Пленники
Шрифт:
— Нет на свете слов, чтобы предать степень моего разочарования в тебе, Адриан, — у меня защемило в груди, когда я увидел влагу на ее глазах. — Ты такой же, как и твой отец, даже хуже, — эти слова были для меня словно пощечина, — Ты губишь все, к чему прикасаешься. Я была плохой матерью и, видимо, просто ужасной бабушкой, раз вырастила такого жестокого изверга. Я ошиблась, в тебе ни осталось ни чего хорошего. А твоя не способность признать это, говорит о том, что к букету твоих «достоинств» можно причислить еще и трусость. Я больше ни минуты не хочу оставаться в этом доме.
Ее
— Куда ты собралась? — спросил я не своим голосом.
— Домой, — безразлично сказала бабушка, глядя на меня, как на пустое место, — В свой дом, дом который куплен на честно заработанные деньги. Никогда больше не беспокой меня, Адриан.
Медленной, но царственной походкой она удалилась, оставляя меня стоять с зияющей пустотой в душе. Часть меня просто умерла. Не было способа исправить ситуацию, хотя я бы многое за это отдал.
Сколько уже она знала о моей деятельности? Как оправдывала? И все бы было по-старому, не встреть она Кристу. Это все случилось из-за нее, из-за ее неспособности держать язык за зубами. Я найду ее, и она ответит за это.
***
Шестой день никаких известий о девушке. А она оказалась сообразительной, раз смогла так спрятаться от меня. Мои люди, которых в городе было более чем достаточно, имели ориентировки на нее, но никто ее так и не видел. Она не появлялась в своей квартире, не пыталась связаться с кем-то из близких, и, похоже, вовсе не появлялась в городе. Чутье и логика подсказывали поискать в окрестных городах или в родном городке, но пока все было тихо.
Потерев уставшие от работы за компьютером глаза, я вышел в гостиную, и в сотый раз горький укол вины и боли кольнул сердце. С тех пор, как бабушка покинула этот дом, он как будто осиротел. Исчезли уют и теплота. Я прекрасно знал, как и чем живет моя родная женщина, так как наблюдал за ней со стороны, но не мог насладиться ее обществом. Не мог, как раньше прийти и поговорить с ней о приятных пустяках. Я остался абсолютно один.
— Мистер Джонсон, — отвлек меня Стив, который заменял погибшего от моей руки Мишу, — мы нашли, где скрывается Криста Паркер.
Эмоциональное возбуждение вмиг охватило все мое существо. Да! Наконец-то! Я близок к заветной цели. Скоро она опять окажется в моих руках. И ее ждет горькая расплата за такой опрометчивый поступок, что повлек такие последствия.
Глава 10. Криста.
Устало опустившись в кресло, я прикрыла глаза, наслаждаясь покоем. От усталости ломило все тело. Надо бы поужинать, но сил совсем нет.
Четвертый день я живу дома у школьной подруги. Ну, как живу, скорее пашу как лошадь за еду и крышу над головой. Но я не против, все лучше, чем быть рабыней чудовища или бомжевать.
Встав, я медленным шагом поплелась в спальню. Душ немного освежил меня, и, улегшись в кровать, я забылась усталым и таким желанным сном.
Хорошо.
— Мама, дай еще чуть-чуть поспать, — бубню я, утыкаясь в подушку.
— Это не мама, котенок.
Услышав этот голос, голос из моих ночных кошмаров, я резко села на кровати. Напротив меня сидел Адриан Джонсон и прожигал меня взглядом голубых глаз. Как он тут оказался? Этого не может быть! Это сон, просто сон, разбудите меня кто-нибудь!
— Вот я тебя и нашел, — его улыбка была холодной, а взгляд не обещал ничего хорошего.
— К-как, ты тут оказался? — от ужаса я даже заикаться начала.
— Очень просто, дверь открыли, я вошел, — дьявольски ухмыльнулся он.
Синтия и ее семья! Господи, хоть бы с ними все было хорошо!
— Что ты сделал с людьми, которые живут в этом доме? — спросила я, не помня себя от страха.
— Ничего, — пожал плечами Адриан, — Сейчас твоя подружка хлопочет по кухне, готовит мне кофе. Но я бы не стал называть другом человека, который меня продал.
Что? Что за чушь он несет? Кто кого продал?
— Ты о чем? — прошептала я, так как в голову закрались ужасающие мысли.
— Твоя подружка продала тебя. Ей ее дом оказался важнее, — от его слов в горле встал ком.
Я была в курсе плачевной ситуации, в которую угодила Синтия и ее семья. Когда ее муж попал под сокращение, стало нечем платить кредит за дом. Сумма до полного погашения оставалась ничтожная, но в банке ничего и слышать не желали. Судебные приставы приходили к ним уже дважды… Но я не могу поверить, что подруга могла так поступить! Отдать меня в лапы этому чудовищу, она же знала, через что я прошла, она не могла. Или могла?
На автомате я натянула одежду, и Адриан буквально выволок меня из комнаты. А когда мы спустились вниз, и я встретилась с Синтией глазами, то поняла всю ужасающую правду. Он сказал мне правду, меня продали. Предали.
— Криста, прости, — просила Синтия, — Ну, ты же знаешь, в какой я ситуации. У меня не было выбора! Я не могла потерять дом…
— И решилась на предательство? — спросила я мертвым голосом, — Как ты могла? После всего, что мы пережили вместе, после всего, что я тебе рассказала?
— Прости, пожалуйста, прости! — в ее глазах стояли слезы, но они меня не трогали. Предательство убило во мне все эмоции. Неужели, она не понимала, что отправляет меня в ад или даже на смерть?
Я отвернулась от той, которую много лет считала подругой. И покорно поплелась за Адрианом. В машине царила мертвая тишина, которая позволила мне подумать над ситуацией.
А собственно, над чем тут думать? Я изначально знала, что не могу пойти к родителям, там меня мигом обнаружат. Они, конечно бы, ни за что не отдали меня в лапы монстра, и это могло бы закончиться трагедией.