покачала головой. — Эндрю подарил его на Рождество. Мне он никогда не нравился.
— Я имею в виду Ральфа, — сказала Иззи. — Я не хотела тебя обманывать… ведь ты казалась такой счастливой…
— Знаю. Это не твоя вина. Я была слегка потрясена, когда узнала, кто он такой, но это ведь не конец света?
Сэм, возмущенный тем, что она приняла сторону Иззи, заметил: