Поцелуй в темноте

Сойер Мерил

– Чем я могу вам помочь?

– Ройс приближалась к сережкам?

– Как и все остальные. Смышленая!

– По словам свидетеля, вы рассматривали сережки вместе с Ройс. – Он не стал добавлять, что эту разоблачительную информацию добровольно предоставила ее подруга Талиа.

Она опустила глаза. Кончики ее ресниц оказались золотыми.

– Мы прошли мимо. За разговором мы их почти не заметили. Я оставила Ройс в компании Митчелла Дюрана – рядом с сережками.

Судя по тону, ей не хотелось больше распространяться на эту тему. Он не

стал настаивать, зная со слов Митча, как к нему относится Ройс. Видимо, Вал разделяла антипатию подруги.

– Это лазанья, или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. Я как раз собиралась ужинать.

Пол устремил на нее беззастенчивый взгляд. Если она пригласит его разделить с ней трапезу, у него появится повод не торопиться.

– Лазанья у меня с растительным фаршем.

– Я как раз отказался от мяса.

– Вот как? – Его ответ пришелся ей по сердцу. – Я заняла третье место в конкурсе скульптур из фарша в парке Золотые Ворота.

Скульптуры из растительного фарша? Ладно, чего только не бывает…

– Замечательно? Кого же вы изваяли?

– Орла. Первое место занял фазан. Она отвела его в кухню, положила щедрый кусок лазаньи, налила кофе.

– Вы встречались с Брентом Фаренхолтом?

– А что? – Ответ прозвучал настороженно.

– Так, навожу справки о знакомых Ройс.

– Я отказалась, и он довольствовался Ройс.

Любопытно! Выходит, Брент испытывал судьбу со всеми тремя подругами по. очереди, но остановился на Ройс. Могла ли одна из подруг так приревновать, чтобы подставить Ройс?

– Какого вы мнения о Бренте?

– Мне он не нравится. Слишком… гладкий.

Пол не был знаком с Брентом, но знал его внешне и по рассказам. Считаясь большим городом, Сан-Франциско насчитывает меньше миллиона жителей. В юридических кругах все друг друга знают. Брент пользовался популярностью, тогда как известному своей откровенностью Митчу было нелегко заводить друзей. Зато он добился уважения своими способностями и тем, что основал сильную фирму. Брент, напротив, слыл легковесным субъектом, обязанным продвижением исключительно отцовскому влиянию.

– Почему вы в разводе? – выпалил Пол.

– Вас это не касается.

Видимо, рана еще не успела зажить. Пол решил, что настороженность Вал объясняется именно этим. Ему не хотелось, чтобы ее сочли повинной в невзгодах Ройс.

– Скажите, Вал, вы имеете представление, как работает защитник? Митчу придется убеждать присяжных в наличии серьезных сомнений в виновности Ройс. С этой целью он бросает тень подозрения на всех вокруг. Ему может понадобиться вызвать свидетелей, которые поддержат его версию. Очень вероятно, что среди них окажетесь вы.

– Мой развод не имеет к этому ни малейшего отношения.

– Обвинение может поддеть вас с этой стороны. Поэтому я должен все тщательно проанализировать. Когда ваш муж потребовал развода, вы отказались от большой суммы отступного. Почему?

Она положила ему еще лазаньи, обдумывая, стоит ли отвечать.

– Муж ушел

от меня к… другому человеку.

Они несколько лет встречались тайком от меня. Я была разгневана и специально не взяла денег, чтобы он мучился чувством вины.

– И ради этого вы отказались от того, что принадлежит вам по праву?

– Пускай подавится своими деньгами! Мне не нужны ни они, ни он.

Наслаждаясь лазаньей, Пол размышлял о том, какие переживания терзают ее. Он решил сменить тему.

– Чем вы занимаетесь в «Глобал Ресерч»?

– «Глобал» – громко сказано. На самом деле я шпионю по заданию сети закусочных «Томейн Томми». Рыскаю по франшизным заведениям и смотрю, висит ли туалетная бумага в сортирах, не мыльная ли картошка, улыбчив ли персонал и так дал ее.

Полу был хорошо знаком этот вид деятельности. Все крупные сети содержали штат людей, проверяющих их франшизные заведения. При обнаружении погрешностей шпион временно превращался в завсегдатая, стремясь определить, насколько серьезно обстоит дело. Для этого требовались увертливые, умеющие изменять свою внешность личности.

– Я много лет проработал в уголовном розыске и научился доверять инстинктам неглупых людей. Я сэкономил немало времени, начиная с предложенных ими ниточек. Скажите, кто, по-вашему, мог подложить сережки?

– Уорд Фаренхолт. Он выбрал в жены своему сыночку Кэролайн. Ройс – при том, что я люблю ее, как сестру, – не такая великосветская дама, как Кэролайн. От нее исходила угроза. Она бы подбивала Брента сопротивляться требованиям отца.

– Отлично, отлично, – повторял Митч, слушая в тесной телефонной будке отчет Пола о допросе Валерии Томпсон. – Драгоценности в сумочку мог подсунуть буквально кто угодно.

– Преступление продиктовано ситуацией, – ответил Пол. – Кто мог знать, что Ройс оставит сумочку на столе,? Зато наводка с наркотиками потребовала денег и подробного плана. Вряд ли у подруг Ройс хватило бы на это средств.

– Все равно нельзя сбрасывать со счетов и эту версию. Опроси как можно больше народу и держи меня в курсе дела.

Покончив с Полом, Митч узнал номер телефона Гаса Вулфа. Дело было глубокой ночью, поэтому полицейский снял трубку далеко не сразу.

– Говорит Митч Дюран. За вами должок, помните?

– Помню… – Голос Вулфа звучал растерянно.

– В доме Ройс Уинстон произведен обыск согласно ордеру. Имя осведомителя в аффидавите не сообщается. Мне нужно имя.

– Черт, вы же знаете, что я не работаю в бригаде по борьбе с наркотиками.

– Зато много лет проработали в полиции. Наверняка у вас найдется в бригаде приятель, который назовет вам интересующее меня имя.

Митч повесил трубку, не дав Гасу возможности препираться, и прошел в офис тюремного здания.

Джуэл Браун оторвала взгляд от журнала регистрации. Появление Митча Дюрана нисколько ее не удивило. Он часто заглядывал сюда, угощал дежурных сигаретами и сладостями.