Победа века

Коллектив авторов

Бросок через Ильмень был удачным. Но вышла заминка при переправе через первую же реку. Лед на реке из-за течения гораздо тоньше и не выдержит тяжелых танков. А саперы не успели уложить бревна и наморозить переправу. Бревна были еще где-то на подходе. Тогда нашли выход — стали разбирать брошенные дома ближайшей деревни и буксировать бревна к переправе. Саперы, обрадовавшись, стали быстро наводить переправу: укладывать бревна и вмораживать их в лед. Вот уже прошли малые, за ними средние танки. Осторожно тронулись «КВ».

Для фашистских солдат и ефрейторов,

продравших поутру глаза, было полной неожиданностью появление танковых колонн и пехотных десантов. Фашистские артиллеристы целиком полагались на дозоры и секреты. Но этой ночью наши лыжники сняли их без единого выстрела.

Легко себе представить смятение противника. Немцам пришлось поворачивать орудия на 90 градусов влево и открывать огонь. На нашей переправе разорвались первые фашистские снаряды.

Астахов со своим танком находился уже на противоположной стороне. Лейтенант успел нащупать вражескую батарею и теперь с места открыл по ней огонь. Примеру командира последовали еще два-три танка. Батарея врага смолкла.

Видимо, Астахов так удачно успокоил своим огнем немецких артиллеристов, что мы с полчаса двигались по новому болоту, уже подходили к третьей переправе, а батареи противника все еще не было слышно.

Третья переправа была несложной… Далее — 7—8-километровый марш по топкому болоту.

Выскочили наши танкисты на новый водный рубеж. Здесь уже шел бой. На противоположном берегу фашисты сопротивлялись головным отрядам нашей пехоты. Крутые двадцатиметровые берега… Батальон разделился. Майор Максимов повел легкие танки на помощь пехотинцам, а астаховские «КВ» заняли позицию на крутом берегу и прикрывали своим огнем переправу, поддерживали пехоту. Фашисты растерялись. Танки, советские танки здесь? Через болота, льды?

«В последний час. Наши войска окружили 16-ю немецкую армию.

Войска Северо-Западного фронта, начавшие в районе Старой Руссы окружение 16-й немецкой армии дней 10 назад, на днях закончили его… В результате первого этапа атаки разгромлены 290-я пехотная дивизия, 30-я пехотная дивизия и дивизия СС. Немцы оставили на месте 12 тысяч человек убитыми…» («Правда», 1942 год, 25 февраля).

Вот в эти-то сражения и попали наши танкисты. Так что их боевое крещение было поистине боевым.

Нужно, не давая немцам опомниться, ломать оборону и гнать дальше. Пятерку «КВ» на первом этапе боя оставили во втором эшелоне. Резерв. Там, где будет труднее, определят им участок сражения.

Перед рассветом легкие танки, сопровождаемые пехотинцами и автоматчиками, двинулись в бой. Задача сложная — перед деревней чистое поле. Противотанковая артиллерия фашистов снесла у одного из наших легких танков башню. Усилился минометный и автоматный огонь, заставивший залечь пехоту. Неприятель артиллерийским огнем отрезает танки от нашей пехоты, поднимает свои роты в контратаку. Решающая минута!

В воздух взвились две зеленые ракеты. Наконец-то долгожданный условный сигнал — вызов танкам «КВ» для участия в атаке. Из-за перелеска около дороги

вырвались развернутым строем и пошли вперед танки-крепости. Немцы было пробовали шквалом сплошного огня обрушиться и на них. Но где там! Эти сухопутные броненосцы неумолимо двигались вперед, невзирая на бушующее вокруг них огненное море разрывов.

На астаховской правофланговой машине взметнулся вверх белый диск люка. Три раза сверкнул красный флажок. Ага! Это значит — «третья машина, врывайся в деревню».

Третья машина лейтенанта Чиликина с легкостью танкетки помчалась прямо в лоб к фашистам.

Сильный бинокль позволил прекрасно видеть, как заметались в разные стороны ошеломленные вражеские артиллеристы. Они ведь стреляли, они попадали в «КВ», но это какое-то непробиваемое чудовище!.. Танк врывается на околицу, делает разворот вправо и начинает давить фашистские противотанковые орудия.

Через четверть часа все пять «КВ» уже были в деревне и вместе с пехотой громили фашистов. В следующих двух деревнях танкам не было оказано никакого сопротивления.

«КВ» получили на ходу новую задачу: прорваться на пять километров, захватить железнодорожную и шоссейную магистрали, по которым подтягивались колонны вражеских подкреплений.

Майор Максимов садится в один из «КВ». Двумя машинами он будет обходить деревню слева, Астахов тремя — справа. Соединяются на дороге за деревней — в тылу у немцев. Вот и первый радиосигнал-донесение: «Деревню обошли, идем дальше».

Майор Максимов ушел далеко. Перескочив через железную дорогу, его танки рванули вперед по шоссейной. А немцы как раз тянули по ней до полка мотопехоты. С ходу встав поперек дороги, оба танка открыли беглый артиллерийский огонь. В это же время Астахов вел бой сразу на шоссейной и железной дорогах. Пять часов без передышки! Но ни один поезд, ни одна машина фашистов не прошли.

Героически дрался экипаж Калиничева. В составе звена сухопутных броненосцев Калиничев устоял под напором и артиллерии, и истребительных противотанковых фашистских отрядов. 18 раз Калиничев атаковал за день фашистскую пехоту и все-таки дорогу не отдал.

Вскоре подоспели части нашей пехоты.

Сколько радости, веселых шуток! Но танкистам не до торжества — из боя не вернулся сам командир роты лейтенант Астахов. И у всех одна мысль: «Неужели погиб?»

На другой день услышали танкисты, что астаховцы живы и ребята из пятерки побежали на командный пункт. На брезенте перед командиром сидели раненный в руку Приданников и водитель танка Астахова Тендитный. Слушали Тендитного.

На фланге вражеской обороны снарядом разбило ведущее колесо. «КВ» закрутился на месте. Фашисты обрушили на него огонь всех батарей. Заглох мотор. Потом гитлеровцы пошли на неподвижную стальную крепость с гранатами и фугасами.

Танкисты открыли огонь из пулеметов. Фашисты поползли. Их били наверняка. Экономили патроны. Вечером, когда немцы стали отходить, Астахов послал к своим Киреева… От Киреева никаких сигналов. Тогда Астахов послал Приданникова и Тендитного. Они добрались до своих.