По следу невидимки

Кузнецова Наталия Александровна

— А где она сейчас?

— Снова уехала, скоро вернется.

— А когда все это случилось? В какой именно день? — вмешался дотошный Венечка.

— Давно, дней десять-одиннадцать назад, никак не меньше. Ну да, в четверг. Я утром к врачу ходила, запомнила.

— А в какой больнице находится ваш сосед? — уточнил Ромка.

— В сороковой, здесь, рядом, возле дома на ножках, знаете такой? У него там врач знакомый, вот он к нему и попросился.

Распрощавшись с Санькиной

бабушкой, Ромка вошел в лифт, но поехал не вниз, а вверх, чтобы осмотреть замок на чердачной двери и самолично убедиться, что через чердак воры уйти не могли.

— Милиция и квартиры все обошла. Ты же не станешь перепроверять всех соседей? — испугалась Лешка.

— Не стану, конечно, — успокоил ее брат. — А странное ограбление, да? Я понимаю, если бы это было золото или деньги, по карманам их рассовал — и с приветом. Но блюдо-то куда девать? И чашки с блюдцами? В окно их не бросишь — разобьются. А с сумкой никто не выходил.

— А мне бы хотелось знать, что за бомж ко мне приходил, — с беспокойством произнес Венечка. — Может быть, в больницу сходим, поговорим с Матвеем Юрьевичем?

— Идемте, — охотно согласился Ромка.

— Фруктов купить надо, — засуетилась Лешка. — Не идти же к больному с пустыми руками.

— По дороге и купим.

Приобретя корзиночку киви, друзья вошли в сороковую больницу.

— У Кузнецова сейчас посетители, — сказала им в приемной женщина в белом халате. — Хотите — ждите.

Друзья присели на стулья, но Ромка не усидел, вскочил и подбежал к женщине.

— А кто у него?

— Сослуживцы, наверное. А вот и они.

В приемной появились двое пожилых мужчин. Лешка с Венечкой встали, но их опередили три молодые девушки с букетом цветов.

— Здравствуйте, — с преувеличенной вежливостью поздоровались они с мужчинами и направились к палатам.

— Эти тоже к Кузнецову, — сказала женщина. — Его студентки.

— А нам, значит, опять ждать? — огорчился Ромка. — Долго они там будут, интересно?

Женщина пожала плечами:

— Не знаю, но время посещений уже заканчивается.

— Ребятки, вы что, к Кузнецову? — раздался женский голос. Невесть откуда взялась маленькая бойкая старушка, по-видимому, нянечка. — А его завтра выписывают. Я в его палате убиралась и слышала, как доктор наш, Павел Петрович, сказал, что кардиограмма улучшилась и он может отправляться домой.

— Это точно? — спросил Ромка.

— Точно, точно, — закивала старушка. — Мне уже сказали, кого в его палату переводить.

Лешка повернулась к друзьям:

— Тогда идемте отсюда, не стоит его раньше времени волновать. Он ведь, наверное, жутко расстроится, когда узнает, что у него собака пропала. Если б у меня Дик потерялся, я бы с ума сошла. А завтра он все равно об этом узнает, а мы придем и скажем, что его Банга забрал Георгий Кузнецов.

— Хотел

бы я знать, кто это такой, — сказал Венечка, выходя из больницы.

На другой день после уроков трое друзей подошли к уже знакомому дому и позвонили в домофон. На звонок опять никто не откликнулся.

— Почему он не отвечает? — заволновался Ромка. — По-моему, из больниц выписывают до обеда. Неужели его еще не выпустили?

— А давай снова у соседей спросим, — предложил Венечка.

И тут откуда-то из-за кустов вынырнул их вчерашний знакомый — Санька.

— Вы к кому? — спросил он, оглядывая компанию. — Никого нет. Матвея Юрьевича не выписали. И дочка его еще не приехала.

— А она далеко отсюда живет?

— Да здесь же, в нашем доме.

— Правда? — вскинулся Ромка. — И в какой же квартире?

— А вон ее окошки. Зеленые занавески видите?

Друзья посмотрели вверх. Дочь Матвея Юрьевича жила на следующем этаже, прямо над квартирой своего отца.

— А о собаке ничего не известно? — спросила Лешка.

— Не-а. — Мальчишка покачал головой, собираясь убежать, но Венечка заступил ему путь:

— А скажи честно, как все было? Банг в самом деле от тебя убежал?

— В самом деле, — виновато кивнул Санька. — Мы дорогу переходили, а там машины. Он побежал, а я остался. И потом его не нашел. Только вы бабушке про дорогу не говорите.

— Не скажем. — Венечка посмотрел на друзей: — А теперь куда?

— В больницу! — решительно сказала Лешка и, тряхнув головой, зашагала по улице.

У входа им встретилась та же нянечка с большим баком в руках. Ромка шагнул ей навстречу и с укором сказал:

— А вы говорили, что Матвея Юрьевича сегодня выпишут.

Нянечка взглянула на него светлыми, выцветшими от старости глазами:

— Оставили его, отказали в выписке. Я и сама этому удивилась. Отчего-то ему вдруг хуже стало, вот и решили с этим повременить. Но вы слишком рано пришли, тихий час только начался.

— Пожалуйста, пропустите нас, — взмолился Венечка. — Мы, честное слово, никому не помешаем!

Старушка покачала головой:

— Я тут ничего не решаю.

— Нам к нему очень-очень нужно. На пять минуточек всего. Только одну вещь спросим — и сразу уйдем.

— Ну ладно, — смилостивилась нянечка. — Но всех вас провести не смогу. Одного кого-нибудь.

— Тогда пойду я, — решительно заявила Лешка. — Вы лишь покажите, где он лежит. Дело в том, что мы с ним не знакомы, но он нам, правда, очень нужен.

— Следуй за мной.

— Расспроси его о краже! — крикнул ей вслед Ромка.

Старушка ввела ее в палату и указала на кровать у окна. Впрочем, узнать хозяина собаки Лешка смогла б и сама, потому что палата была двухместной, и другую кровать занимал молодой парень.