Плетущий
Шрифт:
– Проклятье! – вырывается у меня. Я спешно смаргиваю и вытираю выступившие слезы.
– Что там? – Семен прекращает огонь и поворачивается ко мне.
– Твари! – бросаю я. – Вторая группа. Они уже близко!
– Что будем делать?
– Как твои глаза? – спрашиваю его вместо ответа.
– Зрение вернулось.
– Полностью?
– Да.
– Отлично, – и показываю в сторону нападающих, по которым экономными очередями ведет огонь Миша. – Кошек осталось немного, совсем немного. Почти все они на флангах, там их сдерживают аборигены.
Рыжий недовольно хмурится, но не перебивает и продолжает слушать.
– Если твари из второй группы нападут на нас с тыла, дело плохо
– Я понял, – кивает Семен. – Идите, здесь я сам справлюсь.
Хлопаю его по плечу, потому что больше нам сейчас не о чем говорить, машу рукой Мише, привлекая его внимание. Только после того как он прекращает огонь, хватаю его за локоть и коротко бросаю:
– За мной!
Он кивает и отправляется за мной. Успеваю обернуться и крикнуть Семену:
– Не геройствуй!
Рыжий машет мне в ответ, и в следующую секунду у нас за спинами его автомат начинает бить короткими очередями.
Глава 7
Воины Старика расступаются и дают нам дорогу, когда мы с Мишей бежим прямо на них.
– Куда вы? – доносится до меня голос седобородого, и я выхватываю взглядом фигуру в когда-то белом балахоне.
– Второй отряд тварей на подходе! – выкрикиваю на ходу. – Нужно срочно их остановить.
– На подходе? – испуганно переспрашивает он.
– Да, отряди своих свободных воинов с нами! – бросаю я через плечо. – Быстрее.
– Да, да! Конечно! – тревожно частит он.
Спустя несколько секунд я оборачиваюсь на новый шум и вижу, как поднимая брызги и расплескивая грязь из-под ног, вслед за нами бегут аборигены. Миша тоже оборачивается, но оставляет без коментариев присоединение союзников.
Петляя между лачугами, мы пробегаем десятка три метров. Выныривая из-за очередного жилища, наконец видим хижину, в которой находится женщина. У порога на страже стоят воины с хатисами в руках. Ни тени эмоций не мелькает на их лицах, когда они видят нас. Но буквально через секунду аборигены все как один разворачиваются и обтекают хижину, обходя ее с двух сторон. Оглушительный звериный рев звучит совсем близко. Темной молнией мелькает хищное тело, а за ним – сразу еще, и один из воинов, сбитый с ног мощным ударом, моментально оказывается на земле. Полный боли визг бьет по ушам, и через удар сердца обе кошки, судорожно вздрогнув, исчезают. Воин на земле уже не пытается подняться и исчезает в воздухе вслед за убитыми им тварями. Но я не вижу этого, потому что пытаюсь понять, откуда именно они появились. Придерживаю за плечо бегущего друга.
– Стой!
– Что? – непонимающе смотрит он.
– Не спеши.
Воины Старика, следовавшие за нами, двумя колонами огибают нас, спешат на выручку своим соплеменникам и равномерно рассредоточиваются по флангам. Мне нужно несколько мгновений, чтобы настроиться и «созерцать». В сером ничто воины и атакующие твари выглядят сплошным, колышущемся, будто на ветру, черным маревом. Противники совершенно не отличаются друг от друга – это одинаковые сгустки непроглядного мрака. К счастью, нападающие пока не предпринимают попыток обойти защитников с флангов. Определить их точное количество невозможно. Ясно одно – тварей не больше, а может быть, даже меньше, чем в отряде, что мы встретили на площади. И они атакуют не сплошной толпой: их отряд растянут по зарослям джунглей.
– Может быть, поможем? – взволнованно спрашивает Миша, когда я возвращаю обычное зрение.
– Не спеши, – повторяю я.
– Почему вы стоите?! – доносится из-за спины знакомый голос. – Помогите моим воинам!
Нелепо задрав свой балахон и выставив тощие ноги, к нам бежит Старик. Его мокрое от пота лицо выглядит нездоровым, а нечесаные
– Успеем! – резко отвечаю ему и спрашиваю у друга: – Готов?
– Готов, – кивает Миша, восстанавливая дыхание и перехватывая РПК поудобнее.
– Тогда за мной.
Мы двигаемся левее, оставляя в стороне место боя, и занимаем позиции так, чтобы не задеть союзников. Старик следует за нами, громко сопит и что-то бормочет под нос.
– Следи за джунглями, – говорю ему и показываю на заросли слева.
– Хорошо, – кивает он поспешно, вытирая с лица пот.
Миша встает рядом и выжидающе смотрит на меня, направив пулеметный ствол в сторону шума. В последний раз окидываю взглядом пространство вокруг и показываю другу сектор обстрела.
– Огонь! – и сам жму на спусковой крючок.
Грохот выстрелов заглушает все звуки. Пороховой дым щекотит ноздри и за короткое время заволакивает наши позиции. Я жму на спуск всего несколько раз, поливая заросли длинными очередями. Мы достреливаем по первому коробу в сто патронов каждый. Новый пулемет появляется у меня гораздо быстрее, чем у Миши. Я его не дожидаюсь и снова открываю огонь, сместившись вправо на два шага. Мой друг, едва «достав» пулемет, повторяет маневр и присоединяется к стрельбе. По моим расчетам, нас с тварями разделяет до полусотни метров, но из-за густой растительности противника почти не видно. Тем не менее, я уверен, что монстры несут огромные потери. Огонь из двух стволов буквально выкашивает заросли, прокладывая в них настоящую просеку и сметая все на своем пути. Какие-то лианы, непролазные заросли из высоких растений с широкими листьями, тонкие деревца неизвестных мне пород – все это разлетается, рассыпается и взрывается под свинцовым смерчем. Меняю уже третий по счету Печенег и наконец вижу тварей. Их оказывается неожиданно много. Монстры движутся сплошной массой, и короткий укол сомнения тревожит мое сознание. Я решительно прогоняю посторонние мысли и сосредотачиваюсь на одном: уничтожить как можно больше тварей. Мы с Мишей неплохо справляемся, и счет погибших под нашими пулями созданий переваливает уже за пару сотен. Перед нами действительно настоящая просека в джунглях, на которой виднеются редкие, жалкие от бесчисленных попаданий деревья – без листвы и ветвей.
Сквозь тяжелые тучи несмело пробиваются лучи солнца, и становится заметно жарче. Бросаю короткий взгляд на Мишу, проверяя, как у него дела. Мой друг выглядит неважно. По его раскрасневшемуся лицу ручьями течет пот. Миша сильно морщится, превозмогая боль в руках и спине от пулеметной отдачи, сотрясающей его тело. Но все равно продолжает вести огонь, злобно скалится при этом и беззвучно ругается. Я и сам ощущаю нешуточную усталость и напряжение в руках, плечах и шее. Про спину уже не говорю – она вообще горит. Сколько же еще тварей? Сколько нужно их уничтожить, чтобы они наконец закончились? Новый укол сомнения тревожит меня, но я снова загоняю его подальше.
В какой-то момент монстры внезапно, как по команде, меняют направление атаки, и я с холодящим внутренности страхом наблюдаю за ними.
– Ой! – вскрикивает за нашими спинами Старик. – Они движутся прямо на нас!
Его тонкий голос звучит глухо, словно через вату, и вызывает у меня резкий приступ раздражения. Я едва удерживаюсь, чтобы не развернуться и не ударить это существо, по недоразумению оказавшееся Плетущим. Пулемет в руках перестает вздрагивать, сожрав ленту с патронами в коробе, и я выпускаю его из рук. Как мне надоела эта бойня, эти твари, это место, загадки и неувязки, связанные со странной женщиной, Стариком, нашим противником – Плетущим!